Была и обратная сторона медали. В возрасте семи лет мальчиков отнимали от матери, и с тех пор их жизнь проходила исключительно среди мужчин (вспомним детей замкового сенешаля Обри и Джехана). С одной стороны, это способствовало развитию в них гомосексуальных наклонностей (просто удивительно, что Кэрол Тауненд никак не обыгрывает эту тему — общеизвестно, что в средневековье в силу ряда причин это отклонение было распространено гораздо шире, чем ныне), с другой стороны — формировался образ женщины как существа таинственного, скрытного. Женщинам, занимавшимся другими видами хозяйственных работ, чем мужчины, что затрудняло общение между полами, приписывали колдовские, чародейские умения, магическую власть, притягивающую и отталкивающую одновременно. Сегрегация полов порождала в мужском сознании определенную тревогу, которую обычно старались заглушить громогласным утверждением своего физического превосходства и своих сексуальных подвигов.
Почему же феодальная аристократия того времени приняла правила игры в куртуазную любовь? Дело в том, что для ограничения разделов имущества, в первую очередь земель, требовалось ограничить количество браков, в которые вступали сыновья благородных родов. Как правило, старались женить одного, старшего сына (отсюда такое значение, придававшееся первородству, которое остается часто непонятным современному читателю, например, в библейской сцене обмана Исава братом). Остальные сыновья (не говоря о незаконных) делали военную карьеру, становясь рыцарями (постоянные войны и периодически повторяющиеся крестовые походы давали к тому повод). Эти юноши, понятное дело, чувствовали себя в чем-то обездоленными и завидовали женатым мужчинам. Удали у них, день за днем обучаемых военному делу, было предостаточно, а служанки, проститутки и прочие женщины низших сословий были слишком легкой добычей, чтобы этим можно было при случае похвастаться в кругу равных. Поэтому так завлекательно представлялось соблазнить жену брата, дядюшки или, что еще лучше, сеньора. Это было опасным предприятием — но тем более интересным. Двор был именно тем местом, где воины, в мирное время изнывавшие от безделья, предавались подобным развлечениям.
Необходимо также учесть, что при феодальном строе мальчики из благородных семей проходили военное обучение при дворе сеньора, отца или дяди по материнской линии. Дама, жена патрона традиционно выступала в роли покровителя всех этих юнцов, причем церковные и нравственные каноны предписывали ей быть благодушной и снисходительной, но недоступной (вспомним, как Элеанор заступается за избиваемого конюха). Практически, хозяйка замка заменяла мать нескольким десяткам юношей, имея на них неоспоримое влияние и зачастую передавая юношам приказы своего мужа, их господина. Дама присутствовала на турнирах, оценивая юных соперников, которые изо всех сил стремились не упасть в грязь лицом перед госпожой и господином. Таким образом, любовь к даме вполне включалась в механизм функционирования феодального общества.
Любовь к даме имела немалое значение для морального воспитания молодых рыцарей — они учились овладевать своими страстями, укрощать порывы, быть образованными, учтивыми, соблюдать этические принципы, — а это как раз те качества, которые требовались от вассала. Стихи, воспевавшие куртуазную любовь, в немалой мере способствовали укреплению этики общества зрелого феодализма.
Женщины также учились держать себя в руках, владеть своими чувствами, бороться со своими недостатками.
То, что сначала было просто игрой для мужчин, в конце концов, распространяясь на все более широкие слои общества, помогло женщине выйти из того униженного состояния, в которое ее помещала господствующая церковь. Мужчины начали понимать, что женщина — это не только тело, но и равное им по социальной значимости существо, что от ее слова, согласия или несогласия тоже может зависеть очень многое. В эпоху Возрождения демократические идеалы проникают в среду купечества, а в период зарождения капиталистических отношений — буржуазии и крестьянства. Таким образом, не будет большой натяжкой считать Арлетту с ее неукротимым стремлением к справедливости, готовую отстаивать свои права при любых обстоятельствах, натуру целостную и независимую, провозвестницей женской эмансипации, давшей ощутимые плоды только в XIX веке.
А. Москвин
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
Примечания
1
Малышка (фр.).
2
Длинный плащ особого покроя.
3
Эсквайр — В раннее средневековье оруженосец рыцаря. (Прим. перев.).
4
В средние века в Западной Европе церемония, оформлявшая заключение вассального договора между сеньором и вассалом. (Прим. перев.).
5
Псалом 90, 4–7.
6
Псалом 90, 9-11.
7
Дерьмо (фр.).
8
Крепость (фр.).
9
Две Сабли (фр.).
10
Langue d’oc (фр.) — вариант литературного южнофранцузского языка в средние века, существенно отличающегося от нормандского диалекта. От этого слова произошел топоним Лангедок, то есть «район, где люди разговаривают на langue d’oc» (Прим. перев.).
11
Вас, Роберт — англо-французский поэт (ок. 1100–1174), в своем стихотворном изложении хроники Джеффри (Гальфрида) Монмутского ввел идеи Круглого стола во французскую литературу. На русский язык не переводился. (Прим. перев.).
12
Святая Дорога (лат.).
