горизонт, окрасив небо в кроваво-багровые тона, а температура снаружи начала стремительно падать, мы снова поднялись в воздух. Теперь наш путь лежал в глубь Пустыни. Туда, где не было ни скал, ни ориентиров, ни жизни, ни даже фрименов. Только бескрайний, монотонный океан дюн, перекатывающихся под бледным светом лун. Я вел корабль уверенно, полагаясь на сигнатуру маяка, который работал безошибочно, выдавая точное направление и расстояние.
— Приближаемся, — сообщил я, сбрасывая скорость. «Пепелац» плавно затормозил, зависнув в десяти метрах над очередным барханом, который ничем не отличался от миллионов таких же барханов вокруг. ПАЛ молчал несколько секунд, явно перепроверяя данные со всех своих сенсоров и камер.
— Кейн, у тебя точно не сбоит навигация? — наконец осторожно поинтересовался ИИ. В его голосе звучало искреннее недоумение. — Мы висим прямо над пустыней. Здесь ничего нет. Ни скальных образований, ни тепловых следов. Просто миллиарды тонн песка. Зачем мы здесь остановились?
Я усмехнулся, глядя на ровную поверхность дюны через обзорное стекло.
— Ты так думаешь?
— Ничего иного я тут не вижу.
— Хорошо, — я откинулся в кресле и потянулся к защищенной панели на пульте. — Тогда смотри внимательно и учись, как надо прятаться!
Я отправил сигнал прямо в толщу песка под нами. Несколько секунд ничего не происходило, как вдруг пустыня внизу ожила. Огромный участок бархана внезапно «забурлил». Песок пришел в движение. Под поверхностью активировались мощные вибрационные генераторы, разрушая плотность слежавшейся породы. С глухим, низким гулом, который был слышен даже сквозь броню корабля, тысячи тонн желтой массы обрели текучесть на короткое время. И через некоторое время бархан стал расти и, еще чуть позже, замер, открывая темный зёв прохода.
— Поразительно… — только и смог выдать древний интеллект, наблюдая, как врата медленно, с тяжелым гидравлическим шипением раздвигаются в стороны.
Как только створки начали расходиться, внутренние системы базы запустили мощнейшие насосы, закачивая еще одну порцию свежего воздуха в цистерны. Нормальную вентиляцию сделать тут было сложно. Часто ломалась мимо проползающими червями.
— Следи за краями, — бросил я, направляя «Пепелац» прямо в этот проход.
Корабль резко нырнул в провал. Я работал штурвалом и тягой с ювелирной точностью, буквально втискивая перегруженную платформу внутрь. Как только хвост корабля миновал линию ворот, я отдал команду на закрытие и спуск. Бронированные плиты над нами мгновенно пошли навстречу друг другу, отсекая звездное небо и бушующую снаружи пыль. Мы не стали дожидаться появления Червя — вибрация от подъёма была колоссальной, но весь маневр занял мало времени. С тяжелым лязгом, от которого содрогнулись стены ангара, врата сомкнулись. Мы были дома. С возвращением меня.
Как только двигатели «Пепелаца» стихли, сбросив тягу, я покинул рубку и спустился на пол ангара и с наслаждением вдохнул. Гул перегруженных двигателей сменился привычной, почти родной тишиной подземного бункера. Воздух здесь был прохладным, сухим и каким-то мёртвым, нежилым. Но отдыхать было рано. Теперь нужно было демонтировать платформу и все лишнее на ней, типа турелей.
«Пепелац» словно облегченно вздохнул, когда его амортизаторы распрямились, избавившись от соединения с платформой Купели, генератора и серверных стоек ПАЛа. Перегнав его в сторону, стал снимать турели с платформы. Одному это делать сложнее, но не невозможно. Активировав суспензоры на самой платформе, я заставил эту металлическую баржу зависнуть в метре от пола. Теперь предстояло спустить её вниз. И вот тут полностью оправдалась постройка большого спирального спуска. Дело в том, что ни один стандартный грузовой лифт, не вместил бы в себя платформу с бассейном наномашин и серверами. Она была слишком широкой и негабаритной. Но у нас был широкий, плавный спиральный спуск, уходящий вглубь. И были небольшие вагонетки. Пешком бегать было бы крайне утомительно. Закрепив платформу и взявшись за пульт управления медленно повез платформу вниз по пандусу. С платформы, тихо жужжа, скатился мини-дрон ПАЛа. Над ним тут же вспыхнула проекция маленького человечка. ПАЛ явно пылал любопытством. Пока мы спускались виток за витком, дрон крутился вокруг, осматривая стены, потолочные своды и структуру самого спуска.
С каждой минутой проекция ИИ выглядела всё более озадаченной.
— Кейн, мои сенсоры выдают противоречивые данные, — наконец произнес ПАЛ. — Это не похоже на типовую Империи. Архитектура стен, геометрия коридоров, распределение нагрузки… всё это совершенно не соответствует ни одному известному мне строительному стандарту. Это какая-то кустарная работа. Очень прочная, но кустарная.
— А это и не станция, ПАЛ, — ответил я, не отрывая взгляда от платформы, чтобы она не зацепилась за стену. — Её построили мы с Эларой. В процессе выкапывания на поверхность.
Голограмма ПАЛа зависла. В буквальном смысле — его цифровой аватар замер на секунду, переваривая входящую информацию.
— Выкапывания? — переспросил он, и в его голосе прозвучали нотки непонимания. — С какой глубины и как вы на неё попали?
— Примерно на триста метров, — буднично бросил я. — Чуть больше трех лет выкапывались. Пока копали, заодно и обустраивали всё это пространство, чтобы было где жить, спать и выращивать еду.
— Триста метров? — дрон остановился, словно отказываясь ехать дальше. — Триста метров спрессованного песка? Вдвоем? И параллельно строя бункер с системами жизнеобеспечения? Кейн, это физически и биологически невозможно! Калорийность вашего пайка и физические ограничения белковых организмов не позволили бы выполнить такой объем земляных работ за тысячу дней!
Я усмехнулся, глядя на его проекцию.
— Жить захочешь — и не такое сделаешь, — философски заметил я, продолжая спуск. — Логика логикой, ПАЛ, но когда альтернатива — это смерть от удушья или жажды в железной капсуле, ты начинаешь рыть землю голыми руками. Ну и, справедливости ради, нас очень сильно выручили иксианские дроны. Без них мы бы, конечно, там и остались. Они проделали самую тяжелую и массовую работу.
— Они так хороши? — протянул ПАЛ, немного успокоившись. Появление в уравнении тяжелой техники примирило его процессоры с реальностью. — Это многое объясняет. Но всё равно, уровень вашей выживаемости вызывает статистическое уважение.
Мы наконец достигли нижних уровней. Места тут было более чем достаточно, чтобы разместить не только Купель и серверы, но и целую производственную линию. Свободного пространства хватало с избытком, пусть и придётся очистить несколько залов дополнительно от материалов и блоков. Я загнал грузовую платформу в самый центр зала и отключил суспензоры. Платформа с тяжелым стуком опустилась на каменный пол.
— Ну вот, ПАЛ, — я обвел рукой просторное, погруженное в полумрак помещение. — Добро пожаловать в Башню. Располагайся. У нас впереди много работы по твоему обустройству.
* * *
Следующие две недели слились в одну бесконечную череду монтажных работ. Места в нижних уровнях Башни действительно было достаточно, но работать без орды дронов ПАЛа, которых мы переработали на
