спальню… — Тиро пытался поймать рыжика, чтобы успокоить, — его надо обмыть и переодеть, чтобы он с предками встретился красиво одетый. Лекс, не дергай носилки, дай ему умереть хотя бы спокойно и с достоинством. Девки, где у нас дурман был? Эх, Милки нет, она все знала… Лидка, Найка, не рыдайте здесь, готовьте воду для омовения…
— Нет! Нет! Тиро, я не позволю ему так вот взять и умереть! — Лекс схватил носилки и уперся изо всех сил, не позволяя занести его в коридор, — тащите его на кухню! Быстро! Я приказываю! Бэл, Мэл, Пин, Крин, быстро хватайте носилки и на кухню его! Я не позволю ему так просто свалить к предкам, он мне здесь нужен!
В коридоре между воинами и охранниками Лекса сразу возникла короткая потасовка. Тиро рыкнул на всех на правах управляющего и велел воинам отдать носилки. Четверка перехватила их и затащила на кухню. Лекс придвинул к камину стол и хлопнул по нему, чтобы Сканда переложили. А потом начал быстро раздевать его, попутно ощупывая все тело, пытаясь понять, в чем причина болезни. Если был обстрел стрелами, то, возможно, где-то есть гнойная рана, или стрелы были отравлены, хотя плохое Лекс гнал из головы.
Воины недовольно зароптали, что с их главнокомандующим так бесцеремонно обращаются, но Лекс рыкнул на всех, чтобы посторонние вымелись из кухни, а девки поставили воду на огонь. Лекс с помощью Тиро быстро раздел Сканда и стал более внимательно все ощупывать. На теле здоровяка обнаружилось несколько свежих шрамов, но как Лекс знал, у этих ящеров была очень быстрая регенерации кожи и простая рана зарастала за пару дней. Поэтому каждую ранку он внимательно ощупывал. На ноге ранка была небольшой, но как-то припухлой. А когда Лекс надавил на нее, Сканд застонал и, похоже, потерял сознание.
— Ясно… — Лекс заточил небольшой нож, а потом кинул его в котел с кипятком, — Тиро, была такая настойка из ЗИ, я помню, меня ей поили, чтобы не болело. А еще я видел мазь у Тургула, такую, в мешочке, ей мазали ранки у воинов и ящеров после стрел.
— Зачем? — удивился Тиро, — у него ведь нет ран. Все уже зажило.
— Ран нет, — согласился рыжик и полез за ножом в котел, — но сейчас будут…
Лекс еще раз ощупал ногу Сканда, ранка на ноге явно была припухшей и зеленее, чем сам Сканд. Лекс примерился, как сделать надрез, но тут его руку перехватил Тиро.
— Эй, что ты творишь? Зачем ты его резать собрался? Хочешь ногу ему отрезать? Так нож маловат, и еще пила потребуется, чтобы кость пилить…
— Нет, вначале посмотрим, — Лекс вывернул свою руку и кивнул Мэлу и Пину, что стояли рядом, — держите его, чтобы не дернулся.
А потом полоснул по ноге. Из ранки полился гной. Он жутковато пах, был зеленый и вязкий. Лекс расширил ранку и полез внутрь, чтобы проверить, в чем была причина нагноения. В глубине крупной бедренной мышцы обнаружился сломанный наконечник, который проткнул кость. Лекс только удивленно зашипел и, подрезав рану вдоль мышцы, вцепился в наконечник. Он был скользкий от крови и слизи, и Лексу пришлось сильно поднапрячься, чтобы вытащить его. Но это стоило того. После рыжик промыл рану водой, в которой растворил немного борного порошка, и под конец зашил глубокий порез ниткой. Может, не так, как настоящие хирурги, а скорее, как холостяк оторванный карман, но зато очень внимательно. Под конец густо перемазал ранку мазью, которой лечили ящеров в походе, и забинтовал чистым бинтом.
— Ух ты! — восхитился Тиро и посмотрел на рыжика со всем уважением, — а откуда ты знал, что он там?
— Я не знал, — сознался рыжик, — но только температура просто так не появляется, теперь, когда под кожей нет гноя, Сканд сразу пойдет на поправку. Хотя, стоит проверить все до самого конца. Помоги его перевернуть на живот.
Тиро помог перевернуть Сканда, рыжик внимательно ощупал и остальные шрамики на спине и боках.
— Просто ужасно, — Лекс расстроился, — это сколько стрел в него воткнулось? Тиро, надо расспросить тех, кто был рядом, стреляли только в Сканда или так досталось всем?
— Хорошо. Потом выясню, — кивнул домоправитель, — все? Можно перевернуть обратно?
— Нет, — Лекс нахмурился, ощупывая спину возле лопатки, — вот здесь, похоже, как будто пузырь внутри, хочу вскрыть и проверить, нет ли внутри гноя.
Тиро и Пин с Крином опять прижали Сканда, пока Лекс осторожно разрезал кожу. Сканд при всем этом даже не очнулся. Под кожей опять оказался пузырек с гноем, и когда Лекс залез в рану пальцами, то обнаружил щепки от раздробленного древка. По всей видимости, стрела сломалась, когда ее вытаскивали, и хотя наконечник достали, но несколько щепочек осталось, и организм попытался оградить мусор лимфой, которая загноилась от внесенной грязи.
Лекс опять тщательно промыл рану и, проверив еще раз пальцем, наконец намазал все мазью и зашил края раны ниткой. Потом еще раз внимательно перещупал все ранки и шрамики, но больше ничего не показалось подозрительным, и Лекс с чистой совестью перемотал Сканду плечо. Рыжик осторожно перевернул раненого на спину и обтер испарину со лба пациента. Не сказать, что он стал лучше выглядеть…
— Надо напоить его водой с толченым углем, это поможет вытянуть яд из организма, а еще следовало бы напоить его ЗИ, чтобы ему не было так больно.
— Хорошо, — Тиро посмотрел на рыжика с уважением, — только давай вначале перенесем его на кровать?
— Теперь, да, — улыбнулся рыжик, — теперь он будет там выздоравливать, а не умирать.
Сканда осторожно перенесли на носилках в его спальню. Смуглая Найка принесла воду с растолчённым углем и попыталась напоить Сканда, но у нее плохо получалось, поэтому она набрала воды в рот и припала к Сканду, поя его. Лекс почему-то ощетинился, когда увидел, как девушка склонилась над его Скандом.
— Дай, я сам! — Лекс что только не вырвал стакан с углем из девичьей руки, — а ты это… лучше полотенца принеси, мокрые, чтобы обтереть…
Поить Сканда было правильно. Прижиматься к его твердым губам, раздвигать языком зубы и придерживать голову, чтобы жидкость скатилась вниз, а не попала в нос. Обтирать его мокрым полотенцем тоже было приятно, прикасаться везде, поворачивать сильные ноги, крупные руки в узлах мышц и сухожилий, гладить поджарый живот, обтирать крупную грудь, задевая соски, и, спускаясь по животу, протирать пах и вялый член. В этом было какое-то извращенное удовольствие. Когда вся эта гора мышц лежала спокойно и позволяла себя вертеть.
До комнаты доносился шум с улицы, это войска с фанфарами
