— Ох, спасибо, что присмотрел за Кли, — прижав руку к груди, искренне поблагодарила Джинн. — После всех событий в Мондштадте мы не позволяли ей покидать стен города, либо же выходили на прогулку вместе с ней. Но из-за фестиваля совсем не было времени сопровождать ее, а ее старший брат, капитан Альбедо, занят важным заданием, где маленькой девочке может быть опасно находиться.
— Мне не сложно, — махнул рукой Тарталья. — Тем более она очень сдружилась с Тевкром.
— Но вы так и не порыбачили, — с улыбкой заметил Итэр.
— Впечатления о совместном приключении затмило желание рыбалки, — вздохнул Предвестник и качнул головой. — На самом деле в том подземелье было сложно уследить за детьми, которые настырно лезли в ловушки.
Итэр глянул на приятеля с сочувствием.
За прошедшую неделю в походе они стали боевыми товарищами и даже неплохо сдружились.
— Ой, там что-то происходит, — дернулась Джинн, высматривая происходящее на площади.
— Это Лоуренсы? — удивилась Лиза.
Люди на площади шептались и в недоумении расходились, снова давая в центре пустое пространство.
И там на самом деле было чуть больше десяти человек в цветах одного из великих кланов Мондштадта. И все женщины.
— Они держат музыкальные инструменты, — изумленно заметила Джинн. — Там… Эола? Никогда не видела ее в таком… наряде.
— Хм-м, в программе на сегодня не было запланировано выступлений, — уточнила Лиза, больше заинтригованная действиями.
На самом деле давно уже никто не видел клан Лоуренсов в таком количестве и вместе. Большая часть жили за городом, в поселении на севере, рядом со своими же фермами. Лишь семья главы клана оставалась в столице.
— Скорее всего, — предположила библиотекарь, — они собираются исполнить ритуальный танец, — и пояснила заинтересованной компании, так как только она и Джинн были осведомлены в этих мелочах. — Лоуренсы в древние времена почитали богиню-ласточку и служили ей. Она покровительствовала им до своей смерти. Лоуренсы проводили ритуальные танцы благодарности и восхваления богини. И хоть со временем многое претерпело изменения, но клан сохранил свои традиции, которые они… наверняка решили возродить.
— Фавония дала им Шанс, — спокойно произнес Чжун Ли, но прозвучало это крайне зловеще, с холодком. — И если они не оправдают доверие, то их род будет уничтожен.
— Жуть какая, — вскинула брови Лиза, с трудом укладывая такое в голове, ведь после всех поступков слабо вязался образ Фавонии и… уничтожения целого клана.
— Хм-м, вполне заслужено, — с пониманием произнес Камисато.
Яэ с прищуром улыбнулась, а в глазах сверкало лукавство. Аято сохранил невозмутимость.
— Разве это правильно? Они уже были наказаны за свои преступления, — нахмурилась Кэ Цин, не понимая одобрения на лицах некоторых.
— Когда несколько веков назад аристократы Инадзумы сговорились и уничтожили благословленные Ее Превосходительством кланы мастеров, то правосудие не заставило себя ждать. И Электро Архонт поступила куда жестче, не каждому даровав помилование, — вставил Камисато, остро посмотрев на упрямую девушку. — Клан Лоуренсов получил наказание от людей, а не своего покровителя. И Ее Светлость имеет полное право воздать за грехи.
— Фавония отличается милосердием, так что для Лоуренсов это и есть акт милосердия, — дополнил Чжун Ли.
— Но ведь она говорила про эпоху людей, — нахмурилась Кэ Цин, продолжая настаивать. — Тогда почему же сама судит целый клан?
— Эпоха людей еще не началась, — заметил Аято, все так же смотря в глаза собеседницы. — И даже за старые преступления нужно с честью нести наказание. Ее Светлость может стоять в тени, но все равно в решениях ее слово будет последним. Как родитель наказывает нерадивое дитя, — усмехнулся мужчина и поднес к губам блюдце с алкоголем.
Пока они обсуждали клан, на площади зазвучала музыка лиры, флейты и барабанов, отбивая ритм, чем и заставила отвлечься беседующих. В танце закружилось четыре девушки — одна в центре и трое вокруг нее. Эола была сердцем этого движения, а ее свободное платье в цветах клана, вышитое и украшенное цветами и символами ветров и ее рода, колыхалось от создаваемых потоков воздуха.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Девушка была изящна и впечатляюща, отдаваясь ритму и музыке.
И движение, и жизнь, которые она несла за собой, совсем не вязались с тем, что ей покровительствовал лед. Ее сестры двигались синхронно вокруг, но танец Эолы отличался от других.
Они напоминали ветер — то нежные и спокойные, то стремительные и бушующие. Двигались как цветок под порывами — гибко, пластично, но изящно.
А потом ритм музыки изменился, стал более быстрым и настойчивым, и уже настоящий ветер окружил Лоуренсов, закручиваясь и двигаясь в пару.
Смотрелось просто фантастично, вызывая вздохи восхищения у толпы.
И вот три девушки в танце отпрянули от Эолы, удаляясь на несколько метров от нее, но не прекращая своих движений, а за спиной Лоуренс соткалась фигура богини. Хоть Эола не подала виду, и даже не сбилась, но испуг и напряжение промелькнули на ее лице. А Фавония подхватила танец, но повторяя движения девушки зеркально.
Мягкий ветер кружил вокруг них. Ритм барабанов все убыстрялся, а старшая дочь клана Лоуренс и богиня продолжали танец, то хватаясь за ладони и кружась, то расцепляясь и отдаваясь ритму.
Пока все резко не затихло, а ветер замер, как и девушки на площади. Три из них опустились на колено в сторону центра, а Эола и Фавония держались за вскинутые руки, стоя лицом к лицу.
И грянул гром аплодисментов.
Смущенная Эола плавно отпрянула и поклонилась Зефир, на что получила ее мягкую улыбку.
— Потрясающе, — хлопала впечатленная Лиза. — Одно из моих желаний выполнено.
— О, — удивленно вскинула брови Яэ и хитро прищурилась. — А какое же еще одно?
— Увидеть дуэт Барбатоса и Фавонии, — вздохнула библиотекарь и грустно поджала губы.
— Ох, это был немного неуместный вопрос, — Мико прикрыла рот ладошкой.
— Никто не запрещает мечтать, — ответила Лиза и слабо улыбнулась кицунэ.
Итэр хотел ответить, что, возможно, в будущем им удастся вместе спеть, но сдержался. В конце концов, он не знал, кто из присутствующих был в курсе. Разве что Гео Архонт, который большую часть времени за столом играл незаметного наблюдателя, изредка вставляя весомые фразы.
Смеркалось.
Люди собирались ближе к столикам палаток, чтобы пообщаться и поужинать, а некоторые расходились по домам, закончив на сегодня веселье.
Завтра всех ждал конкурс бардов, который затянется на несколько дней.
И, как понимал Итэр, здесь не выйдет провернуть все как с кулинарами, так как оценить песенное творчество сложнее и требовало больше времени.
Зефир исчезла, пропав как-то неожиданно, ведь после танца мелькала среди толпы, а тут вроде и ходила, но…
Хм-м…
И Паймон.
Итэр снова забыл о спутнице в интересной компании.
Но все хорошее кончается слишком быстро…
— Где ты был! — вскрикнула нашедшая его фейка, держа в руках несколько куриных шашлычков. — Паймон тебя везде обыскалась! Ты бросил Паймон!
— Какая у тебя громкая прислуга, — Аято показательно мотнул головой, а своей фразой привлек внимание девочки.
— Что? Паймон не слуга! Паймон — это Паймон! — вспылил фейка и потопала с возмущением по воздуху. — И Итэр — мой друг!
— И как тебе конкурс? — отвлек от спора юноша, пока от криков ни у кого не начала болеть голова.
— О! — быстро переключилась фейка. — Восхитительный! Но жаль, что ничего не дали попробовать зрителям… — а потом ее взгляд наткнулся на стол. — Они все принесли сюда?! Итэр! — с обвинением воззрилась на него девочка.
— Ты ведь сама улетела, — с легкой насмешкой пожал плечами юноша. — А господин Чжун Ли меня как раз приглашал к их столу, когда ты оставила нас, торопившись все увидеть.
Паймон выглядела сильно раздосадованной.
— Угощайся, — миролюбиво предложила Джинн, явно тоже не желая лишний раз усугубить конфликт и обиду фейки.
