Сам Архонт тогда установил алтари по всему Ясиори, чтобы темная энергия павшего божества не отравляла земли и не мешала жить людям. Но шрам на острове остался до сих пор, напоминая о болезненном проигрыше Ватацуми.
И после этого не раз и не два неспокойный народ поднимал бунты и разбойничали, не шли на контакт с Сёгунатом и всячески игнорировали Электро Архонта, признавая лишь власть клана Сангономии.
Их оставили автономной страной в составе Инадзумы. Им сохранили веру в их бога. Им позволили торговать и контактировать со всем миром. Но из раза в раз дух народа Ватацуми вел к войне.
Сангономия твердила, что виноваты Фатуи. Тарталья с каждым словом выше вскидывал бровь. Он, как действующий Предвестник, слушая слова командующей, разве что закуски не доставал, ибо зрелище было увлекательным для него.
Только вот Фатуи из Инадзумы убрались более полугода назад, после зимы и до их прибытия туда, по приказу Царицы. И, как знал Тарталья, Сердце Бога они получили.
Как раз после этого была подорвана кузня на Татарасуне.
И потому буйствовал Итэр.
И Тарталья.
Кузня им была нужна.
Кузня важна.
Там Электро Архонт ковала кукол.
И теперь… большую часть времени на Инадузме они занимались восстановлением Татарасуны, помогая инженерам из Фонтейна, которых нанял господин Камисато с одобрения Триединого Совета. Пока командующая Сангономия организовывала какие-то очередные диверсии.
И пока она снова не подорвала что-то еще важное, или не уничтожила очередной остров, Итэр насильно посадил ее и генерала Кудзе за стол переговоров, лично следя за исполнением тех. Ему хватило этих месяцев ужаса, чтобы понять одно — если в клане Сангономии власть так жестко привязана к традициям, то время выдать Кокоми замуж за какого-нибудь нормального кандидата, чтобы он правил, а она дальше свои книжки читала.
Тарталья занимался тогда другими делами — собрал компромат на глав двух кланов и передал те Аято.
Да, Тарталья — Предвестник Фатуи. Ну, и что, если цели у них обоих совпадали? А измена — это измена везде. И главы тех кланов именно что изменили родине ради личного блага и амбиций, обманывая Архонта.
Итэр реально вздохнул спокойно, когда все-таки попал к Электро Архонту. В Эвтюмию.
И заключил, что внутренний мир Зефир, даже когда тот был подвержен яду, куда радушнее и приятнее, чем место жительства Райдэн.
После долгой и нудной работы, бесед и боев, ему все-таки удалось добиться своего и вытащить в реальность упрямую богиню. А потом настоять на прогулке по городу, обеде и простом общении с ее подданными, чтобы она посмотрела на мир и ощутила его, а не тонула в своем горе вечность, идя к саморазрушению.
И еще попросил решить проблему Ватацуми как можно скорее.
Указ Сакоку был отменен. Как и Охота на Глаза Бога.
И было заметно, что после этого будто рукой смахнуло напряжение, что царило на островах. Даже солнце стало греть, дожди не столь активно заливать, а ветер ласково дуть.
На эти земли приходила гармония.
От состояния божества-хранителя зависит состояние его земель.
Итэр улыбался, видя дело рук своих. Отличный результат. Знакомство с Электро Архонтом прошло хорошо, что нельзя было сказать о пути к нему.
А после Райдэн ушла на Каннадзуку, исполнять свою часть договора.
Боги… пока боги этого мира не разочаровывают его… А оступаться каждый имеет право. Главное, чтобы потом нашел в себе мужество признать ошибку.
— Она сказала, что последние штрихи за тобой, — Итэр смотрел на приветливого Венти, глаза которого сверкали в нетерпении.
Тот в готовности подскочил и засуетился.
— Тогда отправляемся немедленно! — вскинул он руку. — К Андриусу!
* * *
Предрассветный мир был мягким и теплым. Шум моря доносился до слуха, а ветер ласково перебирал волосы, радуясь возвращению и шепча о пропущенном.
Женщина, прикрыв глаза, склонила голову к плечу и наслаждалась умиротворением. Она сидела на подоконнике и просто дышала полной грудью — без сожалений, но с переполнявшим трепетом и предвкушением.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
У них получилось. Они смогли. Они живы и радуются каждому дню.
Хах… авантюра.
Их ждал крайне тихий и спокойный год, который позволит отдохнуть и набраться сил.
— Доброе утро, — раздался сдержанный мужской голос за ее спиной с еле заметными нотами радости.
— И тебе, — она обернулась с улыбкой и натолкнулась на цепкий взгляд золотых глаз.
Чжун Ли крайне внимательно осматривал сидевшую перед ним женщину, будто искал изъяны или изменения, но… не находил тех. После чего вздохнул с облегчением.
Зефир вскочила с подоконника и приблизилась к мужчине, который, ощутив ее приближение столь ранним утром, явно торопился встретить, отчего собрался насколько позволяли приличия, оставляя галстук расстегнутым, как и плащ.
— Извини, что потревожила и пришла без предупреждения, — она ловко завязала галстук и провела пальцами по воротнику, поправляя тот.
Чжун Ли изумленно вздохнул, но взял себя в руки, только вот не мешал чужой заботе.
— Не стоит излишних волнений, — мягко ответил он, смотря на женщину и как ее пальцы буквально пробежались по застежкам плаща, приводя все в надлежавший вид.
Изящный канзаши тонкой работы аккуратно убирал часть ее волос, а Чжун Ли с теплом признал камень в украшении — тот самый, который он подарил ей еще в Мондштадте. Женщина создала из староцвета прекрасное изделие.
— Я хотела узнать у тебя… когда ты будешь готов к путешествию? — Зефир, закончив и оставшись довольная видом, отступила и заглянула в глаза мужчины с вопросом.
— Хоть завтра, — он легко улыбался. — У тебя есть предпочтения?..
— Хм-м, — она задумчиво прижала пальцы к щеке и глянула чуть выше плеча Чжун Ли. — К концу лета мы понадобимся в Сумеру, а весной я хотела бы побывать на Иродори в Инадзуме и встретиться с Райдэн Эи. Надо достойно поблагодарить ее. Там как раз тоже появится Итэр в это время — вылезет, наконец, из Энканомии, которую отправится изучать после праздника фонарей. Зимой я как раз хотела бы побывать на нем. А в апреле надо попасть в Снежную…
Мужчина слабо рассмеялся, слушая глобальные планы богини.
— Тогда мы можем начать свой путь с Мондштадта, как раз на месяц, а дальше двинуться на юг, — предложил Чжун Ли. — Хоть фестивалей там не будет в ближайшее время, но мы ведь никуда не торопимся.
Зефир ярко улыбнулась и кивнула, а ее глаза сверкали от радости.
Так же, как и пела от радости душа старого дракона.
Она вернулась и сдержала свое обещание. Она осталась с ними.
