Богиня вздохнула и качнула головой.
Мало. Очень мало.
— Ты говоришь, что она вернется через год? — Царица прикрыла глаза.
— Да, Ваше Величество, — Тарталья старался лишний раз не дергаться и не лезть, чтобы не вспугнуть откровения женщины. Но его накрыло понимание и озарение.
Так вот о чем говорила Зефир тогда в своем сознании! Вот за что благодарила Орден Бездны! За помощь в войне против Небес…
Как… иронично.
— Хорошо, — кивнула богиня и подняла взгляд на мужчину. — Она знает, что делает. Так что следуй ее просьбе. Этот Итэр ценен для нас.
Предвестник прижал кулак к груди и кивнул.
— Я хочу, чтобы ты видел это и понимал, за что мы боремся и к чему стремимся, — указав на сад, твердо произнесла Царица. — Не забывай.
— Так точно, — было ей ответом.
Стремимся к свободе…
— Что насчет Анемо Сердца Бога? — осторожно уточнил Тарталья.
— Кара сама его отдаст, — уверенно сказала женщина. — Когда придет время.
* * *
Звук лиры разносился по округе, подхваченный прохладным ветром.
— Как же быстро летит время, — вздохнул Венти, лежа в тени дуба и наблюдая, как кружили в воздухе листочки и кристальные бабочки.
Недавно прошел фестиваль вина и вкусной еды около Спрингвейла. Название «Пиршество Странников» — определенно удачное и хорошо прижилось, отдавая неким уютом и спокойствием, будто теплая мысль, что после долгого пути тебя всегда будут ждать дома.
Да… ждать.
Бард поймал листочек и задумчиво покрутил тот пальцами — год пролетел быстро, и теперь оставалось ждать, как и Итэра с вестями, так и знака Зефир. Хотя Венти сам запросто мог все узнать, но… это приятное томящее ожидание зажигало внутри приятные чувства — что вот-вот и…
И…
Эх…
Ему было тяжело смириться с мыслью, что все в первую очередь Зефир делала для него. И все планы, жертвы, шаги, риски…
Она не оборачивалась назад, не думала о себе, главное, чтобы другим было хорошо и здорово. Но как им будет хорошо, если им для этого надо и ее благо.
Этого она не понимала. Не видела.
В некоторых моментах Зефир была столь слепа, чем делала еще больнее.
Пальцы заскользили по струнам, выбивая мелодию, которую он слышал от Зефир. Песня, звучавшая на ладонях статуи, когда они ночь напролет смотрели в звездное небо и общались. Теперь же Венти казалось, что тогда эти слова прозвучали специально.
Для него.
Ведь это он — ветер надежды.
Ветер (Элизиум — Ветер надежды)
Замер вдали,
И стоят в порту корабли.
Погрузившись в сон,
Позабыв про моря.
Мачты
Крошатся в пыль.
Корабли гниют
В полный штиль,
Паруса убрав,
В ожидании дня…
Когда ветер надежды
Снова вернется
С первым лучом
Яркого солнца,
Тысячи птиц
Поднимая
Над сотнями крыш.
Ветер надежды
Головы кружит
Старым и юным
Всем, кому нужен.
Воздух свободы —
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ветра не бойся, малыш.
Люди
Как корабли,
Что стоят всю жизнь
На мели,
И теряют дни
В сетке календаря.
Мало
Просто мечтать
Надо очень ждать
И поймать
Этот ветер так,
Чтоб сорвать якоря.
Это повсюду — в нашем молчанье.
В тех новостях, что срывают дыханье.
В каждой холодной ночи бессонной.
В трели внезапной звонка телефонной.
Это там, за горизонтом, ждет нас впереди
И вот-вот должно произойти.
Ветер надежды
Снова вернется
С первым лучом
Яркого солнца,
Тысячи птиц
Поднимая
Над сотнями крыш.
Ветер надежды
Головы кружит
Старым и юным
Всем, кому нужен.
Воздух свободы —
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ветра не бойся, малыш.
Венти выдохнул и прижал пальцами струны, чтобы заглушить звуки и слышать один, важный.
— Хе-хе, я рад тебя видеть! — улыбался бард и махал рукой.
Итэр усмехнулся и приблизился, чтобы сказать то, чего они так долго ждали.
— Она закончила.
* * *
Путь Итэра не ждал легкий… но с компанией, право слово, было проще перенести все испытания, что ждали их в Инадзуме. А противостояние там затянулось на добрые четыре месяца — война никогда быстро и по щелчку пальцев не кончается. Особенно гражданская.
Он попал в Инадзуму в апреле, когда вернулся флот капитана Бей Доу после долгого рейда. И разобрался со всем только к сентябрю, с первым кораблем возвращаясь в Ли Юэ, чтобы застать начало Лунной Охоты. Праздник хоть как-то позволил отдохнуть, а после с новыми силами вернуться в Инадзуму, чтобы узнать, как там дела насчет их договора с Райдэн. Не зря ведь он целый август потратил на ее адаптацию к миру смертных.
Как бы Итэр не хотел лезть во всю грязь, но… он был не один, а с друзьями, которые подставляли и плечо, и защищали спину.
Друг другу.
Он был невероятно зол, когда приехал на Инадзуму и узнал, что Сопротивление все-таки подорвало кузню. При встрече с командующей Сангономией он готов был хлестко высказать все, что думал о ее шагах и последствиях решений.
Это не отстаивание позиций граждан Ватацуми. Не завоевание.
А настоящее бездумное уничтожение.
Ясиори больше не пригоден для жизни.
Какой нормальный правитель, который думает о благе и видит дальше своих сиюминутных желаний, так делает? Если бы они хотели расширить свои границы, чтобы иметь посевные поля, то не подвергали бы земли отравлению. Теперь это просто кусок камня с костями бога. Все.
Но ведь это самый простой шаг, чтобы выкурить с острова и вражеские силы, не давая там встать им лагерем…
Итэр с трудом сдержал ладонь, чтобы не припечатать ту ко лбу.
За свою длинную жизнь он был свидетелем, как и участником, множества войн. Видел и завоевания, и уничтожение, и слушая объяснения шестнадцатилетней девочки, которую посадили на трон… ему становилось дурно.
А еще дурнее, когда он видел все эти книжки в ее «убежище», и слышал через слово о «поход, война, диверсии, стратегии». Или же когда она забивалась в угол с какой-нибудь литературой издательства Яэ, чтобы потонуть в художественном мире.
И с каждым разом, наблюдая за поведением девочки, Итэр понимал все сильнее, что Кокоми не видела разницы между книжками и жизнью. Она пыталась воплотить в реальность прочитанное, но не понимала, что написанное лишь фантазии автора, который мог вообще не смыслить в войнах. Оно и заметно, видя результаты на Ясиори и Каннадзуке.
Сёгунат ни разу не посылал войска на Ватацуми, а он мог — у него имеется флот. Но он лишь оборонял важные точки на островах. Они пытались сохранить границы, генерал Кудзе берегла людей и не могла понять столь крайних мер командующей Сангономии… а та шла решительно дальше, сметая всех на пути.
Ради чего? Это уже не походило на спасение от гнета злого Архонта. Ни разу.
Насколько Итэр мог судить, изучив историю Инадзумы, пока был на острове Ватацуми, это была не первая война клана Сангономии с Сёгунатом. Еще в Войну Архонтов они разорвали мирный договор с Инадзумой, напав на Ясиори и склонив своего бога к войне. И Оробаши тогда пошел на уступки народа, так как видел, что Ватацуми не мог дать достаточно пищи людям, поэтому требовались как поля, так и пастбища. Они были богаты лишь жемчугом, рыбой и полезными ископаемыми, которыми успешно торговали с соседями. Только вот… в этой войне народ Ватацуми потерял своего бога и капитулировал, становясь подданными Электро Архонта, который даже пошел на уступки и позволил людям сохранить веру в мертвого бога.
