— У тебя ещё будет шанс попробовать его спросить об этом, — ответил я.
— Ты не ответил. Почему он так тебя назвал?
— Откуда мне знать? Может, я и правда он? Внешность обманчива, моншер.
— Ты повелеваешь мертвецами. Ты призываешь демонов. Ты ведёшь себя как безумец. Как можешь ты быть героем?
Я прищурился:
— У меня и волосья ещё не цвета золота и мускулатуры нема. Хватит меня унижать, а? Какого героя заслужили, тот и явился! Вон, ты родился крепышом, жрёшь в три горла, бухаешь как проклятый, а кто–то сидит на брокколи и толстеет!
Хельге растерянно открыл рот. Выдавил из себя:
— На чём сидит?
Мы подошли к выходу из деревни. Головастик уже растворился в пустоте.
— На брокколи, друг мой. На брокколи, — ответил я.
Вы покидаете фазовое подземелье «Гелбгартен». Уверены?
Ну ещё бы.
Я шагнул в цветущий мир и споткнулся о труп Головастика.
— Э?!
С рёвом ко мне двинулась огненная стена. Сзади почувствовалось движение, система швырнула меня в сторону, уводя от атаки вылетевшего из инвиза разбойника.
Из пламени вырвался детина в красных латах, с сверкающим молотом в руках. С воплем грохнул оружием о землю.
Получен негативный эффект: «Ошеломление»
Ой–ой…
Глава девятнадцатая «ПВП или …?»
Бдыщь.
Здоровяк в латах врезал молотом мне в голову. Надо сказать, было в действии нечто обречённое. Из–за оглушения пошевелиться я не мог, и просто смотрел как стальная громада, испещрённая магическими символами, медленно летит в лицо. С тоской, надо сказать, смотрел. И даже когда в шею воткнулся кинжал разбойника, отчего в горло хлынула солёная кровь, всё не мог оторваться от орудия молотобойца.
И вот, наконец, долгожданная встреча.
В глазах потемнело, чёрная дрянь залепила лицо, зажглась, опаливая кожу. Я ещё ничего не понял, но уже падал на землю, набирая бешенное число дебаффов и урона. Грохнулся рядом с Головастиком. И только ща вспомнил про «кураж». Выплюнул его, вместе с брызгами крови, перекатился в сторону и вскочил на ноги.
Мозг, как водится, в такие моменты, моментально впитал в себя информацию. Всегда бы так быстро работал.
Нападающих было девять человек. Маг с ником ЯкорнаяШесть, двое щитоносцев рядом с ним — Бмвхеров и Длинноносый. Позади танцевала девчонка в маске, извиваясь под невидимую музыку, как обдолбанная любительница стриптиза, позабывшая пилон — эту звать Зинаида. Рядом с танками корчился хмырь в чёрном, выдавливая из рук вязкую угольную дрянь, которая, верняк, меня и накрыла во время атаки. Колдунчик.
Ещё двое прятались в самом тылу. Наверняка хилы… Одна в зеленых листочках, тут Егоркой быть не надо, чтобы понять — друид. Зовут Очкастая. Плечом к плечу с ней жрец, тоже просто, ибо бело–золотые одеяния, много искр и святости вокруг. Над головой в капюшоне, окутанной сиянием, висело имя Блонда. В целом логично пока всё с именами.
Из Гелбгартена вывалились викинги. Трое сразу. Олаф появился прямо за спиной алодоспешного Рукоблуда. Северянин долго соображать не стал, чай не Лолушко, сразу саданул топором в шею молотобойцу. Тот крякнул, разворачиваясь. Выставил древко, защищаясь от второго удара.
На Хельге из невидимости раскрылся Бомжара, ноги скандинава подкосились, бергхеймец грохнулся на колени в оглушении, но пристроившегося за его спиной игрока смёл Леннарт. Разбойник отлетел на несколько шагов, грохнулся на землю и ловко вскочил на ноги, чёрный провал капюшона смотрел то на меня, то на Хельге. Со стороны хилеров в милишника били потоки целебной гадости.
Наружу вывалились остальные викинги и Кренделёк. Юра ситуацию оценил сразу и тут же исчез.
— Собирай шмот, Юрец! Не лезь! — гаркнул я. ЯкорнаяШесть что–то крикнул. В Леннарта впилась огненная стрела, а затем полилась чернота из рук Колдунчика. Гигант вспыхнул, волосы заискрили.
— О–о–оди-и-ин! — взвыл он и рванул к магу.
— Мочи Очкастую и Блонду! — завопил я. — Все в Очкастую и Блонду! Ахахаха!
Безумный хохот сдернул на меня огонь противника. Даже танки, стоявшие рядом с лидером, молча бросились в атаку. А Егорка дал по газам, уходя подальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Викинги разом ринулись к указанным целям. Двадцать секунд у них есть. Дальше не знаю, что будет.
— Стас на хил давай!
Бард, вышедший из Гелбгартена, изумлённо смотрел на происходящее. Лютни в руках нет.
— Милый друг, открой шампанское! — затянул дрогнувшим голосом он. — Пусть пробка выстрелит, взлетая в потолок!
Игнат покраснел сразу как вышел из подземелья, будто ждал атаки, вот только вместо хилеров врезал по Длинноносому. Вокруг танка вспыхнул пузырь, гасящий стрелы, затем лопнул и сталь зацокала о доспехи. Воин споткнулся. Затем получил разряд током, застыл, дёргаясь. Его тут же окутали бабочки, и щитоносец вышел из контроля.
— Юрец, подбирай, подбирай!
Я торопливо бросал на землю вещи. Те растворялись в траве, а значит разбойник услышал. В меня ударила ещё одна огненная стрела. Осыпалась чёрная гниль. Бмвхеров выдал рывок, ушедший в неуязвимость. Махнул сверкающим мечом вскользь, от инерции воина развернуло, и он грохнулся в траву.
Я скакал что было сил, избавляясь от шмоток. Последним на землю упал Оскал, и его слизнула рука невидимого Кренделька. А потом закончился кураж. Ноги моментально оплело вязкой дрянью, вспыхнули волосы от очередного заклинания ЯкорнойШесть. Я развернулся, дал в догоняющего меня разбойника Коварный удар. Бмвхеров проорал что–то вдогонку.
Вы получаете негативный эффект «Вопль гнева». Вы обездвижены.
Длинноносый рывком приблизился ко мне и грохнул в спину щитом.
Вы получаете негативный эффект «Удар щитом». Ваши способности уклонения снижены на 100 процентов.
Фак. Нет, это не тот эпический бой, который предназначен герою. Я тупо слился. Да, дал ребятам несколько секунд, но, в нормальной, героической битве мы должны славно сражаться, почти проиграть, а затем вытащить на воле, вспомнив причинённое нам зло, или же одноногую собачку, замордованную злодеями. Встать и победить. И тогда будут кассовые сборы, и престижные премии. И благодарные читатели будут утирать слёзы облегчения, радуясь тому, что добро всё же победило.
Но это не та история, блин. Опять не та! Перед тем, как умереть, я увидел, что викинги смели хилов. Олаф в исступлении кромсал друидку, а топор Леннарта опустился на Блонду. Хотя бы не по нулям. Затем на мне дотикал дот Колдунчика и, повиснув над полем боя в роли скорбного привидения, я увидел, как споро разобрались с моими товарищами ребята из Роттенштайна. Да, хилов мы выкосили. Но… Игната парализовал Колдунчик. Харальд обратился в плюшевого мишку, упав в дорожную пыль. Контроля Роттенштайну выдали от души, ничего не скажешь.
Остальных северян забрал на себя Бмвхеров, окутался пузырём, пятясь от наседающих бергхеймцев. Те, как свора голодных псов кидались на бронемишку, тщетно пытаясь его укусить. Масстаунт в деле. Разумно, у каждого танка такой должен быть. И пока скандинавы колупали воина — ЯкорнаяШесть и Бомжара оперативно нюкнули бедолагу Стаса, вяло отмахнувшегося копьём. Рукоблуд обошёл северян с тыла, поднял молот к небу, и тот засветился божественно, ярко, тело друидки дрогнуло, впитывая магию. Всё, гг. Сейчас её поднимут и кончено.
Но что это получается — алодоспешный — паладин? Паладин Рукоблуд, млять?!
Под градом ударов на землю повалился Бмвхеров, но викинги после него ринулись на готового к драке Длинноносого. Тупик.
После этого сознание померкло.
* * *
Дышать было нечем. Я резко сел, ударил себя по груди. Внутри разлилась тишина, словно сердце остановилось. Страх кольнул виски. Голова закружилась, сознание померкло. Картинка поплыла в сторону, и я перевернулся на бок, упираясь руками в мокрую землю. Закрыл глаза, медленно вдыхая и выдыхая. Мутило страшно, в ушах звенело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
