И чего я страдаю? Кураж!
Дурнота сразу ушла. Я выпрямился, оглядываясь. Передо мною из земли торчал покрытый мхом обелиск, с выбитыми символами. Небольшой холм вокруг усеян то ли валунами, то ли обломками древнего строения. Вокруг густой лес.
Я открыл карту, изучая местность. Так… До точки нашей бесславной гибели километра, наверное, два. Но бежать туда, сломя голову, не стоит. По любому это слив, и сейчас все мои товарищи тут появятся. Потом на склад, за обмундированием. Вряд ли Юра сможет утащить все шмотки, что с нас нападали. Лишь бы Оскал сохранил. Несмотря на минусы демонического наряда — фармить с ним проще, чем без него.
У меня осталась только маска Кровавого Клоуна. Всё остальное — стартовый набор.
— Это прямо невероятно печалит меня, — выругался я. — Невероятно. Чего им надо, Егорка, а?
В голове вспыхнуло.
Получен смертельный урон от Таксист.
Я привычно поднялся в воздух над телом, озираясь. Вокруг беззвучно шелестела трава да листва окрестных кустов. Под ногами валялся мёртвый Лолушко со стрелой в глазу. К горлу подкатил комок. Вот ведь дрянь… Они оставили здесь стрелка. Суки… Ох, плохо дело. Экипированный лукарь одним выстрелом положил. Вот и говорите потом, что тащит не шмот, а руки. Ещё как рулит снаряга в таких вот играх.
Сидящий в засаде стрелок так и не показался. А за пару секунд до того, как отключиться — я увидел труп Головастика, по ту сторону камня. Тоже пробитый стрелой. Ладно, ща разрулим.
В следующее пробуждение я дал кураж и пулей слетел в подлесок, перепрыгнув через труп Олега. Значит, вторую пачку у Гелбгартена тоже убрали. Толково подошли. Ясно теперь, отчего у них перед Твердыней такие укрепрайоны. Нам тоже стоило стражу собрать.
Но откуда ж гадёныши узнали где мы?
Стрела вылетела из чащи, скользнула по неуязвимости и вонзилась в дерево. Оценив направление, я заработал локтями, двигаясь в направлении откуда стреляли. Под ногами что–то пыхнуло, в небо взмыло облако. Система обрадовала, что я невосприимчив к эффектам отравления.
Таксист стоял у дерева и уже натягивал тетиву, когда я бросился к нему со своим старым клинком грубой работы. Выстрел. Треньк. Сколько куража осталось? Больше всего стрелок походил на русского воина. Остроконечный шлем с забралом, бармица. Высокий воротник. Кольчуга! Кожаный ремень перехватывал пояс. За спиной бурый, отделанный мехом плащ.
Охотник неторопливо вытащил из колчана ещё одну стрелу. Треньк. Теперь уверенности в роттенштайнце стало поменьше.
— Почём до Дворцовой, брат? — гаркнул я, входя в клинч. Под ударами Таксист попятился, ловко спрятал лук. Выудил клинок, поднырнул, пытаясь подрезать ноги. Я ловко перепрыгнул меч противника, саданул прямым в голову.
Пошатываясь, охотник разорвал расстояние.
— Кустодрочер! — гаркнул я «Унижением».
Таксист снова схватился за лук, начал краснеть, а затем вдруг с него слетело боевое безумие. Мой дебаф сожрал усиление противника. Поэтому в грудь Егорке вошла не очередь стали, а обычная стрела. Правда, всё равно кольнуло пренеприятно.
Коварный Удар.
Колупая бесполезной железкой эпического героя, я попытался найти хоть какую–то щель между бармицей и доспехом, чтобы добраться до шеи врага. Тщетно. Наконец, с Таксиста слетело ошеломление, и он дал выстрел в упор. Что–то сверкнуло. Меня забило током, оружие вывалилось из рук.
— Б–б–б-б–ля–д-д–д–д-ин–н–на!
Стрелок отошёл на пару шагов, поднял лук.
— Брат, а ты вёрткий, — высоким голосом проговорил охотник.
Бац!
Получен смертельный урон от Таксист.
Не дожидаясь моего падения, лучник перевёл взгляд на холм. Не, братка. Так вот пару раз, и ты уже не успеешь нас отконтролировать.
На третий раз я очнулся, лежа на трупе Светланы. Перекатился, едва не проблевавшись. Глаза закатывались. Кураж, вскочить, броситься прочь. Перепрыгнуть тело Стаса, оттолкнуться от живота Жени.
Таксист не стрелял. Уверен, что заметил. Тем более у охотников есть чем палить людишек в лесной чаще. Радар Игната я помнил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пригнуться, прыгнуть в сторону. Перекатиться, как в фильмах про спецназ. Когда кураж подошёл к концу, я был уже в зарослях. Замереть.
Порыв ветра затрепетал листвой. Присев, я оглядывался, расфокусировав взгляд, чтобы отреагировать не любое движение.
Кураж.
Способность «Кураж» находится на перезарядке. Осталось 4 минуты, 50 секунд.
Как быстро и бесполезно потратить ульту. Впрочем, зато не в панической атаке корчусь на холме.
У обелиска поднялся Стас, растерянно присел, заозирался. О, я тоже обратился во внимание. Вжжух. Шмяк. Голова Книгожора дёрнулась, бард плюхнулся на землю. Не очень благородно было продолжать отсиживаться, но зато теперь я догадывался, где засел Таксист. Лезть в атаку не торопился. Пока буду ломиться через кусты — он снимет меня одним выстрелом, как и других. Значит, надо дождаться отката куража. Иначе — никак.
Хотя ублюдок определённо знал, где засел противник, и не торопился. Может, собирается отправить всех на перезагрузку, а потом идти искать меня? Сколько времени проходит между смертью и воскрешением?
Распластавшись по земле, вжавшись в пахнущий мох, я всматривался в лес.
На холме появился Игнат, с бесполезным мечом. Бросился прочь с холма, но тоже получил свой снаряд отдыха и плашмя рухнул на землю грохнулся вниз.
Кураж.
Способность «Кураж» находится на перезарядке. Осталось 3 минуты, 50 секунд.
Когда–то в детстве я выиграл конкурс на спортивном ориентировании, безошибочно отсчитав минуту. Гордый был, радостный. Значимостью свой блеснул. Спасибо отцу, который научил той хитрости. Долгое «ииии, раз», потом «ииии, два». На двадцати становилось проще, главное, держать интервалы. Я не сбиться на следующей минуте. Это вам не буржуйское «мисисиппи раз», это наше, исконное!
— Вижу тебя, брат, — раздался голос Таксиста. — Вижу.
Точку ты на карте видишь, а не меня, свинота. Я вперил взор туда, откуда шёл звук.
— Давай сделаем это по–быстрому, а? Не трать свои нервы. Я никого отсюда не выпущу.
Идущий на полусогнутых ногах охотник появился из–за дерева, метрах в тридцати от меня. Натянутый лук смотрел в мою сторону. Я видел его сквозь мешанину листвы, а он — нет. Таксист остановился, вглядываясь в заросли. Чуть наклонился влево, затем вправо, меняя углы обзора.
— Ты ж в кустиках залег, брат.
Он сделал ещё шаг. Пальнул. Стрела злобно прожужжала сквозь заросли, в полуметре от меня. На землю упали срезанные листья. Таксист ловко выудил из колчана свежий снаряд и опять натянул лук.
— Попал, брат?
Кураж.
Способность «Кураж» находится на перезарядке. Осталось 2 минуты, 25 секунд.
Губы пересохли. Сердце колотило в рёбра, требуя отпустить на волю. Не мигая, я наблюдал за стрелком, молясь всем известным сущностям, чтобы он медлил и дальше. Будет кураж — будет шанс. Дать ему коварным ударом, унижение, затем кураж и бежать прочь, набрасывая гадости на всех встреченных животин этого леса.
Охотник вдруг нервно обернулся через плечо. Лук дрогнул, будто нашлась цель поинтереснее. Таксист начал смещаться вбок, поглядывая то на кусты, то куда–то направо. Менял сектор обстрела. Достаточно торопливо.
Чего чудит?
Я не шевелился. Любое движение — и листва дрогнет. Таксист зря медлит. Разумный человек на его месте давно уже подошел бы и вплотную расстрелял! Или… А!
Улыбка сама собой появилась на лице. Таксист боялся. Влепив в меня несколько стрел, во второе пришествие Лолушки, и допустив переход боя в мили, он не знал с чем столкнулся. И не знал, что кураж у меня на кд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Пока на кд.
Способность «Кураж» находится на перезарядке. Осталось 0 минуты, 45 секунд.
Охотник опустил оружие, быстро сорвал что–то с пояса и воткнул в траву. Направил лук в сторону, будто ожидая приближения более опасного врага. Это ты зря, парень. Очень зря. Я дышал очень ровно, отсчитывая секунды. Двадцать пять. Двадцать четыре. Ему хватит мига, чтобы сложить раздетого шута. Поэтому тут важно не ошибиться. Расстояние до него я преодолею секунд за пять, с акробатикой быстрее.
