людоеды или жажда не убьют их раньше.
Я смотрела на собравшихся вокруг детей. Они жили в такой великой стране, но в таком отчаянии. А безграничная магия напрочь игнорировала их.
– Я не взяла с собой много воды, – хмуро сказала Сыла. – Я оставила большую часть им.
– Да что такое это большая часть… – выдохнул Йигит. – Они продержаться максимум два дня.
Эрим молча шел впереди нас с высоко поднятой головой, но я чувствовала, что мысленно он остается здесь. Даже я не могла не думать об этом поселении. И о других деревнях. О тех местах, где нет рядом дворцов.
– Подождите секунду. – Я остановила их, не в силах сдержаться. Не в силах допустить этого. Меня не волновало, что случится. Я не могла просто уйти, когда у меня был шанс помочь.
Я пошарила в сумке, достала флюгер, который дала мне Сонай, и направилась к пересохшему колодцу. Все вдруг обратили на меня внимание. Я приблизилась и склонила голову. На дне не было ничего, кроме огромного небытия и темноты. Я положила одну руку на камень, а второй поднесла флюгер к губам и подула.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть это сработает.
– Что ты делаешь? – спросила Сыла.
– Надо немного подождать, – сказала я и снова склонилась к колодцу, но там не раздавалось ни звука. Ничего не изменилось.
– Он пересох еще несколько десятилетий назад, – сообщил один из жителей деревни.
Я знаю, знаю, но немного магии ведь не помешает. Немного магии должно решить проблему.
– Нова, – позвал Эрим, – нам надо идти, пока не стало слишком поздно. Мы еще должны найти место для ночлега до наступления темноты.
Я ждала, ждала, ждала… Смотрела в колодец снова и снова, но ничего не менялось.
Разочарование охватило меня. Получается, Сонай мне солгала. Но какова ее цель? И кроме того, во мне не осталось никакой магии, которая бы не позволила им найти меня. Значит, за мной никто не пришел не потому, что не мог отыскать.
– Там что-то шумит! – выкрикнул один из мальчишек. Пока я разворачивалась, жители поселения начали окружать колодец. Я сделала несколько шагов вперед, прорываясь сквозь толпу, и снова заглянула внутрь колодца.
Я широко улыбнулась.
Послышался шум волны, бьющейся о каменные стены. Вода медленно поднималась к нам. Кто-то уже опустил ведро в колодец и потянул за веревку. Когда он достал и взял в руки емкость, заполненную чистой и прозрачной водой, все вдруг начали кричать и визжать. Некоторые пили воду, другие умывали лицо.
– Невероятно! – кричали они.
– Впервые за много лет!
– Да благословит тебя небо!
– Спасибо!
– Спасибо!
– Спасибо!
Эрим, Сыла и Йигит подошли ко мне с гордым выражением лица. Я поворачивалась из стороны в сторону, пытаясь уловить то, что мне говорят, стараясь улыбаться каждому, кто хотел прикоснуться ко мне или пожать руку. Эрим встал прямо передо мной и смочил пальцы в колодезной воде. Подошел ко мне ближе, откинул за плечи волосы, которые закрывали мое лицо, отчего я на мгновение напряглась. Он ободряюще посмотрел на меня. Затем двумя мокрыми пальцами стер грязь с моего сигила. Жители, наблюдавшие за нами, отступили назад в удивлении. Некоторое время мы просто смотрели друг на друга. Потом Эрим прижал кулак к груди, кивнул.
– Моя наследница, – и опустился передо мной на одно колено.
Сыла сделала то же самое.
Йигит сделал то же самое.
Шафак сделал то же самое.
Так же поступили и все Неверные, которые не служили ни одному королевству и отказались от них.
– Она наследница Воды, – пробормотал один из деревенских.
Мои глаза расширились от привычного страха, но никто не сказал ничего дурного или ужасного: им нечего было предложить, кроме улыбок и благодарностей. Однако у меня все равно создалось ощущение, что они преподнесли мне сундуки, полные бриллиантов.
Оставшись стоять в одиночестве, вращаясь вокруг себя, я смотрела на десятки людей, что преклонили колено передо мной. Они не ненавидели меня, они были мне благодарны.
В ушах зазвучала мелодия, которую я никогда раньше не слышала, и я стала напевать ее. Когда я закружилась, плащ развевался позади меня.
Сны и явь, крики и шепот, ноты смерти и жизни текли с моих губ, как река.
Глава 29. Злодеи и нечестивые
Погода сегодня стояла нестерпимо жаркой. Солнце не переставало печь наши головы, как будто имело что-то против всех нас.
– Это хорошо, – произнес Эрим. Он поднял голову к небу, прищурил один глаз и глубоко вздохнул. – Пока солнце над головой, хищники будут держаться от нас подальше.
Я закатила глаза, не в силах сдержаться. Он заметил этот жест и усмехнулся.
– Один из нас должен оставаться позитивным, Нова, – с напускной строгостью сказал он, приподняв брови. Я воспринимала его скорее как старшего брата и лидера, чем друга. Даже за то короткое время, что мы провели вместе, он научил меня большему, чем кто-либо другой в этом мире.
– Мы идем уже десять дней, – ныла я, пытаясь собрать волосы на макушке. Совсем не помогало то, с какой скоростью они росли на знойной жаре. – Но так никуда и не пришли.
Он уверенным шагом направился в мою сторону. Он выглядел таким же уставшим и измученным, как и я. Длинная челка спадала ему на лоб, а щеки обросли густой щетиной, лоснящейся на солнце. Внезапно он поднял голову и устремил на меня кристальные глаза. Смутившись из-за того, что меня поймали за разглядыванием, я повернула голову к Сыле, которая все еще спала на коленях Йигита в нескольких метрах от нас.
Эрим палкой начертил на земле неровный круг.
– Мы здесь, – сказал он. Недалеко от него, вместо того чтобы нарисовать другой круг, он поставил крест. – Согласно карте, Кластерные пещеры здесь. Так что нам предстоит долгий путь. Хотелось бы мне иметь парочку лошадей…
Да, лошади бы нам очень пригодились.
Или автомобиль.
Или такси.
Я даже согласилась бы на чертов автобус, но не стала лишний раз открывать рот и изводить Эрима человеческими технологиями, которые были ему совершенно не знакомы. Он все равно бы ничего не понял, лишь недоуменно хлопнул ресницами и спросил: «Вы заходите в дом, и он вас везет?» Я однажды уже попыталась объяснить ему, что автобус – это квадратная коробка с окнами и колесами. Но мы с Йигитом сдались на первой минуте. Сыла пыталась немного дольше, но этот парень прекрасно понимал все, что связано с магией, но считал автобус абсурдным. Поэтому я решила заткнуться… И хотя его непонимание могло показаться милым, но не под
