Читаем без скачивания Темное наследие. Беззвездная ночь. Нашествие тьмы. Путь к рассвету - Сальваторе Роберт Энтони

Едва он вымолвил это, как между ними чиркнула серебряная стрела. Когда прошла секундная слепота от вспышки, оба повернулись и увидели нескольких обгоревших и убитых последним выстрелом кобольдов.

В следующее мгновение девушка присоединилась к своим друзьям с Хазид'хи в руке, а с ней подоспел и Реджис, сжимая маленькую булаву, которую когда-то давно выковал для него Бренор. Обведя взглядом пещеру, они поняли, почему Кэтти-бри сменила оружие. Кобольды все прибывали, навстречу им из других пещер выскакивали дворфы, и теперь на месте битвы была такая неразбериха и сумятица, что из лука легко можно было попасть в своих.

— Бежим, — лукаво улыбнувшись, сказала Кэтти-бри.

Друзья весело переглянулись. Все вдруг стало как в старые добрые времена.

Гвенвивар рванулась вперед, Бренор изо всех сил старался не отставать от нее. Кэтти-бри и Реджис бежали по сторонам от него, а Дзирт, успевая поворачиваться то туда, то сюда, мчался последним. Казалось, он был сразу в нескольких местах одновременно, двигаясь с невероятной быстротой.

Биддерду Гарпелл понял, что допустил промашку. Дзирт просил его быть у двери и ждать появления в пещере первых дроу и тогда бросить в туннель огненный шар, чтобы сжечь веревки и обрушить ловушку.

— Это несложно, — заверил маг Дзирта, потому что вспомнил заклинание, при помощи которого он должен был оказаться на месте, а также другое, которое сделало бы его незаметным, покуда не настанет момент для поджога. Поэтому все бросились в бой, уверенные, что веревки будут оборваны, туннели рухнут и наплыв врагов будет приостановлен.

Но дело не заладилось с самого начала. Биддерду уже произносил заклинание, чтобы очутиться у входа в пещеру, даже наметил межуровневый проход, который сразу перенес бы его в нужное место, когда увидел нескольких кобольдов. И они тоже его заметили, что было вполне понятно, поскольку Биддерду не мог видеть в инфракрасном спектре, поэтому пользовался светящимся самоцветом. Кобольды же отнюдь не были тупицами, по крайней мере когда дело доходило до битвы, и сразу поняли, как опасен этот странный человек. Даже самые недалекие из кобольдов понимали, что важно подобраться к чародею и втянуть его в рукопашную. Лучше, если его руки будут заняты оружием, чем какими-нибудь волшебными штуками, нередко взрывоопасными.

И все же даже тогда Биддерду еще мог избежать нападения и проскочить между уровнями в нужное место.

Целых семь лет, до того как настало Смутное Время, Биддерду, вследствие приема какого-то зелья, был у Гарпеллов на положении домашней собаки. Когда же с волшебством стали твориться непредсказуемые вещи, он опять обрел человеческое обличье, правда на краткое время, но вполне достаточное для того, чтобы собрать необходимые ингредиенты и справиться с последствиями употребления странного зелья. Вскоре после этого Биддерду снова стал ловить блох и махать хвостом, но успел помочь своей семье найти удачное противоядие. Во Дворце Плюща разгорелись жаркие споры, стоит «лечить» Биддерду или нет. Похоже, большинство Гарпеллов привязалось к собаке, тогда как человека Биддерду они любили не так горячо. Биддерду даже заменил Гарклу собаку-поводыря во время длительного путешествия в Мифрил Халл.

Однако потом споры стали бесполезны, поскольку магия вновь стала прежней и заклятие попросту потеряло силу.

А может быть, нет? До этого самого момента, когда он увидел приближающихся кобольдов, у Биддерду не было ни малейших сомнений в том, что он снова стал человеком. Но тут он оскалился и почувствовал, как волоски у него на загривке стали дыбом, а копчик напрягся, — будь у него хвост, он бы его распрямил.

Он начал опускаться на четвереньки и тут только сообразил, что у него руки, а не лапы и при этом нет оружия. Он сплюнул, потому что кобольды были всего в нескольких шагах.

Тогда Биддерду решил прибегнуть к волшебству. Он соединил кончики больших пальцев, а ладони широко раскрыл и начал торопливо произносить заклинание.

Кобольды уже подбежали к нему, окружили, и ближайший из них выхватил меч.

В руках Биддерду вдруг вспыхнул жгучий огонь и полыхнул полукругом.

Несколько нападавших упали замертво, другие остолбенело моргали опаленными веками.

— Ага! — победно выкрикнул Биддерду и щелкнул пальцами.

Но кобольды очнулись и бросились на него, а он не знал никакого короткого заклинания, чтобы остановить их.

Сперва кобольды и гоблины казались сплошной неорганизованной массой. Но некоторые из них проходили усиленную военную подготовку в туннелях под Домом Облодра. Одна такая группа из пятидесяти существ образовала плотный клин, во главе которого стояли трое, а остальные выстроились позади широким треугольником.

Попав в пещеру, они не стали ввязываться во всеобщую свалку, а направились влево, туда, где виднелся вход в одну из боковых пещер. Дворфы их почти не трогали, поскольку вокруг и так было кем заняться, и кобольды добрались, куда хотели, почти без помех.

Но здесь их встретил небольшой отряд из дюжины дворфов. Бородатые воины с ревом и криками бросились на них, но кобольды даже не дрогнули. Они вклинились почти точно посредине шеренги дворфов и продолжали двигаться ко входу. Парочка кобольдов была убита, один дворф тоже погиб, но маленькие твари мгновенно сплотились снова, и те дворфы, что оказались зажаты между ними и низким сводом стены основной пещеры, очутились в бедственном положении.

По другую сторону клина «свободная» часть дворфского отряда поняла, какую ошибку они допустили, понадеявшись, что легко справятся с кобольдами. Теперь их соплеменники погибнут, им ничем не поможешь, потому что проникнуть сквозь плотные ряды кобольдов было невозможно. При этом у кобольдов появилось еще одно преимущество: прижавшись к стене, они оказались прикрыты низко висящими сталактитами.

Но все равно дворфы со всем жаром бросились на них, подстегиваемые криками своих несчастных товарищей.

Гвенвивар низко приникла к земле, чтобы пробраться под нависавшими сталактитами. Она на полном ходу вклинилась в кобольдов сзади, отбросила двоих в сторону и пробежала по третьему, глубоко вонзив в него когти, чтобы найти опору для прыжка.

Дзирт мчался сразу за ней. Припав на колено, он почти мгновенно убил двух кобольдов. Рядом с ним бежал Реджис, который и сам-то был не выше кобольда, поэтому дрался с одним из них на равных.

Бренору же, которому требовался простор, чтобы орудовать боевым топором, сражаться здесь было по меньшей мере затруднительно. Еще хуже было высокой Кэтти-бри, не отличавшейся таким проворством, как Дзирт. Встань она на колено, как дроу, ей пришлось бы совсем плохо. Но, стоя во весь рост, она видела только сталактиты, что было не лучше.

Подсказка пришла от Хазид'хи.

Все чувства девушки воспротивились, подсказка противоречила всем правилам боя, усвоенным ею от Бренора, большую часть своей жизни чинившего испорченное оружие. Но Кэтти-бри, почти не размышляя, покрепче ухватила рукоять и широко размахнулась своим великолепным мечом.

Гневно полыхающий алым краем Хазид'хи с силой ударился о сталактит. Движение Кэтти-бри замедлилось лишь чуть-чуть, потому что Потрошитель прошел сквозь камень совершенно легко. Когда он начисто срезал сталактит, девушку по инерции занесло в сторону, и в этот момент она могла бы стать легкой добычей для врагов — но кобольдов больше занимало то, что свод вдруг начал рушиться прямо на них.

Одного раздавил упавший сталактит, другой почти сразу же отправился вслед за ним, поскольку Бренор, едва образовалось отверстие, бросился вперед и ударил топором с такой силой, что разрубил беднягу почти пополам.

Дворфы, остававшиеся снаружи, воспрянули духом, увидев такую мощную подмогу, и стали теснить кобольдов с удвоенной силой, обещая своим товарищам скорую выручку и подбадривая их.

Реджис терпеть не мог столкновений, по крайней мере лицом к лицу. Но сейчас и он был нужен. Хафлинг хорошо понимал это и не собирался увиливать. Рядом с ним, стоя на колене, дрался Дзирт; разве мог Реджис, которому для того, чтобы достать макушкой до сталактита, пришлось бы подпрыгнуть, прятаться за его спиной?