Проехали двойные ворота старой Киевской крепости. Светлой лентой растянулся перед нами Днепр. Переехав на другую сторону реки по новому деревянному мосту, наведенному саперами, мы оказались на Черниговском шоссе. Повсюду следы войны, хотя она уже больше года ушла из этих мест.
Вернувшись в город, мы осмотрели выставку трофейного оружия. Здесь я впервые увидел немецкий самолет-снаряд «Фау-1». Такого экспоната еще не было даже на выставке в Москве.
Затем мы отправились в Межгорье. Здесь в октябре 1943 г. в горячей битве была решена судьба Киева. Тогда на этом поле находился КП командующего 1-м Украинским фронтом генерала армии Н.Ф. Ватутина.
День, проведенный в Киеве, доставил мне большое удовольствие.
В вагоне ждал сюрприз – великолепный рушник, вышитый национальным украинским орнаментом с надписью: «Генералу Еременко А.И. от народа УССР». Это было очень трогательно. До сих пор для меня осталось загадкой, кто и как за такое короткое время мог сделать такую оригинальную работу.
Рано утром следующего дня мы прибыли на станцию Шепетовка – родину Николая Островского. Невольно подумалось, сколько Павлов Корчагиных, следуя на фронт мимо этой станции, с благоговением обнажают голову и повторяют пламенные слова писателя: «Самое дорогое у человека – это жизнь… Вся жизнь, все силы должны быть отданы самому прекрасному в мире – борьбе за освобождение человечества».
Под вечер проехали станцию Рудня Погаювска. В этих местах 30 лет тому назад в первую мировую войну я впервые участвовал в бою, будучи командиром отделения в звании ефрейтора. В августе 1914 г. получил первое ранение в бою под Львовом. Будто вчера все было. И вновь судьба забросила меня сюда.
Ровно в 10 часов вечера поезд прибыл во Львов. Вокзал чем-то напоминает Киевский в Москве, только очень сильно разрушен.
Хотя линия фронта прилично отдвинулась на запад от Львова, но в здешних местах было неспокойно. В лесах и в окрестностях города скрывались банды изменников украинского народа, продавшихся за иудины сребреники фашистам. Ночью бандиты обстреливали поезда, рыскали по дорогам, нападали на автомашины, стреляли из-за угла в наших людей. Одним словом, всячески пытались вредить всем и вся.
В штабе Львовского военного округа и в Львовском обкоме КП(б)У нам рассказали, что с бандитами ведется борьба, многих уже выловили. За день до нашего приезда была обезврежена бандитская группа численностью до 600 человек, из них около 400 пленены.
На следующий день 25 марта рано утром наш вагон прицепили к специально сформированному поезду. Вскоре начались предгорья Карпат. За окном развернулась живописная панорама: невысокие округлые горы, до вершин заросшие густым хвойным лесом, скрывавшим, если смотреть издали, каменные кручи, борозды ущелий, горные водопады.
Стоял чудесный солнечный день. Необычайно голубое в своей прозрачности небо без единого облачка выгодно подчеркивало ярко-сочную горную зелень. Мы распахнули окна, в вагон ворвалась струя чистого, насыщенного хвойными ароматами воздуха. Всего за три дня пути мы перенеслись из московской зимы в солнечную карпатскую весну. Земля уже подсыхала, только в глубоких седловинах гор и на склонах блестел причудливыми серебристыми полосками последний снег.
Чувственное восприятие мирной природы причудливо переплеталось с мыслями о предстоящих фронтовых делах. Глаза смотрели на окружающую красоту, а мысли летели на десятки километров вперед, туда, где люди шли в атаку, где речки или горы рассматривались как препятствия, которые предстоит преодолевать.
По мере приближения к фронтовому району картина менялась: все больше военного транспорта на дорогах, все слышнее гул самолетов в небе.
Станция Хыров. К нам в вагон прибыл заместитель начальника ВОСО 4-го Украинского фронта, чтобы встретить и сопровождать нас.
В 2 часа дня поезд остановился на пограничной станции Устьяново, причем последние вагоны стояли в Польше, а передние и паровоз – в Чехословакии. После несложных пограничных формальностей мы двинулись дальше и через два часа вновь оказались на польской территории, а еще через два часа – на станции, от которой начиналась узкая колея. Отсюда до штаба фронта оставалось 200 км. Мы сгрузили с поезда наши автомашины, заправили их горючим и помчались по шоссе в Кенты, где дислоцировался штаб. На место добрались только к полуночи.
В 6 часов 26 марта я вступил в командование 4-м Украинским фронтом и сразу же погрузился в дела. Вначале работал в штабе, принимая войска и фронтовое управление от генерала армии Ивана Ефимовича Петрова, знакомясь с положением дел и ходом боевых действий.
В состав фронта в тот момент входили: 1-я гвардейская армия (командующий генерал-полковник Андрей Антонович Гречко), 38-я армия (командующий генерал-полковник Кирилл Семенович Москаленко), 18-я армия (командующий генерал-лейтенант Антон Иосифович Гастилович), 8-я воздушная армия (командующий генерал-лейтенант Василий Николаевич Жданов). Всего в составе войск фронта было 10 корпусов, состоящих из 22 стрелковых дивизий, бригад и частей усиления.
По документам, имевшимся в штабе, по докладам начальника штаба фронта генерал-лейтенанта Ф.К. Корженевича и начальника оперативного управления генерал-майора В.А. Коровикова я ознакомился с положением на фронте, и передо мной встала картина не только состояния войск к моменту моего вступления в должность, но и их боевых действий в предыдущих операциях.
Чехословакия первой из славянских государств подверглась нашествию фашистских варваров. Мюнхенские «умиротворители», о которых с проклятием вспоминает все свободолюбивое человечество, бросили эту страну на разграбление гитлеровцам. Семь с лишним лет фашисты огнем и мечом насаждали «новый порядок» в городах и селах Чехословакии. Число граждан страны, погибших в застенках гестапо, расстрелянных без суда и следствия, умерших в концлагерях за этот период, превзошло потери США на всех фронтах второй мировой войны. Но гитлеровцы не смогли сломить волю свободолюбивого народа.
К осени 1944 г. Красная Армия вышла к границам Чехословакии. В сентябре одновременно начались Карпатско-Дуклинская операция 1-го Украинского фронта и Карпатско-Ужгородская операция 4-го Украинского фронта. В течение четырех недель продолжались ожесточенные бои по преодолению вражеских укреплений на карпатских перевалах. 6 октября наши войска, в составе которых героически сражался 1-й Чехословацкий армейский корпус, вступили на землю Чехословакии в районе Дуклинского перевала. В этих местах родился пламенный призыв чехословацких патриотов: «С Советским Союзом на вечные времена».
Бои на территории Чехословакии были связаны с огромными трудностями в силу необычайно сложных условий местности и важности этого района для гитлеровцев. От границ Чехословакии по труднодоступным отрогам Карпат, форсируя многочисленные реки, шли войска 4-го Украинского фронта к важным в стратегическом и экономическом отношении городам страны: Опаве, Моравской Остраве, Оломлуцу и др.
15 января 1945 г. [218] , почти одновременно с 1 и 2-м Украинскими фронтами, войска 4-го Украинского фронта, осуществляя Западнокарпатскую операцию (она продолжалась до середины февраля), с рубежа западнее г. Санок перешли в наступление, прорвали сильно укрепленную оборону противника и за четыре дня наступательных боев продвинулись вперед до 80 км, расширив прорыв до 60 км по фронту. В ходе наступления войска фронта форсировали реки Вислока и Дунаец и овладели городами Ясло и Горлице – важными опорными пунктами обороны немцев на краковском направлении и с боями заняли свыше 400 других населенных пунктов.
Основную роль в прорыве сыграли войска 38-й армии, действовавшей на правом крыле фронта. Вместе с 38-й армией повели успешное наступление и две другие армии – 1-я гвардейская и 18-я. Эти действия войск фронта на территории Чехословакии, как и прежде, протекали в тесном оперативном взаимодействии со 2-м Украинским фронтом, войска которого проводили Среднесловацкую операцию, выдвигаясь на широком фронте к р. Грон. Одновременно 38-я армия 4-го Украинского фронта взаимодействовала с войсками левого фланга 1-го Украинского фронта, осуществлявшими Сандомирско-Силезскую операцию. К 20 января, наступая в полосе Карпат, войска 4-го Украинского фронта освободили польский город Новы Сонч, чехословацкие города Прешов, Кошице, Бардейов. Непрерывные удары наших частей и угроза окружения заставляли врага откатываться на запад.
28 января части 18-й армии овладели крупным административным центром Чехословакии г. Попрад, а 29 января части 1-й гвардейской армии – польским городом Новы Тарг. Вскоре, однако, продвижение войск замедлилось.
Цель продолжавшейся операции – разбить противостоящего противника и выйти главными силами в верховья рек Вислы и Одер до Моравской Остравы – полностью не была достигнута, хотя в течение месяца операция в основном и развивалась в соответствии с намеченным планом. Войска фронта сохраняли боевой подъем, но в результате тридцатидневных боев в тяжелых условиях горно-лесистой местности дивизии в известной степени истощились, снизились их наступательные возможности. Противник же сумел перейти к организованной обороне на заблаговременно подготовленных рубежах.
