Шкрулбойзы снова и снова прогревали движки, и немногие могли дождаться приказа. Колеса выплевывали из-под себя песок, когда они рванули прочь из многокамерного ангара вслед за парнями. Их красные машины описали дугу в космическом пространстве, целые ватаги парней держались на их стороне.
— Парни Шкрулбойзов стремились сюды, шоб давить челавекав, — заметил Витиран.
— Ани б пришли, даже есле карабля не была, — хмыкнул Краснапушк.
— И то правда, — согласился гретчин, видя, как кап’тан схватил конец быстро разматывающейся цепи, примотанной к смертадреду Драбилы.
— Валите их, Шкрулбойзы! — заорал Краснапушк.
Словно гонщики на старте, оставшийся транспорт парней пробуксовался на месте и с ревом покинул ангар. Некоторые были предназначены для использования в космосе — или, на худой конец, в воздухе — но большинство представляли собой просто огромный мотор на колесах, на котором они надеялись попасть на человеческий корабль. Иногда части из них удавалось проскочить сквозь пробоины, оставляемые смертадредами.
— Увидимся на той старане! — захохотал Краснапушк, пока его цепь не натянулась струной и сорвала кап’тана прочь с корабля.
* * *
Истобал крепко схватился за переборку, когда колоссальный удар от столкновения двух кораблей отразился по всему корпусу «Индомитуса». Он даже затмил звуки битвы, пронзавшие его конструкции. Вокс-уловители, встроенные в кости черепа, передавали внутрикорабельную связь, которую было ужасно слушать.
Боевая техника зеленокожих, запущенная в космос, отрезала им путь внутри корабля, и орды чужацких воинов хлынули в прорехи на длиннющих цепях. Орочьи транспорты с шумом вылетали из громадины и врезались в судно, прикрепляясь к корпусу с помощью больших магнитов перед тем, как прорваться внутрь.
Эти цепи сцепили вместе два корабля, и теперь выхода не оставалось. Несмолкающие переговоры по воксу между солдатами на борту подтверждали одно и то же — кишащие орды атакующих орков, убивающих и грабящих все, что им попадалось на глаза. Истобал сел, плотно прижав колени к груди и раскачиваясь взад-вперед на роскошной кровати.
— Зеленокожие на борту «Индомитуса», грядет резня, — сказал он, готовый заплакать. — Зачем Саймон настолько приблизился к Вейлосскому поясу? Он же знал, что у зеленожих тут базы.
— Это был преднамеренный риск, — произнес Бакуда, быстро вооружившись набором из широкоствольных пистолетов, прочных клинков и гранат из лакированного шкафчика с припасами.
Бакуда был телохранителем Истобала, покрытый шрамами ветеран Милитарум Темпестус. Единственный выживший после штурма зеленокожими аванпоста Дома Велизарий на Армагеддоне. Он оставил на память зубы убитого в тот день военачальника, надевая их на шею, словно ужасный трофей.
— Дому Велизарий хватает рисков и без Саймона, — проворчал Истобал, обозленный на упертый нрав капитана. Он поправил украшенную драгоценными камнями повязку вокруг третьего глаза во лбу: — От него требовалось доставить ценности моей семьи и Хартию на Терру в целости и сохранности.
— «Индомитус» быстроходен, и шансы на непосредственное столкновение с орочьим скитальцем-развалюхой были низкими.
— Похоже, не такие уж и низкие, — огрызнулся Истобал, вытирая руками лицо, ставшие мокрыми от слез и соплей. Он протер их шелковым одеялом и сделал глубокий успокаивающий вздох.
— Я — навигатор Дома Велизарий, — сказал он, вставая с кровати. — Подобная трусость ниже моего достоинства.
Но истории, что он слышал о зеленокожих…
— Дай мне оружие, — заявил навигатор, зашагав в сторону, где Бакуда хранил достаточно амуниции для уничтожения средненаселенного района улья. — Что-нибудь побольше, чтобы убить зеленокожего наверняка…
— Не пойдет, — ответил Бакуда.
— Ты отказываешься повиноваться? — взвизгнул Истобал. — Забыл свое место?
— Вы неподготовлены, сэр, и не годитесь прикрывать мою спину.
— Мне нужно оружие, — настаивал тот. — Если зеленокожий пройдет мимо вас…
— Это случится только в случае, если я погибну, а если я покойник — вы тоже покойник. С пушкой или без.
Истобал был готов воспротивиться, когда Бакуда положил ему руку на плечо. Очевидное нарушение протокола и проявление фамильярности, но, учитывая обстоятельства, навигатор спустил все на тормоза.
— Вы проявили благородство, пожелав сражаться, но лишь будете отвлекать меня, а в бою это грозит смертью.
Телохранитель сопроводил навигатора в уборную, где находилось золото и оуслитовый сундук, свидетели их побега с Арконы.
Одна из секторальных Хартий Дома Велизарий, документ неисчислимой ценности, покоилась внутри него. Подписанная Великим Лордом Ксавьером Велизарием в далеком прошлом, она наделяла Дом Навигаторов исключительными, всеобъемлющими и бессрочными правами на собственное ремесло. Легенды Дома гласили, что сама длань Императора касалась ее в начале Великого Крестового Похода.
С началом вторжения тиранидов и участившихся войн, вовлекавших многие системы, старейшины Дома избрали тактику отзыва всего персонала с Арконы. Истобал и «Индомитус» были готовы направиться к Терре, а сейчас это…
— Вы хранитель Хартии Велизарий, — сказал Бакуда. — Держитесь позади и двигайтесь вместе со мной — так мы достигнем спасательных капсул. Здесь вы не погибнете, этого я не допущу. Понимаете?
Истобал кивнул, уверенность его телохранителя придала ему сил.
— А где же Волчьи Клинки? — спросил он во время того, как Бакуда открыл дверь, ведущую к коридорам выше. — Разве они не должны быть также и здесь?
— А где, по-вашему, они находятся? — ответил тот. — В самом что ни на есть кровавом пекле.
* * *
Годрик Уидоусен пел, убивая орков-абордажников. Этой вдохновляющей песне его научил Разящая Рука во время своих редких пробуждений в сумрачных залах глубоко под Клыком. И улыбку собственного топора он утопил в кишках вопящего от боли зеленокожего.
Полностью выдернув оружие, космодесантник заставил тело орка выгнуться, разорванное на части лезвием, впившимся глубоко аж до самого позвоночника. Годрик скривился от смрада крови, покрывающей клинок. Созданный среди льдов Фенриса под мрачным взглядом сильнейших штормов, обрушивавшихся на Клык веками, это было очаровывающее творение с лезвием, излучавшим хлад.
— Слишком прекрасное, чтобы пачкать орочьей кровью! — прорычал он.
— Нет такого оружия, не желающего ею пировать, — ответил Элфан Смертельный Удар, плечом врезавшись в зеленокожего зверя и вонзая свой сверкающий молниями меч кверху, под стянутый ремнями нагрудник.
Два Космических Волка шагнули назад и выстрелили из болт-пистолетов вниз по коридору. Полдюжины орочьих черепов взорвались под разрывным обстрелом. Множество других двинулись вперед к разрушенной перегородке, и мясорубка снова началась.
— Думаешь, нам надо вернуться к Истобалу? — спросил Годрик.
— Когда здесь необходимо устроить бойню? — рыкнул Элфан, ударяя шлемом по морде зеленокожего. Клыки растрескались, и кровь забрызгала лицевой щиток. — Волчьи Клинки присягнули Дому Велизария, и что сохранит маленькую милую шкурку Истобала на своем месте, как не возможность перебить зеленокожих до того, как они доберутся до навигатора?
— Не поспоришь, — согласился Годрик, обрушивая сверху топор на орка и разрубая его от шеи до паха.
— Кроме того, Бакуда всегда с ним.
— Ага, он довольно-таки неплох.
— Для простого смертного, — произнес Годрик.
— Для простого смертного, — повторил Элфан.
* * *
Бакуда застрелил орка попаданием сквозь глазницу, другого — в сердце. Третьему он перерезал глотку с помощью широколезвийного ножа, на что потребовалось три удара перед тем, как тот скончался. Затем метнул гранату и нырнул под защиту выступающей подпорки, прикрывая своим телом Истобала Велизария.
Взрыв заполнил сходной путь осколками, уложив еще двоих орков. Даже когда его отголоски стихли, Бакуда оглянулся по сторонам, выискивая цели. Один орк был еще жив и получил крупнокалиберную пулю сквозь зияющую рану в черепе.
— Идём, — сказал он, придерживая Истобала позади.
— Ты убил их всех, — произнес его подопечный. — Так быстро.
— Вы платите за это.
Он спустился по двойному коридору, целясь из оружия слева направо. Трудно прицелиться в отдельную угрозу. Звуки битвы поступали отовсюду. Однозначно впереди будет больше зеленокожих. Они прошли перекресток и минули участки жестоких боев, где трупы орков были настолько обезображены, будто бы их пропустили сквозь молотилку.
Мертвые люди усеивали землю, и Бакуда слышал хныканье Истобала, испугавшегося от вида изуродованных останков. Орки не убивали хирургически точно, их вооружение сделано, чтобы наносить как можно больше тяжкого урона.
