— Милых зверюшек, держит моя дочь. Тебе сильно повезло, что он связки и артерии не задел, хотя и в этом случае все было бы поправимо, — Маграт, прищелкнул пальцами, и ногу Виарда окутало серебристое облако, когда же оно растаяло, от раны не осталось и следа.
— Все, постарайся больше не попадаться на зубы этому очаровашке, — усмехнулся он, — или сверни ему шею втихаря.
— За что? — Виард пожал плечами и поправил брючину, — он правильно поступил… Я бы на его месте сделал бы тоже.
— Ты бы лучше подумал, что ты будешь делать не на его месте, а на своем, — зло проговорил Владетель, — особенно через пару недель, когда отвары Рафа уже перестанут ей помогать, и она в судорогах на ваших глазах будет расставаться с жизнью. Ты тоже, как и он заявишь, что это ее право?
— Не знаю… — Виард покачал головой, — Она больше не подпустит меня, поэтому даже постараться образумить ее как-то я не смогу.
— Плохо, что не сможешь… Плохо! Подумай на досуге, может и придумаешь, что сможешь… Может этому милому юноше, — Владетель кивнул на Рафа, — объяснишь, что заставлять ее так страдать, причем чтобы в результате расстаться с жизнью… по меньшей мере, глупо и еще очень жестоко, особенно учитывая, что попала она в эту ситуацию во многом благодаря именно ему.
Раф поежился и потупил взгляд, слова Владетеля ранили и заставляли чувствовать себя очень виноватым.
— Подумай… очень хорошо подумай… — продолжил тот, обращаясь к Виарду, — я вернусь через пару дней… и мы продолжим разговор.
Он взмахнул рукой и ушел через арку магического перехода. Виард тяжело опустился на стул возле стола, оперся на стол руками и склонил на них голову. Некоторое время он молчал, потом поднял голову и посмотрел на Рафа.
— Слушай, кто из них лжет? Ее действительно искусал дракон, и она пытается в него превратиться или что? Объяснение Владетеля выглядело единственным логичным объяснением ситуации, но ее слова, и ее глаза… Я не понимаю уже ничего…
— Лгут все… или недоговаривают… в большей или меньшей степени… на то они и маги, чтобы лгать… не обращай внимания, Виард.
— Ты тоже маг.
— Значит, и я лгу… ты, кстати, тоже лгал, пытаясь ее заставить выпить зелье.
— Так это был единственный способ спасти ее.
— Это ты так считал… Кстати, каждый из них, преследуя свою цель, тоже лжет, считая ложь единственным выходом в данной ситуации.
— Так что с ней?
— Она действительно играет в игру со смертью… и играет по собственной воле… Она знает цель и правила. О них же знает и ее отец… и уверен, что она проиграет, поэтому хочет игру прервать… Я догадываюсь, что за цель у этой игры, только правил игры не понимаю…
— А она уверена, что сумеет выиграть?
— Я не спрашивал, Виард… но что-то мне подсказывает, что нет… и она готова к смерти… она ее выбрала еще во время схватки с драконом… и только поэтому выиграла… и теперь она не может поступить иначе…
— Она хочет превратиться в дракона?
— Если я скажу «нет», но больше не стану ничего объяснять, ты поверишь мне?
— Она пытается спасти того своего дракона? Я знаю, что их жизни как-то связаны… Она им не может пожертвовать? Он ей помог, и она пытается его спасти, так? Это его она не хочет дать убить отцу? Это его смерть освободит ее? Но почему тогда зелье? Или это было снотворное, чтобы ее отсюда забрать? — озадаченно покачал головой Виард, — Ничего не понимаю…
— Единственное, что я могу сказать тебе, так это то, что она действительно старается сохранить чужую жизнь, и это ее цель… Но, по-моему, из ее разговора с Владетелем это и так было понятно… Как она это намерена делать и почему именно от этого ей так плохо, я сам не понимаю… Я уже сказал, что правила этой игры для меня загадка…
— Ты считаешь, что чья-то жизнь стоит ее?
— Так считает она… даже зная, что после ее смерти, я умру, я не посмею ее принуждать изменить ее решение.
— Раф, это безумие какое-то… Я, не задумываясь, пожертвую своей жизнью ради нее, но толкать к могиле ее, это выше моего понимания…
— Я никуда не толкаю ее, Виард… Я лишь пытаюсь помочь ей на том пути, который она выбрала… Она уже не твоя ученица, пойми: время, когда ты принимал решения за нее, прошло. И она в праве принимать свои решения, даже если они кажутся тебе абсурдными и безумными…
В это время дверь наверху раскрылась, и из комнат Владетельницы вышла Марта.
— Ну как она? — почти хором спросили они ее.
— Уснула… ей явно легче… — тихо ответила Марта и спустилась в залу.
— Есть что-нибудь будете или распорядиться, чтобы все убрали? — кивнула она на стол с так и недоеденным ужином.
— Да, Марта, пусть все уберут… не до еды что-то… но это потом… — Виард осторожно взял за плечи девушку и притянул к себе, — слушай, девочка, хоть сейчас-то ты можешь рассказать более подробно, что с ней происходит все это время? Это началось с самого начала, как она приехала?
— Нет… сначала я даже не замечала ничего… но я же недолго у нее бывала, и когда я была, она улыбалась всегда… лишь почти ничего не ела… что принесу, то потом и уношу… а затем я заметила, что с троллем ее что-то твориться, что он тоже не ест… и из-под кровати ее почти не выходит, и она его не зовет… и не балуется с ним… я спросила, не заболел ли он, а она сказала, что нет и попросила забрать его… Я попробовала, но он зарычал и чуть не вцепился в меня… Тогда она попыталась сама заставить его подойти ко мне, но он забился под кровать и не выходил… она попыталась вытащить его, склонилась к полу и вдруг совсем упала, у нее начался озноб, она закусила губы и было понятно, что ей очень больно… Я подскочила к ней, хотела позвать кого-нибудь, но она с такой злобой прошептала: "Не смей! Даже рта не смей открывать!", что я не посмела ослушаться. Я помогла ей лечь, и только тогда заметила, как она бледна, как запали ее глаза, и какие прозрачно-голубоватые пальцы рук. А потом приступ миновал, она встала, и с улыбкой заверила меня, что это все пустяки, скоро пройдет, и велела никому ничего не рассказывать… А тролль сидел и скулил под кроватью… и так и не вышел…
— Когда это случилось? — уточнил Виард.
— Примерно на четвертый день после ее появления… Дня три после этого она старалась, чтобы я больше не оказалась свидетельницей чего-либо подобного, но потом скрывать это стало практически невозможно. Приступы начали следовать один за другим… она даже вставать почти перестала… но по-прежнему рассказывать про ее состояние запрещала… А я просила рассказать хотя бы ему, — Марта кивнула в сторону Рафа, — он же из Верениги, и я надеялась, что он может знать, что ей может помочь, но она всегда отвечала: "не смей!" и сразу гнала меня…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
