— Может быть и глупо… только сейчас ты уйдешь и оставишь меня в покое, иначе я поступлю еще более глупо… не вынуждай меня к этому!
— Къяра, радость моя, ну что ты… успокойся… Я все сделаю, как ты хочешь… хочешь, чтобы я ушел, я уйду… — тихо проговорил Маграт делая к ней пару незаметных шагов, — если ты так настаиваешь, то я, конечно же, подчинюсь… только не надо так нервничать… опусти меч, и я уйду.
— Стоять! — рявкнула Къяра, — еще шаг, и я сделаю это…
— Да стою я, стою, радость моя… только успокойся… я не трону тебя… не надо так нервничать… у тебя вон даже руки трясутся.
— Это приступ начинается, — с мрачной усмешкой пояснила Къяра, — и если ты не уйдешь до его начала, то я не стану ждать того момента, когда не смогу сделать уже ничего… пообещай, что не станешь применять силу и магию и уйди…
— Я обещаю, что не буду применять силу и магию, только опусти меч. Я подожду, пока ты сама не поймешь, что это единственный выход… подожду… упокойся.
— Если ты не сдержишь обещания, отец, если ты только посмеешь его нарушить… я, даже если выживу, откажусь от престола… так и знай, — Къяра медленно отвела меч от горла и, сев на пол, положила его рядом с собой и оперлась о пол руками. А потом закусила губы и совсем склонилась к полу, ее плечи сводила судорога, и было явно заметно, что ей даже дышать трудно.
— Радость моя, но что же ты с собой творишь? — хрипло проговорил Маграт, — позволь, я хотя бы облегчу твое состояние.
— Нет! Не смей меня даже касаться! — резко произнесла Къяра.
— Идиотка! — в сердцах проговорил Маграт и вышел из залы, хлопнув дверью.
Раф вместе с Виардом так и простоявший все это время словно изваяние на одной из лестниц, стряхнул с себя оцепенение и подбежал к Къяре.
Подхватив ее на руки, он поднялся к ней комнаты и уложил на кровать.
— Къяра, ты ждешь ребенка? — склонившись над ней, тихо спросил он.
— Да… но от тебя об этом не должен узнать никто… — еле слышно выдохнула она, и вновь закусила губы.
— Я клянусь, от меня никто не узнает… Ты хочешь его сохранить?
Къяра еле заметно кивнула.
— Я постараюсь сделать, что могу…
— Магию использовать не смей! — в глазах Къяры мелькнула угроза.
— Нет, нет… не буду, не волнуйся… хотя не понимаю почему… я травы тебе заварю. Пить отвары будешь?
— Да… — Къяра еле заметно кивнула, — иди, приготовь…
— Подожди, я постараюсь быстро.
Раф вышел и кивнул, стоявшему у двери, Виарду, — Не входи к ней… все равно ничем не поможешь. Ей надо успокоиться.
— Что с ней объяснить можешь? Я не понял ничего… — растерянно проговорил воин.
— Я сам не знаю и не понимаю… Но знаю, чем могу хоть как-то помочь… — ответил Раф и быстро пошел к выходу.
Во дворе Раф увидел нервно расхаживающего у крыльца Маграта.
— Почему ты мне сразу не сказал об этом? — остановил он его сердитым вопросом.
— Мне это даже в голову не пришло, Владетель… сам поединок я не видел… и то, что все могло быть именно так, я и подумать не мог… Да, ей было плохо после него, она бредила и кричала, но я был уверен, что она отдохнула, и все прошло…
— Куда сейчас-то собрался?
— В лес, травы кое-какие собрать…
— Для нее?
— Да. У меня тут есть, конечно, запас, но не все, что могло бы облегчить ее состояние… и кое-что желательно найти свежее.
— Она согласилась выпить?
— Да, обещала…
— Это хорошо, что пообещала… — Маграт как-то нехорошо усмехнулся, — Тогда иди, не теряй времени…
Раф кивнул и пошел по тропинке в сторону леса.
Полная луна освещала темный лес, и Раф достаточно быстро нашел все, что искал. Он вернулся, прошел в пристройку, приготовил на кухне отвар и, перелив его в большую кружку, прошел в дом.
Он поднялся на второй этаж и, даже не постучавшись, толкнул дверь комнаты Къяры. Дверь тут же бесшумно распахнулась, и Раф пораженно застыл на месте.
Рядом с Къярой на кровати сидел Виард и, наклонившись, держал перед ней большую кружку с какой-то жидкостью.
— Ну выпей, девочка моя, ты же обещала… — ласково уговаривал он ее.
— Хорошо… только я не понимаю, почему Раф не принес это сам… — тихо, явно с трудом проговорила та.
— Он снова ушел за травами, придет, и ты спросишь его об этом, а сейчас выпей… — Виард поднес кружку прямо к губам Къяры, и та послушно потянулась к ней.
— Вообще-то спросить можешь прямо сейчас, — громко сказал Раф.
Виард вздрогнул и обернулся, кружка в его руках дрогнула, расплескивая часть своего содержимого на одеяло.
Къяра с трудом приподнялась на кровати и удивленно переводила взгляд с одного на другого, а потом откинулась на подушки, и из глаз ее потекли слезы.
— Скотина… бессердечная скотина… я так верила тебе… всегда… несмотря ни на что… пошел вон отсюда. И чтобы я не видела тебя здесь больше…
— Девочка моя, — растерянно проговорил Виард. — это лишь потому, что я безумно люблю тебя… Я не переживу если ты умрешь или превратишься в эту тварь…
— Пошел вон!
— Ты должна это выпить! Я заставлю тебя! А потом можешь хоть убить, — голос Виарда изменился, он обхватил Къяру, приподнял, запрокинул ей голову и резким движением постарался влить содержимое кружки ей в рот.
Къяра хрипло вскрикнула, постаралась высвободиться, но высвободиться из жесткого захвата рук воина было непросто, а учитывая ее состояние попросту невозможно. В это время из-под ее кровати серой молнией выскочил маленький тролль и вцепился зубами Виарду в ногу. Но тот даже ногой не дернул. Он методично и упорно пытался влить в рот Къяры жидкость из большой кружки. Къяра почувствовала, как край кружки неумолимо разжимает ей зубы, и поняла, что сил, чтобы сопротивляться, у нее уже больше нет. И тут кружка раскололась в руках Виарда, а все ее содержимое потекло на платье Къяры и кровать.
Виард тут же разжал руки, отпустил Къяру, выпрямился и обернулся к Рафу. Тот по-прежнему стоял у двери, но уже поставил свою кружку на небольшой столик у двери и держал сведенные руки вместе. Понимая, что схватку с воином ему не выиграть, он решил, воспользовавшись элементарной магией, разбить кружку.
— Ну и чего ты добился? — хрипло проговорил воин, даже не делая попыток снять с ноги вцепившегося в него тролля, хотя вся штанина у него была в крови, — Ты только что обрек ее на долгую и мучительную смерть. Хочешь увидеть вместо нее еще одного дракона? Ты что не понимаешь, что лишь отец может ее спасти?
— Виард, я ничего не понимаю, и не хочу понимать, кроме одного: она вправе сама распоряжаться собственной жизнью. И лишать ее этого права я никому, по мере моих сил, конечно, не позволю. Ты можешь уговаривать ее, убеждать, но не заставлять насильно… тебе никто такого права не давал — заставлять ее…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
