Впрочем, среди островитян нашлись герои, которые отважились выйти к самой воде и угрожать нам длинными копьями. Но ни одна из многочисленных лодок, лежащих на суше, не осмелилась отойти от берега и приблизиться к нам. Судя по величине замеченных нами лодок и их хорошей парусной оснастке, эти островитяне могут посещать другие, даже довольно далеко расположенные острова.
Мы обошли вокруг нашего острова, но так и не обнаружили места для высадки. На море было неспокойно, и прибой повсюду отличался высотой и стремительностью. Поэтому нам пришлось отказаться от намерения поближе познакомиться с предприятийцами. Зато ясное небо и совершенно чистый горизонт позволили нам путем астрономических наблюдений точно определить широту и долготу этого маленького острова, чья наибольшая протяженность с востоко-северо-востока на западо-северо-запад равна лишь 4 милям. Его центральная точка расположена под 15°58′18″ южной широты и 140°11′30″ западной долготы. Склонение магнитной стрелки составило 4° к востоку.
Когда мы закончили эти вычисления, я приказал взять курс на запад, чтобы подойти к острову Аракчеева [Фанга-тау], открытому в 1819 г. капитаном российского флота Беллинсгаузеном [213]. Мне хотелось окончательно удостовериться в том, что его остров — не тот, который мы только что обнаружили, хотя они и расположены недалеко друг от друга. Уже в 4 часа пополудни остров Аракчеева можно было увидеть с верхушки мачты, и еще до захода солнца мы успели его достигнуть. По своей величине и внешнему виду он имеет так много сходства с островом Предприятие, что эти два острова можно было бы легко перепутать, если бы не было столь точно определено их взаимное географическое расположение.
Согласно нашим наблюдениям, центр острова Аракчеева расположен под 15°51′20″ южной широты и под 140°5′50″ западной долготы. По карте же капитана Беллинсгаузена широта этого места равна 15°51′00″, а долгота — 140°52′00″.
Если бы благодаря наблюдениям капитана Беллинсгаузена не стало известно о том, что остров Аракчеева населен, мы должны были бы прийти к противоположному заключению, ибо не заметили на нем никаких следов человека. К ночи мы отошли на некоторое расстояние от суши и легли в дрейф, чтобы в темноте не наскочить на какой-нибудь другой, еще неизвестный остров.
На рассвете я приказал взять курс на северо-запад и идти к острову Румянцева [Тикеи [214]], открытому мною во время плавания на бриге «Рюрик», ибо я желал убедиться в правильности произведенных мной в тот раз астрономических наблюдений. В 8 часов утра мы увидели на юго-западе северную оконечность группы островов Волконского [Такуме], открытых капитаном Беллинсгаузеном.
Ветер был настолько слаб, что лишь утром 8 марта мы смогли увидеть остров Румянцева. Воспользовавшись ясным небом, мы произвели здесь множество точных измерений лунных расстояний и таким путем вывели истинную долготу этого острова, равную 144°28′ з. В результате наблюдений, произведенных на бриге «Рюрик», она была определена в 144°24′. Таким образом, разница составила всего четыре минуты.
Теперь мы повернули строго на запад, чтобы проверить, действительно ли я открыл остров, названный мной во время плавания на «Рюрике» именем адмирала Спиридова [Такапото], или же он является не чем иным, как более южным из двух островов Короля Георга [215]. Свежий ветер ускорил наше продвижение, и уже в 6 часов пополудни мы увидели этот остров, честь открытия которого за мной не признают. Он лежал прямо перед нами, на расстоянии б миль к западу.
В то же время с верхушки мачты мы увидели южную оконечность другого острова, расположенного севернее нас. Между обоими островами лежало открытое море. В этот момент мы находились, согласно точным наблюдениям, под 14°41′36″ южной широты и 144°55" западной долготы. В течение всей ночи стоял штиль, а на рассвете поднялся свежий ветер, который дул как раз оттуда, куда мы стремились, чтобы продолжить наши исследования. К тому же течение за ночь отнесло нас так далеко на юг, что даже с верхушки мачты нельзя было больше увидеть никакой земли. При таких обстоятельствах возвращение к острову Спиридова было бы связано со слишком большой потерей времени. Вот почему пришлось оставить открытым вопрос о том, были ли данный остров и другой, увиденный нами на севере, двумя островами Короля Георга. Я могу только утверждать, что если последнее справедливо, то открывший их мореплаватель весьма неточно указал их географическое положение.
На смену юго-восточному пассату пришли переменчивые ветры, которые дули то с севера, то с юга, то с запада. Они принесли с собой нескончаемые грозы с проливными дождями и были такими неистовыми, что рвали паруса. При этом море оставалось удивительно спокойным — верный признак того, что мы были со всех сторон окружены островами. Приходилось соблюдать величайшую осторожность, особенно потому, что в этих местах значительные течения.
Вскоре мы снова увидели прямо перед собой землю. Поскольку возле всех коралловых островов даже в 50 саженях от берега невозможно достать до дна, мы решились приблизиться к ней на расстояние 1 мили. Этот остров вытянулся на 10 миль с востока на запад, ширина же его не превышает 4 миль. В центре острова находится лагуна. Она опоясана узкой полосой земли, густо поросшей низким кустарником. Только морские птицы, которых здесь великое множество, населяют этот пустынный уголок. Согласно нашим вычислениям, широта середины этого острова равна 15°27′00″ ю., а ее долгота — 145°31′12″ з. Если судить по карте, составленной адмиралом Крузенштерном, можно предположить, что это остров Карлсгоф, открытый в 1722 г. Роггевеном [216]. Его географическое положение по-разному обозначается на большинстве карт, причем даже ставится под сомнение самое его существование.
Мы находились теперь в середине Опасного архипелага и потому старались по ночам оставаться в том районе, в безопасности которого успевали убедиться в течение дня. После еще одной ночной грозы с ливнем и шквалами установилась хорошая погода. Мы поставили все паруса и направились к самым восточным из Паллизеровых островов [Паллисер [217]], открытых Куком. Во время плавания на корабле «Рюрик» я видел только северную их часть и потому желал теперь определить местоположение южной посредством астрономических наблюдений. Кук лишь мимоходом упомянул об этих островах, что породило у мореплавателей различные заблуждения. Через несколько часов мы были уже у цели.
Группа состоит из множества маленьких островов, связанных между собой коралловыми рифами. Островки вытянулись цепочкой по кругу, образуя большой водный бассейн. Достигнув южной оконечности этой самой восточной группы Паллизеровых островов, мы увидели риф, который простирается на 10 миль к западу до соединения с двумя маленькими островками, а затем поворачивает на север, где в отдалении смыкается с более крупными островами. Кук, как можно заключить из его собственных слов, недостаточно близко подходил к этой группе островов и потому не смог заметить длинного рифа. Он издали принял оба маленьких лесистых островка, находящихся на месте поворота рифа к северу, за южную часть особой группы и назвал ее четвертым Паллизером. Я же могу утверждать, что имеются только три такие группы.
