Как и обещано, смета была составлена к следующему утру. Требовалось всего-то немногим более тринадцати тысяч долларов.
Алек и Алистер тупо посмотрели друг на друга, затем на собаку.
— Может быть, ты знаешь, где нам достать такую кучу денег? — спросила Алистер, словно надеясь, что Крошка тут же вытащит из-под подмышки туго набитый бумажник.
Крошка взвизгнул, лизнул ей руку, затем перевел взгляд на Алека и снова улегся на полу.
— Что же нам делать? — произнес Алек в пространство.
— Всем отправиться на кухню и перекусить, — решительно заявила миссис Форсайт, направившись к двери. Молодые люди только было собрались последовать за нею, как на пути у них возник Крошка. Он явно не желал давать дорогу, повизгивал, и даже тихонько залаял, когда они приблизились к нему.
— Ш-ш-ш! Крошка, что с тобой? Ты хочешь, чтобы мы задержались?
— Кто здесь хозяин? — поинтересовалась миссис Форсайт.
— Он, — просто ответил Алек, и никто не возразил. Они снова уселись миссис Форсайт на диван, Алистер за рабочий стол, а Алек — за кульман. Однако Крошке такое расположение пришлось не по нраву: он взволнованно метался между всеми троими, подбегал к Алеку, толкал его, затем несся к Алистер и, осторожно взяв зубами кисть ее руки, пытался тянуть девушку к Алеку.
— Что это значит, старина?
— По-моему, он хочет вас переженить, — осталась верна себе миссис Форсайт.
— Мама, опять ты за свое, — сказала Алистер, краснея. — Он просто хочет, чтобы мы с Алеком поменялись местами. И всего-то.
— Точно, — согласился Алек и пересел на диван к миссис Форсайт. Алистер уселась за кульман, а Крошка пристроился рядом, мордой указывая на стопку бумаги. Алистер с интересом посмотрела на дога и взяла верхний лист, после чего Крошка носом пододвинул к ней карандаш.
Все замерли в ожидании. Никто не произнес ни слова — да и не пытался. Напряжение нарастало. Крошка застыл посреди комнаты, глаза его блестели, и когда у него, наконец, подкосились ноги, никто даже не шелохнулся.
Алистер медленно подняла карандаш. Алеку показалось, что она движется как бы в полусне — так слепой ощупывает возникшую перед ним стену. Карандаш медленно, судорожными движениями добрался до верха листа и застыл там, при этом лицо девушки оставалось совершенно бесстрастным.
Что произошло потом, никто из них позднее не смог бы описать. С их глазами случилось то же, что чуть раньше — с голосами. Они все видели, но не отдавали себе отчета, что видят. Тем временем карандаш в руке Алистер снова начал двигаться. Ясно, что команды получал непосредственно ее мозг, а руки только выполняли приказы. Карандаш двигался все быстрее, и на листе бумаги появилось то, что впоследствии получило название «Формулы Форсайт».
Тогда никто, разумеется, не подозревал о шуме, который эти формулы вызовут в научном мире, о миллионе слов, которые будут написаны по поводу удивительного открытия, удивительного вдвойне, если учесть, что у девушки, открывшей их, просто не могло быть достаточных математических знаний, чтобы их вывести. Вначале формулы вообще никто не понял, а позже в них полностью разобрались лишь считанные умы на Земле. Алистер в их число не входила.
Ближе всего к сущности ее открытия подошел автор одной из статей, опубликованной в популярном журнале. Вот что он написал:
«Формулы Форсайт, о которых воскресные приложения пишут как о законах «соединения чего-то с ничем», а также схемы, непосредственно из этих формул вытекающие, мало что скажут человеку с улицы. Ясно, однако, что перед нами принцип действия некоего прибора, источника энергии — да такого, что если когда-либо нам удастся его построить, современные атомные станции немедленно повторят судьбу газовых горелок.
Можно сказать, что источник энергии скрыт в оболочке, поглощающей нейтроны. У этой оболочки есть внешний и внутренний слои, а внутри у нее помещается стержень. Вероятнее всего, прибор помещен во вращающееся магнитное поле, с которым взаимодействует источник энергии. Вращаясь, слои оболочки приводят в движение стержень. Если не будет доказана некорректность математических формул, — а нам представляется, что это пока никому не удалось, несмотря на всю неортодоксальность приведенного математического аппарата, — то можно сделать по крайней мере один парадоксальный вывод. Именно, что возникающий эффект взаимодействия вращающегося поля и двух концентрических сфер, а также стержня не зависит от нагрузки. Иначе говоря, если магнитное поле вращается со скоростью 3000 оборотов в минуту, то и стержень будет вращаться с той же скоростью. Даже если мощность, которую пришлось затратить на вращение магнитного поля, составляет 1/16 л.с., выходная мощность этого устройства достигнет 10000 л.с.
На первый взгляд, этого не может быть. Хотя подобный эффект не более невероятен, чем 15 ватт энергии, перетекающей в антенну радиостанции, тогда как на входе тоже вроде бы ничего не поступает. Вся загадка таится в этих самых вращающихся сферах — слоях оболочки. Создается впечатление, что им присуща энергия, как пару — способность к расширению. И, как показал Рейнхардт в своей работе «Использование символа бета в Формулах Форсайт», эти сферы представляют собой ту самую концентрацию стабильной «чистой энергии», о которой человечество не могло и мечтать в самых смелых фантазиях. Сумеем ли мы когда-нибудь построить такие двигатели или пет, нельзя отрицать того, что, каким бы загадочным путем не достались нам эти знания, Формулы Форсайт стали эпохальным даром сразу нескольким наукам, включая, если уж на то пошло, и таинства философии».
…После того как все кончилось, и формулы разместились на листе бумаги, страшное напряжение сразу прошло. Три человека сидели в блаженном оцепенении, а собака замертво распростерлась на полу. Первой пришла в себя миссис Форсайт. Она неожиданно резво вскочила на ноги.
— Ну вот и все, — произнесла она магические слова, снявшие колдовское заклятие. Все вернулось в норму. Не осталось ни страха, ни тревожных ощущений. Они стояли, в изумлении глядя на исписанный лист.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Алистер, предваряя лавину вопросов. Алек! А как же отливка? Мы должны ее сделать. Чего бы это нам ни стоило.
— Разве я против? — сказал Алек. — Но почему мы? Алистер жестом указала на кульман.
— Потому что нам подарили Это.
— И не говори! — вмешалась миссис Форсайт. — А что это такое?
Алистер прижала ладони к вискам, как будто собираясь с мыслями, и лицо ее приняло отсутствующее выражение. Вид ее, как и весь предшествующий эпизод, беспокоил Алека. Она была сейчас где-то далеко, в другом месте, и он понимал: что бы ни случилось, ему туда путь заказан. Навсегда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
