Рванув Келли за руку, он заставил ее опуститься на колени и стоял, возвышаясь над ней, тяжело дыша и оглядываясь по сторонам.
— Пожалуйста… — прошептала Келли.
— Молчи! — заорал китаец. — Я велел тебе молчать! Он с такой силой скрутил ей запястье, что Келли невольно всхлипнула.
А китаец неожиданно спросил: — Это река Уэнгу? Куда она течет? На юг, в направлении главной трассы?
И Келли вдруг поняла, о чем думал Чжэн Гон. Разумеется, он отлично помнит карту всего этого района. Ведь это его концессия. Конечно же, знает он и о том, что Уэнгу уходила на юг, пересекая основную магистраль. А мост через реку охранялся солдатами гита.
— Это Уэнгу? — переспросил Нинг, выкручивая Келли руку.
От нестерпимой боли Келли чуть не выпалила правду, однако в самый последний момент, сдерживая слезы, пробормотала: — Я не знаю. Этот лес я совсем не знаю.
— Ты лжешь, — в ярости прошипел Чжэн Гон. Однако уверенности в его голосе не было. — Кто ты? Ты мне не сказала.
— Простая медсестра из Всемирной организации здравоохранения. Я ничего не знаю о лесе.
— Ладно! — Он толкнул ее вперед. — Пошли!
Повернув в другую сторону, они двинулись по берегу реки на юг. Чжэн Гон сделал правильный выбор.
На протяжении всего пути Келли намеренно спотыкалась и падала, оставляя как можно больше следов для Сепу. Она знала, что Сепу кинется отыскивать ее, а вместе с ним должен прийти и Дэниел.
Келли старалась незаметно обламывать веточки на деревьях, а затем ей даже удалось оторвать пуговицу на юбке и бросить ее в траву. Сепу, конечно, заметит ее. Келли спотыкалась и падала все чаще, пытаясь, насколько возможно, затянуть время, чтобы Дэниел и Сепу скорее догнали их.
Она начала громко всхлипывать, и, когда Чжэн Гон замахнулся пистолетом, Келли громко вскрикнула: — Нет, пожалуйста! Пожалуйста, не бейте меня!
Она знала, что крики далеко разнесутся по лесу и Сепу с его острым слухом, возможно, по ним определит их местонахождение.
Сепу подобрал пуговицу и показал ее Дэниелу.
— Видишь, Куокоа, Кара-Ки оставила мне знак, — прошептал Сепу. — Она умная, как обезьяна колобус, и смелая, как лесной буйвол.
— Идем, идем, Сепу, — поторапливал его Дэниел. — Потом поговорим, старик.
Они шли по следу, словно опытные ищейки. Сепу замечал каждую поломанную веточку, каждый глубокий след на влажном песке.
— Мы уже близко, — через некоторое время произнес он, дотрагиваясь до локтя Дэниела. — Очень, очень близко…
— Смотри, как бы нам не налететь на него. Он может устроить засаду…
В этот момент где-то впереди послышался крик Келли: — Нет, пожалуйста! Пожалуйста, не бейте меня!
И на какое-то мгновение Дэниел потерял над собой контроль. Он ринулся вперед, ломая кусты, но Сепу крепко ухватил его за руку, прошептав: — Нет! Нет! Кара-Ки не больно. Она просто подает нам знак. Не несись вперед, как глупый wazungu. Думай хорошенько.
Дэниел с трудом взял себя в руки, хотя все в нем кипело от бессильной злобы.
— Ладно, — тихо сказал он. — Этот мерзавец не знает, что я здесь, а тебя он видел. Поэтому я сделаю круг, и обойду их снизу по течению реки. А ты гони их на меня, как если бы гнал антилопу на охоте. Понял, Сепу?
— Я понял. Прокричи, как кричит серый попугай, когда ты будешь на месте.
Дэниел снял штык-нож со ствола ставшего бесполезным автомата, оставив оружие под деревом. Чжэн Гон будет прикрываться Келли, как щитом, а потому стрелять в китайца он не сможет.
Взяв с собой только штык, он углубился в лес, обходя Келли и Чжэн Гона. Дважды он слышал крики Келли и теперь знал с точностью до метра, где ему лучше всего ожидать Нинга.
Меньше чем за пять минут он вышел на берег реки ниже того места, где находились Чжэн Гон с Келли. Прижавшись вплотную к одному из могучих деревьев, Дэниел сложил ладони вместе и закричал, подражая попугаю. После чего приготовился встретить Чжэна, крепко держа штык в руке.
Внезапно звонкий голос Сепу разнесся по лесу, но определить, откуда он доносился, было очень трудно.
— Эй, wazungu, отпусти Кара-Ки. Я вижу тебя с высокого дерева. И если ты ее не отпустишь, я всажу в тебя стрелу, отравленную ядом.
Дэниел сомневался, что Чжэн Гон понимает суахили.
Впрочем, главное, чтобы он полностью сосредоточился на этих криках и продолжал идти вверх по течению.
Притаившись за деревом, Дэниел вслушивался в лесные звуки.
Через минуту Сепу громко прокричал снова: — Эй, wazungu, ты слышишь меня?
Снова наступила тишина, и Дзниел затаил дыхание.
А затем прямо впереди него хрустнула ветка, и он услышал испуганный голос Келли: — Пожалуйста, не…
Чжэн Гон не дал ей договорить, хрипло прошептав: — Заткнись, женщина, или я сломаю тебе руку.
Они оказались неподалеку от того места, где прятался Дэниел. И спустя мгновение Дэниел увидел среди густой листвы голубую рубашку Чжэн Гона.
Китаец пятился задом, прикрываясь спереди Келли. Он держал пистолет над ее плечом, целясь туда, откуда, казалось, доносился голос Сепу. Чжэн Гон шел прямо на Дэниела.
Дэниел знал, что китаец отлично владеет всеми видами восточных единоборств. В любой рукопашной схватке с ним Дэниел проиграл бы непременно. Единственный способ убить Чжэн Гона наверняка — это вонзить штык в почку сзади, что моментально выведет его из строя.
Дэниел неслышно выступил из-за дерева и отвел руку, чтобы ударить Чжэн Гона штыком. Но в тот же самый миг Чжэн Гон внезапно повернулся. Дэниел так никогда и не узнал, что насторожило его, ибо сам он не издал ни звука. Скорее всего, Чжэн действовал, подчиняясь звериному чутью кунфуиста.
Штык проткнул ему бок чуть выше бедренной кости. Однако Нинг тут же вырвал штык из рук Дэниела.
Отпустив Келли, Чжэн Гон поднял пистолет, чтобы выстрелить Дэниелу в голову, однако тот сумел перехватить руку с оружием. Прогремевший выстрел сбил несколько веток с дерева у них над головой.
Несмотря на то что Дэниел мертвой хваткой вцепился Нингу в руку, тот сумел выпрямиться и размахнуться ногой, стремясь ударить Дэниела коленом в пах. Дэниелу удалось прикрыться, и сильнейший удар пришелся по бедру, отчего нога у него сразу онемела. В ту же секунду краем глаза он заметил, что левая ладонь Чжэн Гона напряглась так, что стала похожа на топорище, готовое в следующее мгновение опуститься ему на шею чуть ниже уха. Мышцы плеч Дэниела инстинктивно сжались, и ладонь опустилась ему на плечо. От столь мощного удара Дэниел невольно ослабил хватку.
Ладонь китайца поднялась снова, и в мозгу Дэниела мелькнуло, что сейчас ему сломают шею, как ломают сухие ветки.
