Заглянули в кухню, но там никого не было. Потом подошли к закрытой двери.
— Войди туда, Мали, — сказал Андре. Постучав, она осторожно открыла дверь.
— Она здесь, — сообщила Мали. — Идемте!
Нетта лежала на постели, по-прежнему одетая в вечернее платье. Лицо ее было бледным, она прижимала к затылку полотенце. На полотенце была кровь.
— Я… не могу… — с трудом произнесла она.
— Лежи спокойно, — сказал Андре и быстро подошел к постели. — Что случилось? Прикрыв рукой лицо, она ответила:
— Я не знаю. Вчера вечером… кто-то вышел из прихожей. Напал на меня… Я очнулась ночью на полу в прихожей… Перебралась сюда. Я не могу…
— Мы все поняли, — торопливо сказал Андре. — Я приведу врача.
— Нет, мне уже лучше. Мне уже хорошо.
— Нет, тебе вовсе не хорошо. Повернувшись к вахтмейстеру, он спросил:
— Есть ли тут поблизости врач?
— Да, в соседнем доме.
— Немедленно приведите его сюда! А ты, Мали, помоги Нетте снять платье. Но осторожно, наверняка у Нетты сотрясение мозга. А я подожду в соседней комнате.
Мали кивнула, и Андре вышел.
«Вот тебе и поездка, — с горечью подумал он. — Хорошо еще, что нас никто не ждет!»
Когда вахтмейстер вернулся вместе с врачом и полицейским, которого позвал по своей инициативе, Нетта была уже одета в домашнее платье, и Мали помогла ей лечь в постель и навела порядок в комнате. Молодой девушке хотелось оправдать оказанное ей доверие.
Доктор осмотрел Нетту, а полицейский задал несколько вопросов. Андре и Мали могли, конечно, уже уехать, но они остались, желая выяснить все до конца.
Нет, врагов у Нетты не было. Никаких вещей не пропало. Нет, просто она видела, как кто-то проскользнул мимо. И ключ у нее пропал.
Вахтмейстер сказал, что в это утро кто-то из детей принес ему найденный ключ. Он валялся на полу, возле входной двери. Нетта получила свой ключ обратно.
Полицейский все это записывал. Доктор сказал, что она должна быть освобождена от работы на несколько дней.
— Но я не могу, — запротестовала Нетта. — Я никогда…
— Незаменимых работников нет, — резко перебил ее доктор. — Сотрясения мозга у вас, судя по всему, нет. Скорее всего, это просто шоковое состояние, и проблема состоит в том, как вас вывести из него. Но я все же порекомендую вам покой некоторое время.
— Значит, мне придется лежать здесь и думать о происходящем? Нет, этого я не хочу. В разговор вмешался Андре.
— Мне не хочется, чтобы фрекен Микальсруд лежала здесь одна. Мы не знаем, почему на нее было совершено нападение, поэтому мы не можем быть уверены в том, что это не повторится.
— Это верно, — согласился полицейский.
— Мы с Мали должны сейчас уехать и поэтому не можем присматривать за фрекен Микальсруд. Вместе с тем мне не хотелось бы оставлять ее здесь одну. Что, если фрекен Микальсруд совершит с нами длительную поездку на автомобиле? Или же езда повредит ей?
Врач пристально посмотрел на него.
— Это ваш автомобиль стоит возле дома? — спросил он.
— Да.
— На вид он довольно комфортабельный. И, как я уже сказал: удар пришелся слишком низко, чтобы вызвать сотрясение мозга. Но что на это скажет сама фрекен Микальсруд?
— Я с удовольствием поеду.
— Ты можешь сесть на заднее сиденье и обложиться подушками, — радостно улыбнулся Андре. — Не будет ли это лучше всего? — спросил он, обращаясь к врачу и полицейскому.
Оба они кивнули.
— Это даже лучше, что фрекен Микальсруд исчезнет на время из опасной зоны, — сказал полицейский. — А мы тем временем займемся поисками.
Нетта устало улыбнулась.
Мали ничего не сказала. «Во всяком случае, я буду сидеть на переднем сиденье», — утешала она саму себя.
Они приехали в Гаульдален.
Погода была как нельзя лучше. Но они выехали из Трондхейма поздновато: Андре понимал, что они не доберутся за день до Эльвдалена.
Возник вопрос о том, где переночевать? Пограничные дороги проходили среди лесов, где изредка встречались маленькие деревушки. Он не знал этой местности, его попутчицы тоже.
Дорога идиллически петляла среди цветущих лугов и зарослей кустарника, и вдоль дороги тянулись побелевшие от времени деревянные изгороди, чуть ниже протекала река Гаула.
Дорога не была слишком уж ровной, зато пейзаж был прекрасным.
Мали без устали восхищалась им.
Нетта не была в таком восторге от езды: на заднем сиденье трясло, и у нее разболелась голова, но она не жаловалась. Ей позволили поехать, и, несмотря на то, что она, слыша болтовню Мали и веселые ответы Андре, чувствовала себя здесь лишней, она была уверена в том, что он беспокоился о ней.
Возле дома, стоящего у дороги, Андре затормозил.
— Не спросить ли нам, как проехать в Нордладе? Это предложение понравилось. Он вышел из машины и направился к дому.
Повернувшись назад, Мали спросила:
— Тебе удобно сидеть?
— Да, спасибо, — со слабой улыбкой ответила Нетта. — Но, несмотря на все эти подушки, меня изрядно протрясло.
— Меня тоже. Я собираюсь сбегать в кустики возле реки. Пойдешь со мной? .
«Слава Богу, что девушка такая непосредственная», — подумала Нетта, которой давно уже не терпелось сделать это.
И обе женщины уселись на берегу речки.
«Но хуже всего то, что она такая симпатичная, — подумала Нетта, когда они возвращались обратно. — Я могла бы испытывать к ней неприязнь, быть ревнивой, но этого не происходит. Единственное, что я чувствую, так это гнетущую печаль. У нее есть возможность завоевать его. У меня же такой возможности нет.
Но я могу многое сделать для него. Я могу быть для него другом. Помогать ему во всем. Собственно говоря, дружба — нечто более ценное, чем влюбленность, более долговечное».
Но такого рода утешения все равно не помогали. На душе у нее по-прежнему было тяжело.
Андре вернулся к машине одновременно с ними.
— Мы уже проехали мимо Нордладе, — сообщил он. — Это примерно в миле отсюда. Как вы считаете, нам следует повернуть обратно или ехать по главной дороге дальше?
Посмотрев на солнце, Нетта сказала:
— День уже на исходе.
— Да, — сказала Мали. — Едем дальше!
— Мне тоже так кажется, — улыбнулся Андре. — Но если вы подождете меня немного, я последую вашему примеру.
И он спустился к реке.
Когда он вернулся, все сели в машину.
— Если все уже помочились, мы снова можем продолжать эту рискованную поездку, — сказала Мали.
— Как ты можешь, Мали! — укоризненно произнесла Нетта, но все тут же рассмеялись.
Мали была в хорошем настроении и пела всю дорогу. Выбор ее песен был весьма сомнительным, и Андре пришлось прервать концерт.
И тут Нетта вспомнила:
— Я еще не нашла время, чтобы прочитать
