же заставил меня носить на руке компас, даже на ночь не снимать.
Укрываю тенью себя и мага — сразу становится тяжко, словно огроменный рюкзак на плечи повесили. Макар двигается с грацией больного тюленя: сопит при ходьбе, как древний холодильник в жару, и задевает, кажется, все ветки и камни под ногами, ничего не пропускает. Хорошо, что охрана — тоже люди…
Гранатомет стоит на невысоком холме и палит раз в минуту-две. Транспорта не видать — на своем горбу притащили эту дуру вместе со станком. Кругом — открытая местность. Удачно, что только начало светать, а то я бы уже выдохлась удерживать густую тень. Ну скоро там этот маг и волшебник будет доволен дистанцией?
— Отсюда, — говорит наконец Макар и падает в низкую сухую траву. Залегаю рядом с ним, сохраняя тень. Он строит сложные щи… и ничего не происходит. Дружелюбно интересуюсь:
— Чего стоим, кого ждем?
— Выстрела ждем, — цедит Макар. — Откуда вам в пустом стволе возьмется давление?
Маг видит лучше меня и что-то там понимает в возне стрелков. Через минуту делает рукой пасс — и ствол гранатомета разрывается. Отчаянный мат, крики раненых, треск рации… запах горячего железа и крови. Командую:
— Так, теперь на юг, к группе… Идти можешь?
— О себе побеспокойтесь, — огрызается маг.
Шик-блеск, он ко мне до сих пор на вы… Светский лев выискался на мою голову.
В чем-то он прав — мне уже тяжко. Ковыляем в сторону, которую компас считает югом. Скоро и правда появляется ясень. За ним низинка, можно залечь. Скрываю вздох облегчения, сбрасываю тень. Глубоко дышу.
Муха появляется словно из ниоткуда:
— Готовы на вторую точку?
Киваем, чтобы не тратить дыхание на слова. Муха и второй парень ведут нас сквозь складки между холмов. Где-то командуют пригибаться, в других местах — ползти. Мне-то ничего, только голые руки-ноги корябаются, а вот Макар отчаянно пыхтит. Так господину магу и надо.
Наушник с треском оживает. Коста:
— Доложитесь.
Отчитывается Муха:
— Первая цель накрыта. Двигаем на вторую.
— Принято. Высылаю подкрепление, десять бойцов. Прикроют отход, если станет жарко.
Возле второй пушки народу побольше. Два джипа, ящики… мутный какой-то тусич. Но деваться некуда — наши под артой не отступят. Вызываю тень, укрываю себя и Макара, выдвигаемся. В этот раз подходим почти вплотную.
— Отсюда… попробую, — выдавливает наконец маг.
Видок у него нездоровый, рожа бледная, на висках — крупные капли пота. Интересно, почему бы ему эффектно не рвануть гранаты, как вчера? Присматриваюсь… на поясах у промысловиков гранат нет. Быстро, ска, учатся.
Макар хмурится, морщит лоб… Внутри орудия что-то с грохотом проворачивается, но на этом все. Его работа или это штатно? Долго нам еще тут торчать?
Вдруг кто-то орет:
— Мутант на пять часов!
Бьет автоматная очередь — туда, где мы были только что. Еле успела оттолкнуть мага и отпрыгнуть сама. Что за нах, кто-то нас видит⁈
Шум сзади — Муха с напарником несутся на подмогу. Перекатываюсь, швыряю в противника роем фантомов — пусть видят атаку со всех сторон сразу. Очереди рвут воздух, тени рассыпаются, но на их месте уже новые. Свое отражение тоже запускаю — Солька-штрих вертится в двадцати шагах, собирая свинец. Одновременно удерживаю клочья тени на себе и Макаре. Кровь хлещет из носа. И меня, и этих фокусов хватит хорошо если на пару минут!
Враги в одинаковом камуфляже. Кто из них маг? Хрен проссышь. Но Макар, кажется, раскусил — рыбак рыбака, черт возьми. Встает во весь рост, руки вперед, шепчет заклинание, взгляд прикован к одному — белобрысый парень без каски. Тот тоже что-то чертит перед собой…
Воздух трещит от магии, парни увлечены дуэлью — но у нас нет времени на эти красивости. Проскальзываю белобрысому за спину, хватаю металлический ящик — тяжеленный, ска! — и вмазываю по затылку. Так, теперь нас некому видеть… но что толку, меня-то уже срубает, я продержу тень еще секунд тридцать. Макар там хотя бы орудие взорвет? Или мы за так раскрасим в красный это унылое плоскогорье?
Гранатомет странно чихает и валится набок. Мои колени тоже подрубаются — я теперь на четвереньках, заливаю землю кровью из носа. Слева — топот ботинок, очереди… это мои фантомы так раздухарились? Нет, у этих есть запах, это снага — помощь! На выдохе бросаю еще пачку мороков и падаю мордой в пыль.
Поднимают меня сильные руки Дайсона. Предплечьем утираю кровь и глупо улыбаюсь:
— Ты пришел?
— Думала, брошу тебя? Коста отвел наших. Уходим.
Всего на пару секунд прячу лицо у Дайсона на груди — и чувствую, как напрягаются его мышцы, слышу вокруг дружный мат… и шум моторов.
Через плоскогорье мчится с десяток джипов, ощетинившихся стволами… и два танка. За ними — ряды пехоты. Машины ускоряются, окружая наш холм с четырех сторон.
Часто моргаю. Они бросили против горстки партизан танки? Даже лестно, черт побери… Но это значит — никуда мы не уйдем. Что ж, удачно, что гранатомет только повален. Ребята уже поднимают его — раз, два, взяли, ска! На лицах расцветают шальные ухмылки — когда надежды победить все равно нет, то и бояться уже нечего. Встречаемся глазами с Дайсоном и улыбаемся друг другу. Жалею только, что маме позвонить не успела…
На боку гранатомета — пятно свежей краски. Под ним явственно проступает эмблема — свернувшаяся в спираль змея.
Бьет гранатомет — один из джипов загорается и едет юзом. Танк медленно поднимает башню… интересно, поможет падение в грязь или лучше уже умереть стоя? Оглядываюсь на Макара — лицо аж багровое от натуги, он тянет руки вперед… и танк останавливается, до нас доносится протяжный скрежет. Молодчина маг, не зря два дня терпели его кислую морду. Хотя скоро второй танк подъедет… Полуурук из ребят Дайсона берется за рукоять гранатомета, но выстрелить не успевает… Равнина внизу взрывается пылью и криком. Танк и пяток джипов скрываются в вонючем химозном дыму.
Что, черт побери, там происходит?
— Это помощь, ска! — орет Дайсон. — Все вниз, на соединение! Морда, Сиплый — Муху подберите!
Муха ранен… я и не заметила. Но… какая помощь, откуда, чья? Коста же отвел своих… А, неважно — против этой мрази хоть с Морготом. Бежим вниз по склону — к пылевому облаку. Пыхтящий полуурук влюбленно прижимает к себе гранатомет, хорошо хоть стойку бросил.
Внизу горят уже четыре машины. Из облака дыма проступает фигурка…
