среди которых его имя было окружено почитанием. Книга «На горах Кавказа» продолжала пользоваться популярностью среди российской верующей интеллигенции послереволюционного периода. Любопытно, что в советское время об осуждении этой книги Синодом мало кто знал, тогда как саму книгу продолжали читать и любить весьма многие. В «самиздате» она переиздавалась неоднократно. А в 1998 году, спустя более 90 лет после первого издания, книга «На горах Кавказа» вновь напечатана в Санкт-Петербурге.
В. Ф. Эрн об имяславии
Одной из крупных фигур в стане ученых имяславцев был В. Ф. Эрн, видный религиозный мыслитель, историк философии и публицист. Без рассмотрения его публикаций 1914–1916 годов наш обзор имяславских споров был бы неполным.
Владимир Францевич Эрн (1882–1917) с молодости увлекался идеями Платона и Владимира Соловьева. После окончания в 1904 году историко-философского факультета Московского университета оставлен при кафедре всеобщей истории, где впоследствии стал доцентом и профессором. В 1906-м в Германии слушал лекции А. Гарнака. Религиозно-философская проблематика находилась в центре научного внимания Эрна. Среди его ближайших друзей — священник Павел Флоренский, В. П. Свенцицкий, А. В. Ельчанинов, С. Н. Булгаков, Андрей Белый. В 1905 году Эрн становится активным участником подпольного религиозно-философского общества «Христианское братство борьбы», ставившего своей задачей создание русского христианского социализма, основанного на идеалах соборности, христианской общественности и всеобщей любви. В 1906 году Эрн участвует в основании Московского религиозно-философского общества памяти Вл. Соловьева, а в 1907-м — в создании при нем Вольного богословского университета. В 1910 году Эрн вместе с С. Н. Трубецким, Г. А. Рачинским, Н. А. Бердяевым и С. Н. Булгаковым участвует в организации московского книгоиздательства «Путь». В этом издательстве выходят основные труды Эрна — о Владимире Соловьеве, Григории Сковороде, Л. Н. Толстом и других мыслителях. Важное место в становлении философского мышления Эрна занимает его полемика в 1910-е годы с русским неокантианством и идеями «германизма», которым он противопоставляет русскую философию, органически усвоившую платонизм через наследие восточной патристики. В годы Первой мировой войны Эрн в многочисленных статьях на религиозно-философские темы продолжает развивать анти-германскую тему, а также работает над трудом «Верховное постижение Платона (введение в изучение Платоновых творений)» (труд остался незаконченным). В 1914 году Эрн защищает магистерскую диссертацию, в 1916-м заканчивает докторскую (которую не успел защитить). Преждевременная смерть Эрна от нефрита прерывает его научные труды[1922].
С. Н. Булгаков, В. Ф. Эрн, Н. А. Бердяев.
1910-е годы
Имяславской проблематикой Эрн заинтересовался уже в 1913 году. В августе этого года он выступил с предложением подготовить коллективный сборник статей об имени Божием в издательстве «Путь». Некоторые сотрудники «Пути», в частности, Г. Рачинский и С. Булгаков, горячо поддержали идею, однако Е. Трубецкой отнесся к ней настороженно и убедил владелицу издательства М. К. Морозову в нецелесообразности такой публикации[1923]. Тогда Эрн берется за перо сам. В 1914 году он начинает работу над «Письмами об имяславии», задуманными как апология имяславского учения в противовес позиции Святейшего Синода, однако успевает опубликовать только два письма (оба с подзаголовком «письмо первое»), содержащие вводные замечания[1924]. В 1917 году он публикует «Разбор Послания Святейшего Синода об Имени Божием»[1925].
Работы Эрна по имяславию, несмотря на их незаконченный характер, имеют важное значение для истории имяславского спора: они вносят существенный вклад в осмысление имяславия с философской и богословской точек зрения. Дискуссия вокруг философской базы имяславия, начатая Флоренским и Муретовым в 1912 году, была Эрном продолжена и углублена. Кроме того, Эрн был первым, кто взялся за труд подробного рассмотрения Послания Святейшего Синода от 18 мая 1913 года и выступил с серьезной критикой его основных богословских предпосылок. Остается только сожалеть, что философ не успел довести начатое дело до конца.
Первая публикация Эрна, посвященная теме имени Божия, называется «Около нового догмата». Она появилась в июле 1914 года и содержит реакцию философа как на сам спор вокруг почитания имени Божия, так и на обсуждение этого вопроса в российской прессе. В имяславии Эрн видит «нарождение нового церковного догмата», а в имяславцах — «воинов Христовых и исповедников славы Имени Божия». Эрн критикует как крайних противников имяславия вроде архиепископа Никона, так и его защитников из среды либеральной интеллигенции, таких как Бердяев: «Епископ Никон хочет одного смирения без дерзновения, Н. А. Бердяев хочет одного дерзновения без смирения. Но истины не хотят оба». Истинными учителями смирения и дерзновения, по мнению Эрна, являются не Никон и не Бердяев, а афонские иноки, выдвинувшие «незамеченную доселе богословами догматическую истину о том, что Имя Божие есть Бог». В заключение своей статьи, имеющей сугубо предварительный характер, Эрн говорит: «Итак, нас интересует больше всего объективная сущность споров об Имени Божием. Все остальное должно приложиться само собой. Важно выяснить, на чьей стороне Истина, важно сознать, кто подвижнически защищает святыню, а кто ее нарушает <…>»[1926]. Дальше «заявления о намерениях» Эрн в данной статье не идет.
Спустя два года, в 1916 году, Эрн публикует статью «Спор об Имени Божием», где говорит о значимости вопроса о почитании имени Божия для современного человека. В отличие от Троицкого, видевшего в имяславии «явление религиозного атавизма»[1927], Эрн считает, что «вопрос об Имени Божием потрясающе современен». Этот вопрос метафизически и религиозно «является скрытым и пока что невидимым фокусом всех лучей Истины, разрозненно сверкающих в различных волнениях и алканиях современного духа». Он «беспредельно глубоко отвечает на целый ряд отрицаний европейской истории и таким образом является великим и достойным моментом не человеческой, а божественной диалектики вселенской жизни»[1928].
Спор, развернувшийся на Афоне вокруг темы почитания имени Божия, по мнению Эрна, не был случайным явлением. Причиной этого спора Эрн, вслед за имяславцами, считает не книгу «На горах Кавказа», а рецензию на нее инока Хрисанфа и последующие публикации архиепископа Антония (Храповицкого). В этих публикациях афонцев поразил «развязный, грубый и часто хульный язык имяборствующих»[1929], резко отличающийся от привычного для них языка святоотеческого богословия. Святые Отцы, как бы ни различались между собой, всегда говорили об имени Божием со страхом и трепетом, пишет Эрн. Это отношение они унаследовали от богослужения, являющегося «наиболее непосредственным (в эмоциональном смысле) выражением церковного самосознания», напоенного «величайшим, трепетным литургическим благоговением к Имени Божию»[1930]. Достаточно сравнить писания имяборцев с высказываниями Отцов Церкви об имени Божием, чтобы в самом тоне почувствовать глубочайшую пропасть, отличающую святоотеческое отношение к имени Божию и отношение имяборствующих[1931].
Книга схимонаха Илариона «На горах Кавказа», по мнению Эрна, не вносит ничего принципиально нового в святоотеческое понимание имени Божия. Более того, у Илариона вообще нет «своих» слов: он главным образом пересказывает слова и мысли общепризнанных
