Креол непонимающе уставился на парламентера. Точнее, парламентершу — колдунью средних лет с красной лентой на голове.
– Еще раз — что ты сказала? — переспросил он.
– Владыка Бестельглосуд приказывает вам отступить и вернуться назад в Рокуш, — терпеливо повторила колдунья. — В противном случае мы казним всех ларийцев Симбаларя. Там еще осталось свыше двухсот тысяч гражданских лиц.
Королевские генералы тревожно переглянулись. Все ожидают решения тройки лидеров — короля Обелезнэ, маршала Хобокена и нового министра магии.
Каменное лицо монарха даже не дрогнуло. Хобокен криво усмехнулся, разглядывая колдунью сквозь изгиб крюка. Та побледнела стираным полотном — рядом с Железным Маршалом страшно даже находиться.
– Ваше решение?! – сорвался голос посланницы серых.
– Решение? — фыркнул Креол. — Да мне наплевать! Убивайте всех!
Король и маршал по-прежнему не произнесли ни слова, замерев неподвижными истуканами. Если позволить серым выиграть таким образом — получится, что все предыдущие сражения были зря.
– Хо… хорошо! — взвизгнула колдунья, отступая назад. — Я так и передам владыке Бестельглосуду!
Креол проводил ее мрачным взглядом. Он бы с удовольствием шарахнул чем-нибудь вслед, но красная лента — символ мирных переговоров. Парламентера трогать нельзя.
– Вот так вот запросто, да? — печально вздохнула Ванесса. — Просто взял и приговорил к смерти двести тысяч человек? Я знаю, что с террористами переговоров не ведут, но ты бы хоть поколебался немножко для приличия…
– Э?.. – не понял Креол. — Ты о чем вообще?..
– В тебе хоть капля сострадания есть?! – повысила голос Вон.
– Нету.
– Даже ни секунды ни раздумывал! — пораженно покачала головой Ванесса.
– Ученица, запомни — никогда нельзя поддаваться на шантаж, — угрюмо ответил Креол. — Если шантажист поймет, что его угроза бессильна, то не станет ее применять.
– Ваше величество, взгляните! — вскрикнул королевский адъютант.
Ванесса торопливо приложила к глазам бинокль и застонала. С земляного вала падают люди. Сотни солдат сталкивают вниз перепуганных ларийцев — прямо в лапы прожорливых ревенантов. Даже с такого расстояния слышны крики умирающих.
– А может и станет, — равнодушно пожал плечами Креол.
Глава 45
На востоке заалел рассвет. Рядовой Четырнадцатого Фузилерного полка Химеки Тантален нервно сглотнул, перекладывая фузею с плеча на плечо. Вот и первое его сражение. Первое — и сразу такое крупное.
Это ж подумать страшно, какая силища против них стоит!
С его места хорошо виден главнокомандующий. Бокаверде Хобокен быстрым шагом движется вдоль солдатских колонн, читает в громкоговорильную трубу последние наставления. Рядом семенит главный войсковой капеллан.
– Благослови, отче, — остановился Железный Маршал.
– Смело ступайте, дети мои, — приложил два пальца ко лбу седой жрец, поворачиваясь к солдатам. — Победа достигается силой не одного оружия, а силой всеобщего подъема и могучей веры в победу, упованием на Единого, венчающего торжеством оружие правды, спасающего нас от малодушия и от бури. И само воинство наше сильно не одной численностью и мощью оружия, в него переливается и зажигает сердце воинов тот дух единения и воодушевления, которым живет теперь весь рокушский народ…
Тантален вслед за капелланом приложил два пальца ко лбу, бормоча про себя молитву. Кто знает, не отходную ли он сейчас читает?..
Солдат грустно вздохнул, но тут же устыдился минутной слабости. Сжал фузею покрепче, стараясь не глядеть на соседей — вдруг заметят, что ему страшно?
– Ну, теперь держись, молодой, — хлопнул его по плечу дядька Цветро. — Смотри труса не празднуй — спина-то широкая, удирающего пуля враз найдет…
– Боязно чуток, дяденька, — отважился признаться Тантален.
– Конечно, боязно. Всем боязно — и мне тоже.
– И тебе, дяденька?! – поразился Тантален.
– А то ж. Совсем ничего не бояться — это не храбрость вовсе, а глупость. Храбрость — это когда о том, что тебе боязно, только ты один и знаешь, а больше никто. Особенно враг. Встретить страх штыком — вот что есть храбрость, молодой. Намотай на ус.
Тантален смущенно почесал в затылке. Усы у него еще толком не выросли — так, поросль реденькая. Вот у дядьки Цветро усы знатные — аж кольцами завиваются.
Забили барабаны. Значит, с минуты на минуту выступать. Могучие автоматы Аррандраха уже выдвинулись вперед — грохочут, ломятся прямо сквозь шеренги костяков и ревенантов. Этим даже выстрелы из бомбард не страшны — что им какая-то вшивая нежить! Вон как работают своими отбойниками — аж завидки берут!
По спине Танталена пробежал холодок. Он сглотнул, сжав покрепче фузею, и двинулся вперед со своим плутонгом. В голове колотится одна мысль — только б не запнуться, не сломать общее построение!
Их каре продвинулось едва на двести шагов, как пришлось остановиться — навстречу хлынула настоящая лавина костяков. Клацающие скелеты мчатся с обнаженными клинками, издавая невнятные звуки. Говорить членораздельно не могут — ни языка, ни гортани.
И вооружены чем попало — саблями, палашами, шпагами, тесаками. Многие проржавлены, попорчены — нежити, как обычно, отпустили третий сорт, неразбор. Огнестрельного оружия не дали совсем — у серых армия преогромная, мушкетов и живым-то в обрез хватает.
Тантален задрожал, вжимая голову в плечи. Костяное море кажется воплощением самой смерти — чем, как можно остановить эту орду мертвецов?! Однако дядька Цветро, стоящий рядом, даже не дернулся — лишь поднял к плечу тяжелую фузею, выискивая цель.
Молодой фузилер растерянно покосился на него — куда старик стрелять-то собрался? Нежити обычные пули — что бумажные шарики. А костяку и серебряная пуля не слишком страшна — пролетит между ребер, да и только-то.
– В черепушку целься, молодой! — скомандовал старый капрал. — Прямо в лобешник!
У Танталена расширились глаза. Вдруг стало понятным, почему его вместе с другими поставили в самый первый ряд — он хоть и зеленый новобранец, но на гражданке промышлял охотой. И стрелком был далеко не последним.
Попасть в череп бегущему скелету? Как нечего делать!
Костяная туча мчится с диким воем, бешено вращая клинками. Сейчас накатит, захлестнет смертельной волной…
– Пли!!!
Гром! Рокушская пехота, подпустив врага на расстояние выстрела, полоснула свинцовым ливнем. На несколько секунд все вокруг скрылось в пороховом дыму.
Маршал Хобокен недаром распорядился выставить в передние ряды снайперов — цель нашла каждая пуля. Хорошая пуля, крупнокалиберная. Тысячи черепов одновременно разлетелись в осколки — обезглавленные костяки попадали мертвыми грудами, путаясь в ногах товарищей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
