Но, что она могла против стаи? Нож на нож Рита одолеет любого, может быть даже Вольгу. Но не самого Яра. При одной мысли о тринадцати чёрных волках у неё дрожали коленки.
Рита ничего заранее не подготовила, надеялась осмотреться и придумать что-нибудь возле нор, если Велес поможет и надоумит на хитрость. Можно сказать Яру, что за пленницей послал Сивер, будто о крестианке узнала ведунья... нет, не поверит! Ни Влада, ни Сивер не поручили бы ей такого ценного пленника. Надо вымыслить хитрость получше. Слишком уж высока плата за неудачный побег.
Раздумывая об этом, Рита едва не пропустила пробегавшего за елями и папоротниками соплеменника. В ночной темноте увидеть кого-то непросто, но чутьё не подвело в этот раз. Ночью вне логова ходят только дозорные и Навья Стража, все их пути Рита выучила на зубок.
Она по наитию пустилась в погоню. Если видишь бегущего человека – догони и схвати. Да и настигнуть ночного лазутчика оказалось вовсе несложно. До самой последней секунды Тень даже не подозревала, что её схватят и зажмут рот. Сирин испуганно замычала, попыталась кусаться, но Рита держала крепко.
– Откель ристашь? От Яра?.. Навьи Рёбра замали собе крестианку! Кажи где, ибо Подземная Матерь сию девку просит. Не то Сивер сыщет и за раз пасынка ухайдакат!
Услышав такое, Сирин затрясла головой. Держать её вовсе было не нужно, она и так не кричала. Рита убрала ладонь, но на всякий случай придерживала её за руку. Язык жестов для неё мало что значил. В обычное время она бы послала Сирин катиться к лешему, под корягой ему мановать, но сейчас терпеливо разгадывала смысл в движениях рук. Пусть и с трудом, она наконец поняла, что крестианка и правда в норе, Яр пытает её. Сирин показывала о ком-то ещё, ком-то третьем, что-то просила, но этого Рита разобрать не смогла.
– Кажи, где она. Мне надобна крестианка.
Тень не двинулась с места, испытывая её глазами.
– Не страшись. К ведунье не потащу. В Монастырь крестианку надо мне, от Навьих Рёбер. В сем подсобишь?
Взгляд Сирин оттаял, она кивнула и побежала обратно по своим следам в чащу. Рваные юбки затрепыхались вокруг грязных ног. Рита бросилась за ворожеей, по пути коснувшись за пазухой ножа-наконечника. Он и ключ, и причина. Из-за него она хотела изменить свою жизнь. Отбери Олеся нож раньше, она бы не решилась сбежать с семьёй в Монастырь, не пошла бы против воли ведуньи, не взяла бы за пример проклятого родом отца. Само будущее заплеталось из-за разбитого оружия Деяна.
*************
– Каменья с рясами куды уволок, кои скрал у меня!
– Ты рясы в драке отдал.
– Шиша, грабастик ты! Чужое стащил! Вертай, стерва!
Вольга хотел схватить Свиря за лохматую куртку, но тот увернулся. Ножей они пока не доставали. Возле входа в нору вспыхнула рукопашная. Вольга хорошо приложил Свиря, придавил к земле, но тот вдруг заорал, так что даже здоровяк испугался. Вольга отступил. Свирь присел, придерживая зашибленную руку под локоть.
– У-у, сикарь, изломал! Искалечил!
– Да нешто сильно болит? – неуютно спросил здоровяк и хотел помочь Свири подняться.
– Отлязь! – дёрнулся одноухий, но тем выдал в голосе слёзы.
– Дай оглядети. Может чем подсоблю…
– Подсобил ужо! Отлязь, выпороток! – убаюкивал руку Свирь. Вольга сокрушённо принялся бормотать, что и тот хорошо съездил ему по морде. Но что морда? Челюсть крепкая, даже отец дразнит волом, на цельную голову его перерос. Но Свирь жилистый и худощавый, на вид совсем хилый. За одну весну ухо отрезали и руку нарушили: правую, самую нужную. Вольга понуро косился на лапищи. Кому надобна эта сила, коли идёт на вред?
– Долго Савы нет где-то… – заключил он, стараясь отвлечь Свиря от злости. Одноухий резанул Вольгу взглядом, на губах зашипела слюна. Вольга даже попробовал извиниться. Но разве просят прощения за увечья в драке? Коли не смог уцелеть, тут уж сам виноватый.
Хорошо, что Сава скоро вернулся и спас Вольгу от извинений. Он подошёл прямо к ним через заросли дикой акации, и вид у него был суровый.
– Где шлындал, недоумок мамошкин? – напустился на него Свирь, будто Сава был виноват во всех бедах.
– Может чего пожрать нам принёс? – оживился Вольга. Когда расходились, они бросили Яра совсем одного в подземелье, но никто не решился уйти надолго.
– Очас Сивера видал ненароком. Есмь дело, – сообщил Сава сходу. – В лесу чужеядцы. Наказано сыскать их на западной стороне.
– Пришлые на земле рода?! – взрычал Вольга. – А ще иные сородичи? Поднялися из нор?
– Ой-вэй! Энто по темени нам искать? – зажалобился Свирь. – А ежели мя самого на ловушку?
Сава не глядя ткнул рукой в сторону запада. И вообще мало поворачивался к состайникам.
– Тамо надо бысть поскорей. А коль не слухаешь, так Сиверу о том прореки. Я шкурою своей отвечать не согласный.
– И я не согласный! – радостно запыхтел Волга. Он первый до драки! Сава кивнул и повёл его прочь от норы. Свирь поглядел на небо, причмокнул. Чёрная хмарь лишь слегка просветлела. Будь он на месте чужеядных племён, то пришёл бы в лес по темноте, а никак не перед рассветом. Свирь прощупал пальцами руку – вроде бы успокоилась – поднялся и потрусил за состайниками. Остаться на месте – подозрительнее всего. Он с ледяным недоверием смотрел в спину Савы и
