как жилые помещения для хозяина лавки и членов его семьи.
Никитин с жалобно стонущим Гафтом на которого он навьючил свой рюкзак, не понесёт же богатый господин тяжести, ныряли из лавки в лавку. Впрочем, Гафт стонал только для приличия, его груз был не так уж и велик, кроме того, Сергей щедро кормил парня сладостями которые предлагали разносчики.
Сам он от подобных сладостей старался держаться в стороне. Кулинарные изделия и выпечка носили на себе отпечатки грязных пальцев, да и сами разносчики не утруждали себя соблюдением правил гигиены.
Правда, все покупали, ели и особо не жаловались, народ был крепкий на желудок, Гафт тоже не привередничал по этому поводу, но Сергей, с его брезгливостью, не хотел рисковать, поэтому Гафт трудился за двоих.
Часто на лавках не было никаких вывесок, или просто висели привязанные на верёвке изделия на продажу. Надписями в связи с поголовной неграмотностью никто себя не утруждал, так, например лавку с пряностями Никитин обнаружил по запахам.
Так что, несмотря на здешнее изобилие, купил он в этот день не очень много, больше приценивался и смотрел. Сергей купил себе только небольшое серебреное зеркало, большую медную сковородку, осуществил свою давнюю мечту, и много специй, из-за которых ему пришлось наверно целый час торговаться с торговцем и разыгрывать целое представление.
Когда он с Гафтом вошли в низкое плохо освещённое помещение, где громоздились мешки всевозможных размеров, около них моментально возник хозяин с любезной улыбкой. Разглядев, что его покупатели всего лишь пара юнцов, он довольно невежливо спросил, что им надо.
Никитин сразу же принял надменный вид и, оглядев торговца с ног до головы, сказал:
— Я надеялся купить здесь специй, но, по-моему, здесь торгуют корешками для животных.
Хозяин, разглядев его куртку и богатый кинжал на поясе, рассыпался в извинениях:
— О простите господин! Моё слабое зрение не разглядело кто передо мной. В город часто приходят всякие и…
Никитин небрежно прервал его словоизлияние и скучающим тоном произнёс:
— Мы не всякие! И у нас мало времени, наш караван вскоре уходит из городя, и я хотел бы посмотреть на твой товар торговец.
Торговец хлопнул в ладоши, моментально прибежали несколько приказчиков и с почётом препроводили их во внутренний довольно большой дворик. Гафт глупо ухмылялся и даже хихикал, радуясь представлению, которое закатывал его друг, отчего Никитину пришлось незаметно двинуть его в бок локтём. Тот ойкнул и ненадолго затих.
В большом дворике на деревянных столах сушилось множество плодов, трав и корений. Четверо рабов одетых только в короткие штаны что-то равномерно и неторопливо перетирали в больших каменных ступках, к ним время от времени подбегали женщины, что бы забрать истолчённую смесь и принести ещё сырья.
Никитин двигался вдоль столов, выслушивая объяснения торговца и его пояснения о том, какие трудности пришлось преодолеть, что бы достать те или иные корни. Из всего представленного здесь разнообразия Никитин узнал только горошины чёрного перца, стручки красного перца и по запаху определил, что перед ним лежат куски корицы, всё остальное ему было не знакомо. Да и откуда ему было знать, как выглядят все эти приправы, даже произраставшие на Земле, до переработки.
Пройдя немного дальше, он обнаружил ещё одного земного знакомца — лавровый лист. Дальше на столах лежали сушёные грибы, но ничего напоминающие белых грибов он не обнаружил. Почти все попавшиеся ему на глаза грибы напоминали ему земные сморчки или поганки.
— Может здесь тоже продают какую-нибудь дурь? — подумал он, с опаской глядя на грибы, — А может быть и корешки эти здесь — галлюциногены через один. Хотя нет, лавровый лист, явно к этому хозяйству отношения не имеет.
Он поманил пальцем хозяина, который внимательно за ним наблюдал.
— Эй, хозяин, а что это за корень? — он ткнул пальцем, в ближайший, бугристый корень белого цвета.
— Вот этот корень молодой господин мои люди добывают высоко в Теаровых горах где живут светловолосые демоны, только там растёт этот корень…
Тут хозяин неожиданно замолк, уставившись на прядь светлых волос, которые пробивались у Сергея из-под шляпы. Никитин взял в руки корень повертел его в руках, понюхал, корень особенно не пах и вообще напоминал топинамбур.
— Ну и для чего он?
— Он наполняет сердце воина бесстрашием и отвагой и делает его неистощимым на ложе и делает его…
Никитин прервал его словоизлияния.
— Скажи мне уважаемый, какие из этих кореньев у Вас здесь употребляются в пищу и придают ей особый, изысканный вкус. Только смотри! Мне не нужно что бы мои люди, после того как они поедят этой пищи бросались друг на друга или на женщин?
— Есть! Всё есть уважаемый господин! — начал торопливо кланяться хозяин и, махнув рукой замершим неподалёку, которые начали приносить те или иные образцы пряностей.
Следующие полчаса он дегустировал предложенную продукцию, часто прикладываясь к фляге, правда, кроме уже знакомых ему специй ему приглянулись только две. Одна из них делалась из длинного синего корня и имела вкус сушёных креветок, другая — плоды местного кустарника напомнила ему вкус и запах сушёного укропа.
Землянин вытащил навощенную дощечку и записал те названия, которые проговорил ему торговец, который с огромным уважением наблюдал, как он выводит незнакомые ему буквы. Торговец впрочем, высказал своё недоумение, что молодой господин не знает, как называются эти растения.
Никитин лениво посмотрел на него:
— У нас там за переходом — он махнул рукой в сторону, откуда они приехали — эти растения называются по-другому и он, по-русски повторил их названия.
Хозяин с досадой ударил себя по лысой голове, бормоча слова извинения и кляня себя за недогадливость, он не ожидал, что молодой господин проделал столь далёкий путь.
— Ну что же, я теперь хочу посмотреть, как вы изготавливаете эти специи. Достаточно ли чистые корешки и растения вы перетираете, мне не нужна грязь в моей пище.
Хозяин заверил его, что у него всё чисто, хотя по бегающим глазкам можно было сделать вывод, что с этим у него не всегда в порядке.
— Молодой господин может не сомневаться что у меня всё наилучшего качества.
— Наилучшего говоришь, — протянул Сергей и, взяв один из корешков, перевернул его. Сзади он был, немного измазал засохшей землёй. — Что-то не видно, что твои слуги хорошо их чистили.
Торговец выхватил у него корень из рук, поглядел на него и заорал на ближайшего приказчика. Разговор вёлся на местном диалекте, Никитин мало чего из него понял, но, судя по тому, как тот изумлённо глядел на него, когда хозяин разносил его, такое здесь случалось сплошь и
