13 июня 1917 г. шестьсот делегатов Рады объявили от имени не избиравшего их населения юго-западной России о провозглашении «автономии Украины» (I Универсал Центральной Рады), «не отделяясь от всей России, не порывая с державой Российской». Учреждено было и правительство Украины – «генеральный секретариат» во главе с Владимиром Кирилловичем Винниченко, сыном батрака, председателем Украинской социал-демократической рабочей партии, известным украинским писателем. 3 июля делегация Временного правительства в составе А. Ф. Керенского, Н. В. Некрасова, И. Г. Церетели и М. И. Терещенко приехала в Киев и после переговоров подписала акт о предоставлении автономии Украине. Когда делегация вернулась в Петроград, князь Львов и другие министры от КДП отказались признать законность этого акта, полагая, что решение вопроса об автономии Украины должно быть отложено до Учредительного собрания, но при голосовании противники немедленной автономии Украины остались в меньшинстве и подали в отставку. После этого Керенский занял пост министра-председателя вместо князя Львова.
Белоруссия
В марте 1917 г. собирается съезд белорусских деятелей, который создает «Белорусский национальный комитет». Он оказывается всего-навсего польской региональной организацией и избирает своим председателем крупного помещика Р. Скирмунта, известного приверженца «польско-литовской» ориентации.
Свидетельство очевидца
А. Цвикевич сохранил примечательную картину крестьянских съездов, проходивших в марте – июне 1917 г. в губерниях Северо-Западного края: «Народ кричал „вон!“ всякому интеллигенту, говорившему по-белорусски, и рвал книжку, написанную его родным языком. Мужики, – отмечал далее А. Цвикевич, – усматривали в идее белорусской автономии „панскую интригу“. По тем же причинам и народные учителя, этнические белорусы, активно противились в то время преподаванию на белорусском языке, а в немногих частных белорусскоязычных школах почти не было учащихся». – А. Цвикевич. Краткий очерк возникновения Белорусской народной республики. Киев, 1918. – С. 8.
Белоруссия, находящаяся в прифронтовой зоне и частично оккупированная неприятелем, сталкиваясь с разнузданной безвластностью войск, дезертирством и мародерством, искала возможность как-то организовать свою жизнь до нормализации всероссийской государственности. В начале июня 1917 г. создается уже не чисто польская, но многонациональная «Рада белорусских организаций и партий», имеющая более региональную, нежели этническую основу. Во главе Рады оказываются О. Дыло, А. Смолич, С. Рак-Михайловский, Д. Жылунович. Л. Г. Корнилов, ставший в это время Верховным главнокомандующим Русской армией, отдал приказ о формировании национальных белорусских воинских частей.
С осени, в поисках силы, на которую можно опираться, по примеру поляков и украинцев, и Белорусская Рада начинает националистическую пропаганду среди солдат. 18 октября созывается съезд белорусов-воинов Западного фронта и избирается Белорусская войсковая Рада. Затем происходят съезды в других армиях и фронтах воинов из Белоруссии. Им предлагается возвращаться на родину, создавать национальные воинские части и охранять страну от большевицкого произвола и германской оккупации.
Туркестан
В марте – апреле Временное правительство, убедившись в том, что Туркестаном и Закавказьем оно управлять не в силах, предоставило этим территориям права административных автономий. 9 марта был сформирован особый Закавказский комитет (ОЗАКОМ), который состоял из Верховного комиссара, двух его помощников и административного совета из представителей ведомств и трех основных национальных групп региона. В Туркестан вначале для выяснения обстановки отправили депутата Думы князя Васильчикова и еще нескольких специальных уполномоченных. С учетом предоставленных ими данных правительство 7 апреля образовало Туркестанский краевой комитет в составе депутатов I–IV Государственной Думы во главе с кадетом Н. Н. Щепкиным. Туркестанскому и Особому Закавказскому комитету предоставлялись права высшей администрации и передавались почти все функции управления за исключением законодательной. Февральскую революцию просвещенные тюрки Туркестана встретили с воодушевлением. Однако надежды местных националистов на то, что Керенский дарует региону автономию, не оправдались. Политическое положение в Туркестане после февраля 1917 г. во многом определялось позицией Хивинского ханства и Бухарского эмирата, для которых Временное правительство разрабатывало особый проект Конституции.
Латвия
25—26 марта в Вольмаре собралось Лифляндское губернское собрание из 440 делегатов, которое призвало создать единую Латвийскую губернию. Были избраны 48 депутатов Временного южнолифляндского губернского совета. Комиссаром по Латвии губернский совет избрал думского депутата, врача А. Предкалнса (1873–1923). Его заместителем был избран Карл Ульманис, мэром Риги совет назначил Густава Земгалса (1871–1939) – будущего президента Латвийской республики. 9 мая губернский съезд оккупированной германцами Курляндии, собравшись на территории Лифляндии в Тарту (Юрьеве), подтвердил, что и курляндцы стремятся к созданию единой Латвийской губернии в составе России. Съезд выдвинул Яниса Чаксте в качестве губернского комиссара. Латвийские социалисты созвали в Москве еще одно собрание из курляндских беженцев, которое отказалось утвердить этого умеренного политика.
Прошедший в ноябре 1917 г. под охраной национальных войск латышский съезд в Валке первоначально высказывался за сохранение «свободной Латвии в свободной России». Столкнувшись, однако, с враждебностью большевиков, захвативших к тому времени власть в Петрограде, съезд быстро радикализовался и выдвинул задачу достижения полной независимости от двух соперничавших за Латвию держав – Германии и большевицкой России. На этом же съезде началось формирование учреждений независимого латвийского государства. Идею независимости поддерживали далеко не все латыши. Значительная их часть – особенно те, кого военная служба и беженство унесло на российские просторы, в политическом разладе склонились на сторону большевиков.
Социал-демократические идеи, на рубеже веков проникшие из Европы и России в городскую среду Прибалтики, очень быстро завладели умами большинства эстонского и латышского населения. Главенствующая религия – лютеранство, проповедовалась немецкими священнослужителями; своей жизнью они никак не подтверждали христианские идеалы. Социалистическая же идеология напоминала то, чему учили в церкви; к тому же социал-демократические идеи выглядели как точный ответ на общественные проблемы своего времени. Социалистические идеи, таким образом, приобрели характер религии, за которой следовали с фанатичностью веры. Но это была вера не христианской любви, а классовой ненависти. Характерно, что в католических районах Прибалтики – в Литве и юго-восточной Латвии (Латгалии) социал-демократические идеи были известны только узкому кругу интеллигенции, а социал-демократические партии никогда не получили того влияния, каким они пользовались в исповедовавших лютеранство Эстонии и Латвии.
Латвийские национальные части до последней возможности сдерживали по Даугаве немецкие войска, когда большинство разагитированных большевиками русских полков потеряли всякую боеспособность. 3 сентября развал фронта заставил оставить немцам Ригу. Надежд на российскую демократию почти не было. Она не могла организовать эффективную оборону отечества, а большевики открыто призвали к миру, который для латышей означал бы восстановление германской власти на их земле.
На муниципальных выборах в Латвии 26 августа большевики получили 41 % голосов в Риге, 64 % – в Вольмаре, 70 % – в Лемзале (ныне – Лимбажи). 2 сентября на выборах в губернское собрание Латвии в неоккупированной германцами зоне большевики получили 24 места из 38. Следует, правда, учитывать, что кроме местных жителей в выборах участвовали армия и беженцы. Председателем губернского собрания был избран большевик О. Карклиньш. В середине сентября на выборах в уездные советы Лифляндии большевики получили около трех четвертей голосов.
Эстония
4 марта 1917 г. в Тарту собираются эстонские политики и выдвигают проект создания автономной Эстонской губернии. Бывший думский депутат Ян Раамот убеждает князя Львова согласиться на автономию Эстонии. И Временное правительство России идет навстречу этим проектам. Комиссаром по Эстонии назначается мэр Таллина, известный национал-либеральный политик Яан Поска. 12 апреля 1917 г. указом Временного правительства осуществляется давно желаемое и латышами и эстонцами национальное размежевание Лифляндской губернии. Ее северные, эстоязычные уезды объединены с Эстляндской губернией. 20 июня постановлением Временного правительства создана автономная Эстонская губерния. В Эстонии немедленно начинается подготовка к всеобщим непрямым выборам в областную законодательную ассамблею – Maapäev, которые проходят вполне мирно 7–8 июля 1917 г. На выборах побеждают умеренные националисты, известные своими русофильскими настроениями и непримиримым антигерманизмом во главе с Константином Пятсом и Юрием Вилмсом. Большевики получают, впрочем, до 30 % мест от Ревеля и практически все места от Нарвы. С одобрения Керенского в Эстонии начинается формирование двух национальных полков. К декабрю эстонские национальные части были развернуты в дивизию. В 1917 г. большинство эстонских лидеров готовы были удовлетвориться автономией в составе демократической федеративной России.
