class="p1">Куурмейа, вздрогнув, поднялся с мостовой и пошёл подбирать пустые тарелки. На освободившийся камень, чуть не отдавив задремавшему Алсагу хвост, уселся Глайен. Фрисс подвинулся, освобождая место для Нециса.
- Стало быть, его звали Эль-Шиэн? – задумчиво сказал Глайен, глядя на красноватый обломок кости, лежащий на его ладони. – Да, пожалуй, это возможно… В перечне такое имя есть. Скарс, воин храма… Ему подрубили ноги, потом перебили хребет. Все кости изрублены. К его могиле сносили потом вражеские головы, их там десятка четыре, если мы все собрали. Эль-Шиэн… да, возможно. Там ещё были кости, много перемешанных костяков, много обломков. Хочешь завтра взглянуть?
- Не откажусь, - кивнул Нецис и пожал плечами. – Мне копать не доводилось. Сам смотри, помогу я в твоих делах или помешаю.
- Появись ты раньше, мы бы уже заканчивали военный могильник, - вздохнул Глайен. – А теперь уедем, не закончив даже со Скарсами. В отряде рук не хватает… о головах уже не говорю. Набрали учеников на практику…
Среди ночи над ухом Фрисса зажужжала очень большая и очень назойливая пчела. Он нехотя открыл глаза. Шевелиться не хотелось – а ну как ужалит?
Никакой пчелы не было. Небо над городом слегка позеленело и пошло белыми полосами, тусклый утренний свет лился из-за откинутой дверной завесы. За дверью, на краю древнего фундамента, стоял в одной набедренной повязке Куурмейа и играл на гудящей флейте. Снизу доносился тихий треск костей, Шинкайоцин негромкими командами собирал нежить у очага. Судя по голосам, где-то там был и Нецис. Обойдя Речника, из шатра выбрался Глайен. Он успел одеться, только повязку с птичьим черепом держал в руке.
- Куурмейа, клянусь Владыкой, сожгу я твою дудку, - тихо и ласково сказал он. В углу шатра тяжело вздохнул Квелгин, выползая из спального кокона.
- Собираемся? О, Шинкайоцин уже нежить согнал… Фрисс, поднимайся. Или ты сегодня на хозяйстве? Ну, в любом случае, зверя своего оставишь здесь. Он нам раскоп потопчет.
- Не потопчет, - покачал головой Речник. Алсаг обиженно фыркнул. Спустя мгновение он уже висел на рукаве Речника – обычная летучая мышь, не отличишь в стае сородичей…
- Ахса! Это дар, да, - поцокал языком Квелгин. – И ты так умеешь?
- Нет, - отозвался Фрисс, застёгивая ремни перевязи. Насколько он знал местные могильники, без оружия туда ходить не следовало…
- Нейнор! – в шатёр вошёл Глайен, уже в повязке. – Ты сегодня на хозяйстве. По городу не шастай. Куурмейа идёт на раскоп. Квелгин, Фрисс, – выходите.
Копали за башнями, чуть ли не в сердце города, лишь немного в стороне от стройных кругов, в которые выстроились пологие курганы в каменной броне. Из брони торчали обломанные чёрные зубцы. На одном из курганов – он стоял поодаль, вне круга, как будто когда-то с него начали новый круг, а закончить уже не успели – броня была взломана, в склоне зиял широкий провал, и от провала в сторону от курганов тянулся ряд оплывших и просевших холмиков, отмеченных неотёсаными глыбами базальта, но чаще – расколотыми глиняными плитами с небрежно выдавленными на них строчками письмён. Большой дом с колоннами стоял поблизости… вернее, то, что осталось от дома, когда его взорвали. Обломки стен валялись на курганах, вокруг них, засыпали часть мелких холмиков, поломали глиняные плиты и разбили мостовую.
Пролом в кургане окружила нежить, осторожно подбирающая что-то с земли. Шинкайоцин верхом на големе следил за мертвяками с груды обломков.
- Тут нашли Эль-Шиэна, - негромко пояснил Глайен для Нециса, указывая на пролом. – Подхоронен к кургану храмовых Скарсов, как и положено, только сжечь его не успели. А под ним – ещё воины. Расчистим и посмотрим. Вот только…
Он поморщился. Фрисс проследил за его взглядом и увидел, что яма медленно заполняется мерцающими зеленоватыми испарениями. Красноватые обломки костей, которые нежить собирала в корзину, слабо засветились и поползли друг к другу. Нецис вздохнул и шагнул к краю пролома, сжимая в ладони амулет Кэрриона. Квайя зашевелилась и потекла к нему, сперва медленно, потом – быстро, как ручей с горы. Некромант поднялся на курган и остановился на вершине. Провал перестал светиться, кости замерли.
Квелгин, забрав корзину у нежити, закрыл её и обмотал крышку травяными ремнями, подсунув под них листок с наскоро написанным именем Эль-Шиэна.
- Оставили бы кости в покое, - сердито пробормотал Речник. – Он и так погиб из-за Некромантов, зачем его тревожить?!
- Это для сожжения, - удивлённо посмотрел на него Квелгин. – В Тиалгикисе все, кого мы нашли тут, будут погребены в огне. Так и должны были сделать тогда, после битвы, но не успели. Не бойся, кости этого Скарса будут упокоены.
- Ман шийяу! – под курганом боевой маг спешно строил нежить в другом порядке. Мертвяки осторожно сгребали в сторону землю. Что-то тёмное проступало из-под неё.
Квелгин, оставив корзину у стены, среди двух десятков подобных, подошёл к раскопу и остановился там, следя за нежитью. Глайен стоял с другой стороны, изредка жестами указывая мертвякам, где им следует копать. На холме, рядом с Нецисом, стоял Куурмейа и быстро водил пером по странному белесо-зеленоватому листку, слегка похожему на кусок велата.
- Та-а! – вскрикнул Нецис, вскинув руку. Плиты кургана шевельнулись, и мертвяки отлетели в сторону, загремев костями по мостовой. Что-то быстрое и светящееся, окутанное туманом, вылетело из раскопа.
- Ман шиккуи! – крик боевого мага раздался чуть позже, чем треск его тяжёлой зубчатой палицы о кости злобной твари. Голем прыгнул вперёд, впечатывая врага в землю раскопа.
- Аххса… - Нецис кубарем скатился с холма и цапнул что-то под ногами голема. Из-под костяной туши взвился туман, послышался дикий вой, земля ещё раз дрогнула, и ледяной порыв ветра заставил Фрисса зажмуриться.
- Умран, - раздался в полной тишине голос Нециса. – Как любопытно… Умран из народа хольчей, взгляните на его голову…
- Умран! – Куурмейа сполз в раскоп вслед за Некромантом. – Шинкайоцин, ради всех богов, слезь с него. Надо его зарисовать.
- Было бы что, - Шинкайоцин оттащил голема в сторону, внимательно разглядывая и ощупывая его морду и лапы. Поперёк раскопа валялся рассыпавшийся костяк с раздробленными рёбрами. Одна из локтевых костей была сейчас в руке Нециса. Он посмотрел на неё, мигнул и положил в общую кучу. Вокруг отлетевшего в сторону черепа, обтянутого высохшей кожей, рассыпалась груда медно-рыжих волос.
- Боги! Быстрая же тварь этот умран,
