– Ничего плохого в этом нет. Стране нужны фермеры с размахом. – Уилл почувствовал себя не в своей тарелке. Вдруг слухи об Адамовом состоянии преувеличены и Траск хочет попросить денег взаймы? Уилл быстро подсчитал в уме, сколько он может ссудить под залог его фермы и сколько взять в кредит под нее. Суммы и проценты расходились. Но Адам словно и не думал переходить к делу. Уилл сидел как на иголках.
– Я, к сожалению, сегодня не могу засиживаться, – сказал он. – У меня еще встреча с одним человеком.
– Еще чашечку кофе?
– Нет, благодарствую. Плохо от него сплю. Вы хотели о чем-то меня спросить?
– Да, я вот твоего отца вспоминал и подумал, что надо бы поговорить с кем-нибудь из Гамильтонов.
Уилл немного успокоился.
– Да, папаша большой говорун был.
– При нем человек становился лучше, чем он есть на самом деле, – произнес Адам.
Ли поднял голову от деревянного штопального яйца:
– Может, говорун – это тот, кто умеет других разговорить.
– Ты, выходит, нормальными словами говоришь? Чудно, ей-богу, – сказал Уилл. – Раньше, помню, на китайской тарабарщине объяснялся.
– Было дело, – согласился Ли. – От гордыни, наверное. – Он лукаво улыбнулся Адаму и повернулся к Уиллу: – Слышали, будто в Сибири мамонта нашли?..
– Кого-кого нашли?
– Мамонта. Это слон такой доисторический. Теперь они все вымерли.
– И мясо, говоришь, не испортилось?
– Он миллион лет во льду пролежал, а мясо свежее, как парная поросятина. – Ли просунул деревянное яйцо в порвавшийся на колене чулок.
– Интересно… – протянул Уилл.
Адам рассмеялся.
– Как тебе нравится? Ли и тут быка за рога. А я все мямлю. Устал я сидеть сложа руки, – продолжал он серьезно, – вот в чем штука. Хочу за что-нибудь взяться. Хватит попусту убивать время.
– Вот за ферму и возьмитесь.
– Не тянет меня к земле. Я ведь не просто работу ищу, а интересное занятие. Работа ради денег мне не нужна.
Ощущение настороженности наконец покинуло Уилла.
– Хорошо, но я-то тут с какой стороны?
– Хочу поделиться кое-какими соображениями и узнать твое мнение. Ты же у нас бизнесмен.
– Само собой, – сказал Уилл. – К вашим услугам, сэр.
– Понимаешь, я тут о холодильном деле почитал, – сказал Адам. – И засела мне в голову одна идея. Днем еще ничего, а как лягу, так думать начинаю. Все думаю, думаю – извелся весь. По-моему, очень стоящая идея, хотя кто ее знает…
Уилл выпрямил скрещенные ноги и подобрал брючины, чтобы не тянуло на коленях.
– Ну, давайте, я слушаю, – сказал он. – Сигару?
Адам то ли не слышал, то ли не понял.
– Страна быстро меняется, – сказал он. – Люди по-другому хотят жить, не так, как раньше. Ты вот, например, знаешь, где зимой самый большой спрос на апельсины?
– Нет. Где?
– В Нью-Йорке! Сам читал. Разве люди, ну, те, которые в холодных краях живут, думаешь, они не купят зимой свежие овощи – зеленый горошек, салат или там цветную капусту? Во многих штатах такие скоропортящиеся продукты месяцами не видят. А у нас здесь, в долине Салинас, их круглый год выращивают.
– Здесь – не там, – возразил Уилл. – И вообще я не очень улавливаю.
– Видишь ли, я ледник фабричный купил. Ли настоял, ну и заинтересовал он меня. Начал класть туда овощи, по-разному пробовал. Вот если раскрошить лед, положить туда кочешок салата и все это обернуть вощеной бумагой, то листья целых три недели не вянут и не портятся.
– Ну и что из того? – недоверчиво отозвался Уилл.
– Новые железнодорожные вагоны для перевозки фруктов видел? Я на днях сходил на станцию, посмотрел хорошенько. Неплохо придумано. В таких вагонах салат даже зимой можно до Восточного побережья довезти.
– Вы-то сами чего хотите? – осведомился Уилл.
– Я подумал, не купить ли мне здешнюю фабрику, которая лед изготовляет, а потом перевозки наладить.
– На это куча денег понадобится.
– Куча не куча, но деньги найдутся.
Уилл Гамильтон досадливо дернул себя за ус.
– Угораздило же меня на крючок попасться, – сказал он. – Не маленький, мог бы сразу сообразить.
– Не понимаю.
– Не понимаете? Ладно, я объясню, – разгорячился Уилл. – Когда кто-то спрашивает у меня совета, я знаю, что никакой совет ему не нужен. Он хочет, чтобы я согласился с ним. И вот, чтобы не отпугнуть клиента, я вынужден говорить, какая замечательная у него идея и ее надо немедленно проворачивать. Но вы хороший человек и друг нашей семьи. Поэтому в эту затею я не полезу.
Ли отложил штопку, поставил на пол корзинку и переменил очки.
– Чего ты раскипятился? – недоумевал Адам.
– Я рос в семье, где одни фантазеры были, – продолжал Уилл. – Нам идеи с утра к завтраку подавали. А то и вместо завтрака. У нас было так много идей, что мы не успевали зарабатывать деньги, чтобы расплатиться с бакалейщиком. А если деньжата появлялись, отец или Том их тут же тратили. Патенты, видите ли, надо было на изобретения покупать. Я единственный в семье был, кто не носился со всякими завиральными идеями. Я, да еще мама. И я единственный деньгу в дом приносил. Том даже мечтал людям помогать, и от его мечтаний за милю несло социализмом. Поэтому не надо мне говорить, что вас профит не интересует; а то я в вас вот этим кофейником запущу.
– Не очень интересует, правда.
– Как хотите, а я от этого дела подальше. И
