Активно нарушали вражеские перевозки и подпольщики. Так, в апреле 1943 года на станции Антоновка подпольщица Ванда Лисинкевич при погрузке боеприпасов заложила в вагон магнитную мину. Она взорвалась на станции Сарны. Взрывом было уничтожено четыре вагона с толом и автомашины, убито и ранено до 60 немцев, нанесен ущерб станционным постройкам и соседним эшелонам.
На всей оккупированной советской территории, по неполным данным партизанских штабов, с 1 ноября 1942 года по 1 апреля 1943 года партизанские отряды организовали крушение 1467 воинских эшелонов противника и разрушили около 1500 мостов на железных, шоссейных и грунтовых дорогах. Борьба на железнодорожных и шоссейных коммуникациях немецко-фашистских войск к лету 1943 года повсеместно развернулась в ожесточенное сражение. Инициатива прочно находилась в руках партизан.
Эти успехи были достигнуты в результате возросшей активности партизан и подпольщиков, явились результатом руководства их деятельностью со стороны партийных органов и штабов партизанского движения, координировавших и направлявших операции партизанских формирований, снабжавших их в большом количестве необходимыми материально-техническими средствами.
Основываясь на указаниях ЦК ВКП(б), Центральный, республиканские и областные штабы партизанского движения постоянно усиливали руководство партизанскими отрядами и соединениями, координировали их действия с операциями Советской Армии. Примером оперативного руководства явился единый план боевых действий украинских партизан на весенне-летний период 1943 года, названный М. И. Калининым образцом планомерного, централизованного руководства нашей партии большими массами вооруженного народа, который проявил величайшую инициативу в обороне Родины. Согласно этому плану, разработанному ЦК КП(б)У и утвержденному ЦК ВКП(б), все крупные партизанские соединения Украины, действовавшие главным образом в ее северной части, направлялись в западные и юго-западные области для поддержки и усиления борьбы трудящихся этих областей против оккупантов Перед ними были поставлены конкретные задачи: нарушив работу крупных железнодорожных узлов, таких, как Ковель, Коростень, Шепетовка, Здолбунов и другие, сорвать работу важных для врага магистралей Киев — Ковель, Киев — Шепетовка, Тернополь — Жмеринка, Фастов — Днепропетровск и ряда других железнодорожных участков.
Аналогичные мероприятия проводились и в Белоруссии. Здесь в западные области было передислоцировано девять бригад, 10 отрядов и 15 организаторских партизанских групп. В результате все важнейшие железные и шоссейные дороги в этих областях оказались под воздействием партизан.
В связи с этим немецкое командование весной 1943 года пыталось увеличить речные перевозки. Однако и эти попытки были сорваны партизанами. Навигация на реках Западная Двина, Сож и Днепр была почти полностью парализована действиями партизан и подпольщиков. Если немцам за навигацию 1942 года удалось перевезти водным путем через Днепро-Бугский канал всего немногим более 200 тысяч тонн грузов, то в 1943 году они не смогли сделать и этого.
Западная Белоруссия. Партизаны отряда им. Ворошилова минируют мост. Декабрь 1943 года.
Весной 1943 года соединение С. А. Ковпака получило сведения о попытках немцев организовать перевозку большого количества военных грузов на Центральный и Южный фронты по реке Припять. Было решено сорвать навигацию и закрыть этот путь. Первым был выслежен, разбит и потоплен буксир «Надежда» и три баржи. Противник пытался отогнать партизан от реки, но это не удалось. Военной флотилии, шедшей из Мозыря, партизаны приготовили огневую ловушку. Вражеская флотилия шла быстро, беспорядочно обстреливая берега из пулеметов и пушек. Не имея специальных мин для подрыва речных судов, партизаны применили против флотилии все свои огневые средства: пулеметы, противотанковые ружья, артиллерию. Бой длился несколько часов. Пойманные в огневой мешок суда упорно оборонялись, но к вечеру вся флотилия (14 вымпелов) была разгромлена. Она состояла из шести бронекатеров, бронемотолодки, мотолодки, пяти пароходов, буксира и баржи. Всего же за 1943 год на Днепре, Десне и Припяти украинские партизаны и подпольщики потопили и вывели из строя 90 пароходов, барж, катеров и моторных лодок. Вскоре перед партизанами встала задача вывести из строя всю систему Днепро-Бугского канала. Они провели ряд диверсий, вследствие которых уровень воды в канале резко упал и на протяжении 120 километров он стал непригодным для эксплуатации. Вследствие спада воды на мель село много судов.
Значительно усилились удары партизан и по автомобильному транспорту противника. Разрушение мостов, подрывы автомашин, диверсии в гаражах, нападения на колонны гитлеровцев из засад проводились партизанами почти повсеместно. В результате противник нес серьезные потери. В качестве примера приведем действия белорусского партизанского отряда «Буревестник» под командованием М. Г. Мармулева. Получив сведения о предполагаемом прибытии важного фашистского начальства из Минска в узденский и шацкий гарнизоны немцев, командир принял решение устроить засаду на шоссе Шацк — Узда. Тщательно замаскировавшись, отряд залег в 25—30 метрах от дороги между деревнями Волок и Любяча. К вечеру со стороны Шацка показалась колонна автомобилей — четыре легковые и грузовая машины. Когда колонна поравнялась с засадой, партизаны открыли по ней мощный ружейно-пулеметный огонь и после короткого обстрела бросились в атаку. Некоторые гитлеровцы, спрыгнув в кювет, пытались отстреливаться. Но партизаны ударили с фланга, и группа была полностью разгромлена. 36 гитлеровцев, в том числе 10 чинов минской оккупационной администрации, остались лежать на дороге. Партизаны, захватив трофеи, сожгли машины и ушли на свою базу.
Резко возросшая эффективность партизанских ударов по вражеским коммуникациям вызвала в гитлеровской ставке большое беспокойство. Из Берлина один за другим неслись строжайшие приказы об усилении охраны железных дорог и борьбы с партизанами. На коммуникации дополнительно было брошено большое количество войск, в том числе части «СС» и полиции. Но все эти меры не давали существенных результатов. Так, в сообщении штаба 3-й немецкой танковой армии, относящемся к маю 1943 года, говорилось:
«Взрывы на дорогах, железнодорожных путях и всевозможные налеты превратились в систему, и движение в тыловых районах позади фронта стало совершенно невозможным».
К весне 1943 года немецко-фашистское командование потеряло всякую надежду подавить партизанское движение и все свои усилия направляло главным образом на защиту тылов своих армий и важнейших коммуникаций. Однако и эти меры в условиях бурного роста партизанского движения оказались малодейственными. Противнику не удавалось отвлечь партизан от боевой деятельности на его коммуникациях даже проведением крупных карательных операций.
Гитлеровцы нередко прибегали и к провокациям. Фашистское командование пошло даже на то, что обещало в своих листовках полную безнаказанность партизанам-подрывникам за их прошлую деятельность. Оно обещало предоставить им всякие блага и работу по специальности. В ответ на эти посулы на немецких листовках партизаны писали резолюции:
«Наша специальность в военное время — пускать под откос вражеские поезда».
Безуспешность попыток подавить партизанское движение вынуждала фашистское командование тратить все больше сил и средств на непосредственную охрану путей сообщения.
Особое внимание противник уделял охране больших мостов и крупных железнодорожных станций. Здесь, как правило, создавалась мощная круговая оборона, располагались сильные, хорошо вооруженные гарнизоны, прикрытые сложными инженерными заграждениями. Кроме того, железнодорожные узлы и большие станции в большинстве случаев находились в крупных населенных пунктах или вблизи их, где имелись значительные гарнизоны немцев, которые привлекались к охране перегонов и участков дорог, прилегавших к узловым пунктам коммуникаций немецко-фашистских войск. В случае необходимости к обороне станций и пристаней привлекались и части, находившиеся в воинских эшелонах. При этом в районах, где партизаны действовали особенно активно, здания станций, водонапорных сооружений и другие важные объекты обносились высокими бревенчатыми заборами с земляной прослойкой или двойными заборами, проволочными заграждениями. На особо опасных участках подходы к станциям защищались дзотами. На важных двухпутных железнодорожных магистралях была установлена усиленная охрана и всех малых мостов. В большинстве случаев она состояла из усиленных взводов, располагавших бункерами, дзотами и инженерными заграждениями.
Для охраны перегонов и участков дорог вне населенных пунктов противник создал множество инженерно-технических сооружений, ввел систему патрулирования, постов, засад. На железнодорожных магистралях курсировали бронепоезда, а на шоссейных дорогах — бронеавтомобили, танки и танкетки.
