Осуществление этого закона мыслилось руководителями КПК как массовая политическая кампания, в которой активное участие должны принять члены партии, местные органы власти, НОА, а их опорой в деревне должны стать крестьянские союзы, в которые должно войти трудовое крестьянство. Однако власти столкнулись с пассивностью крестьянства, с их социально-психологической неготовностью к переделу земли, с огромным влиянием общинно-клановых структур, не позволяющих социально изолировать сельских эксплуататоров. Сопротивление оказывали и сельские богачи, стремившиеся привлечь на свою сторону бедное крестьянство, традиционно связанное с ними общинно-клановыми узами взаимопомощи.
Чтобы «раскачать» трудовое крестьянство, чтобы сломить сопротивление сельских богачей, в деревню из городов направлялись специальные бригады по проведению реформы, в которые входили кадровые работники, партийные активисты, командиры и политработники НОА и т.п. Каждый год в деятельности этих бригад принимало участие около 300 тыс. человек. Их политическая и организационная деятельность поддерживалась народными трибуналами с упрощенным судопроизводством и с правом выносить смертные приговоры. Все это позволило, репрессировав несколько миллионов богачей, в течение трех лет осуществить земельную реформу по сути дела в ходе гражданской войны.
К весне 1953 г. около 300 млн. крестьян получили примерно 47 млн. га земли. Больше всего от земельной реформы выиграло беднейшее крестьянство, а также активисты аграрных преобразований, местные кадровые работники (ганьбу), сумевшие взять лучшую землю, большую часть инвентаря и т.п. Они-то и являлись подлинной социальной опорой КПК в деревне. Завершение аграрной реформы фактически означало революционный переворот в аграрных отношениях, важнейший шаг в разрушении традиционной, «азиатской» социально-экономической системы.
Переход земли в частную крестьянскую собственность и освобождение в этой связи крестьянства от арендной платы в размере примерно 35 млн. т зерна, а также умеренное поземельное обложение превращали крестьян в реальных частных собственников и товаропроизводителей, создавали предпосылки для существенного расширения внутреннего рынка.
Проведение аграрной реформы способствовало быстрому восстановлению сельского хозяйства. Уже в 1952 г. был достигнут довоенный уровень производства зерновых культур, а технических — даже превышен. Восстановление сельского хозяйства способствовало восстановлению и всего народного хозяйства — промышленности, торговли, транспорта, финансов и т.д. Причем это восстановление проходило в условиях социально-экономической многоукладности, доставшейся в наследство от гоминьдановского режима, и тем самым в условиях определенного экономического соперничества.
Командные экономические высоты находились в руках нового государства в результате перехода в его руки гоминьдановской правительственной собственности («бюрократический капитал»), что означало концентрацию в руках правительства КНР наиболее развитой части крупной промышленности, современного транспорта, кредитно-банковской системы, внешней торговли и ряда отраслей внутренней оптовой торговли. Идя к власти, КПК провозглашала лозунги «конфискации» (мошоу) бюрократического капитала, хотя по сути дела речь шла о переходе государственной (правительственной) собственности «по наследству» в руки нового государства и поэтому в нормативных актах новой власти говорилось лишь о «приемке» (цзегуань) правительственной собственности. Складывание бюрократического капитала в годы правления Гоминьдана в основном за счет экспроприации иностранного капитала, а также части крупной собственности национального капитала сняло с новой власти тяжелое бремя действительной экспроприации крупной собственности, и тем самым новая власть могла избежать в трудное время своего становления прямого столкновения с наиболее влиятельной частью буржуазии. Избавлена была новая власть и от прямого столкновения с империалистическими государствами по поводу судеб иностранного предпринимательства в Китае, которые были фактически уже решены при гоминьдановском режиме. Однако это богатое «наследство» новая власть должна была освоить, овладев экономическими методами руководства народным хозяйством. В первый год своего существования новая власть провела комплекс мероприятий, известных как "централизация финансово-экономической работы". Необходимо было на деле взять в свои руки огромную государственную собственность, наладить функционирование огосударствленного хозяйства, создать предпосылки для быстрого восстановления и развития всех отраслей народного хозяйства. Ключевым моментом в этой работе было овладение новой властью финансовой системой и преодоление одного из тяжелейших последствий гоминьдановского хозяйствования — безудержной инфляции. Взяв в свои руки контроль за производством и распределением важнейших товаров, ограничивая государственные расходы и проводя политику жесткой экономии, правительству уже к концу 1950 г. удалось обуздать инфляцию, создать устойчивую финансовую систему. Эта первая экономическая победа новой власти стала важнейшей предпосылкой действительного овладения новым государством командными экономическими высотами, предпосылкой эффективного контроля за рынком.
Завершение гражданской войны, протекционистские меры правительства, проведение аграрной реформы помогли преодолеть депрессивное состояние рынка. Дальнейшее развитие рыночных отношений способствовало быстрому восстановлению народного хозяйства, вовлечению в производство трудовых ресурсов, росту благосостояния. Именно рыночный механизм в первые годы существования новой государственности позволил выявить потенциальные возможности народного хозяйства, позволил не только восстановить, но и развивать производство в соответствии с новыми социальными задачами.
Рыночный механизм с его конкуренцией поставил перед руководителями партии и государства принципиально новые задачи и прежде всего задачу регулирования отношений с национальным капиталом, позиции которого в народном хозяйстве были весомы: частнокапиталистическая промышленность в 1949 г. давала примерно две трети промышленной продукции, частный капитал контролировал три четверти оптового и более 80% розничного товарооборота. КПК, развивая линию II пленума ЦК КПК, провозгласила "политику использования, ограничения и преобразования частнокапиталистического уклада", причем в восстановительный период акцент делался на первых двух требованиях. Эта «новодемократическая» политика благоприятствовала развитию частного капитала, поощряла его предпринимательскую активность. В результате число частных промышленных предприятий в 1953 г. по сравнению с 1949 г. возросло со 123 тыс. до 150 тыс. Объем продукции частных предприятий в 1953 г. был в два раза выше чем в 1949 г. Благоприятствовала частному предпринимательству и политика регулирования отношений труда и капитала, которая объективно сдерживала борьбу рабочих за экономические требования.
Однако политика КПК была противоречивой, непоследовательной, отражая борьбу мнений внутри партийного руководства. В 1950 г. правительство оказывало поддержку частным предприятиям с целью восстановления производства. И эта поддержка сыграла свою роль — к концу 1951 г. легкая промышленность была фактически восстановлена. Почти все частные предприятия в 1951 г. были рентабельными. Однако в конце 1951 г. — начале 1952 г. руководство КПК развернуло массовую кампанию борьбы против так называемых «трех зол» (коррупции, расточительства, бюрократизма) в государственном аппарате и «пяти зол» среди буржуазии. Это было по сути дела наступление на буржуазию, на ее политические и экономические позиции. Борьба против «трех зол» выявила, что около 80% работников госаппарата в той или иной степени были подвержены разлагающему влиянию буржуазии, и это заставило власти провести энергичную чистку государственного и партийного аппарата, а 4,5% работников аппарата были репрессированы специальными народными трибуналами (вплоть до вынесения смертных приговоров). Борьба против «пяти зол» была прямым наступлением на частный капитал, в ходе которого было установлено, что три четверти предпринимателей уклонялись от уплаты налогов, занимались спекуляцией, поставляли недоброкачественные товары, расхищали сырье и т.п. Взыскание обнаруженных недоимок и было главным наказанием Несколько миллиардов юаней, которые буржуазия задолжала государству, стали государственным паевым взносом в частные предприятия, превратив многие частные предприятия в смешанные государственно-частные
Кажущийся успех этого наступления на буржуазию обернулся сокращением производства, уменьшением товарооборота, ростом безработицы, появлением дефицита на некоторые товары и т п Правительство вновь было вынуждено принимать срочные меры для восстановления предпринимательской активности. Однако борьба мнений по этому вопросу в руководстве КПК продолжалась. Сторонники рыночного пути к социализму (Лю Шаоци, Дэн Сяопин, Чэнь Юнь, Бо Ибо, Дэн Цзыхуэй и другие умеренные прагматики) видели в «новой демократии» реальный и эффективный подход к решению задач модернизации Китая. Радикальные утописты, сторонники немедленного перехода к социализму (Мао Цзэдун, Гао Ган и другие) полагали политику «новой демократии» давно исчерпанной и ориентировались на советскую (сталинскую) модель социально-экономического развития.
