— «Синдекс-25», — выдавила из себя Изабелла.
— О, Господи — только не это! — выдохнул Шаса.
— За это они и разрешили мне последнее свидание с Никки — информация о проекте «Синдекс» и еще Бен.
— Бен? — Гарри резко выпрямился в своем кресле. — Это еще кто такой?
— Бен Гама, — сурово произнесла Сантэн. — Этот маленький черный ублюдок Тары, сын Мозеса Гамы. Человека, убившего моего Блейна и опозорившего нашу семью. — Она взглянула на Беллу, ожидая подтверждения своей догадки.
— Да, бабушка. Мой единоутробный брат Бен. — Она повернулась к своим братьям. — И ваш тоже, только теперь он зовется не Беном Гамой, а Бенджаменом Африкой.
— Странно, это имя мне почему-то знакомо, — удивился Гарри.
— Да потому, что он у тебя работает, — заявила Изабелла. — Они велели мне устроить его на работу. Когда я была в Лондоне, я наняла его в «Каприкорн». Сейчас он работает на «Каприкорн Кемикалз» в должности инженера-лаборанта отдела ядовитых веществ.
— То есть на установке «Синдекс»? — переспросил Шаса, не веря своим ушам. — Ты хочешь сказать, что пристроила его туда?
— Да, отец, именно так. — Она хотела было снова извиниться, но, увидев выражение бабушкиного лица, тут же передумала.
Гарри вскочил с кресла и бросился к письменному столу. Он сорвал телефонную трубку и связался по велтевреденскому коммутатору с дежурным оператором.
— Соедините меня с «Каприкорн Кемикалз» — номер у вас есть. Я хочу немедленно поговорить с генеральным директором — да, срочно, очень срочно. Перезвоните мне, как только он подойдет к телефону.
Он со стуком повесил трубку.
— Нужно побыстрее сцапать этого Бена и как следует допросить. Если уж они внедрили его на установку, значит, у них есть на то весьма веские, точнее, мерзкие основания.
— Он один из них, — неожиданно выпалила Сантэн. Они впервые слышали в ее голосе и видели на ее искаженном лице такую ненависть. Все семейство в ужасе уставилось на нее. — Он из этих революционеров, из этих подлых и гнусных разрушителей. Еще бы, с таким отцом, как этот черный дьявол, и с такой матерью, как Тара, с детства отравлявшей его разум своими идеями, он не мог стать никем иным. Дай Бог, чтобы нам удалось расстроить их зловещие планы, в чем бы они ни состояли.
В комнате вновь воцарилось подавленное молчание; все только сейчас представили себе весь ужас того, что может произойти.
В наступившей тишине громко зазвонил телефон; Гарри нетерпеливо схватил трубку.
— На связи генеральный директор «Каприкорна».
— Спасибо. Соединяйте. Привет, Пол. Слава Богу, я тебя застал. Подожди секунду. — Он нажал «совещательную» кнопку на корпусе телефона, чтобы все присутствующие могли слышать их разговор. — Пол, слушай меня внимательно. В отделе ядовитых веществ у вас есть один сотрудник. Да-да, в новом цехе по производству пестицидов. Его зовут Бенджамен Африка.
— Да, мистер Кортни. Правда, я лично с ним не знаком, но это имя я, кажется, смутно припоминаю. Одну минуту, сейчас я получу компьютерную распечатку с его данными. Ну да, вот он. Бенджамен Африка. Пришел к нам в апреле.
— Отлично, Пол. Значит, так: я хочу, чтобы его немедленно задержали и передали службе безопасности компании. Он должен быть полностью изолирован, полностью, ты меня понял? Никаких телефонных звонков. Никаких адвокатов. Никакой прессы. Ничего.
— Хорошо, мистер Кортни, но имеем ли мы на это право?
— Я имею право делать все, что мне заблагорассудится, Пол. Усвой это хорошенько. Отдай распоряжение о его аресте немедленно. Я подожду у телефона.
— Это займет пару секунд, — заверил генеральный директор. Они слышали его голос, пока он переговаривался со службой безопасности по внутренней связи.
— Все в порядке, мистер Кортни. Они уже пошли за Африкой.
— Теперь, Пол, вот что. Как у вас дела с программой производства «Синдекса»? Вы уже начали поставлять его военным?
— Еще нет, мистер Кортни. Первая партия будет отправлена в следующий вторник. Артиллеристы пришлют за ней собственные грузовики.
— Хорошо, Пол. Какие запасы газа имеются в настоящий момент на наших складах?
— Сейчас сверюсь с компьютером. — По голосу Пола было заметно, что он начинает волноваться. — В данный момент мы имеем шестьсот тридцать пять пятикилограммовых артиллерийских канистр с газом формулы «А» и столько же с формулой «Б» плюс по двадцать шесть пятидесятикилограммовых авиационных цилиндров с каждой из этих формул. Эти цилиндры будут отправлены ВВС в конце следующей недели…
Гарри весьма невежливо прервал его.
— Пол, я хочу, чтобы все эти канистры и цилиндры пересчитали вручную. Вызови нескольких специалистов, обслуживающих складские помещения; пусть они немедленно сверят серийные номера на каждом контейнере с теми, что указаны в заводской документации, — и все результаты проверки мне нужны в течение часа.
— Что-нибудь случилось, мистер Кортни?
— Это выяснится после твоей инвентаризации. Я буду ждать твоего звонка по этому номеру. Свяжись со мной как можно скорее — или, еще лучше, позвони гораздо скорее, чем можно.
Как только он повесил трубку, Шон спросил:
— Сколько времени нам понадобится, чтобы добраться до «Каприкорна»?
— «Лир» выведен из строя. Министерство гражданской авиации настаивает на капитальном ремонте всего корпуса после попадания той дурацкой ракеты, после чего придется получать новый летный сертификат.
— За сколько мы сможем туда добраться, Гарри? — настаивал Шон; Гарри на секунду задумался.
— «Куин Эр» летает гораздо медленнее, но все-таки это выйдет быстрее, чем дожидаться очередного пассажирского рейса до Йоханнесбурга. По крайней мере, на нем мы сможем сесть прямо на взлетно-посадочную полосу при заводе «Каприкорна». Если мы вылетим в течение часа, то доберемся до места вскоре после полудня.
— Может быть, имеет смысл известить полицию? — предложил Шаса, но Сантэн властно постучала об пол своей тростью.
— Никакой полиции. Во всяком случае, пока — а если нам повезет, то и никогда. Поймайте этого черномазого ублюдка Тары, выбейте из него все, что ему известно, но мы должны любой ценой избежать огласки. — В этот момент ее речь прервал долгожданный телефонный звонок.
Гарри поднял трубку и молча слушал в течение нескольких секунд. Затем он произнес:
— Ясно. Что ж, спасибо, Пол. Я немедленно вылетаю. К часу дня встречай меня у взлетно-посадочной полосы «Каприкорна». — Он повесил трубку и оглядел окружавшие его взволнованные лица. — Наша коричневая пташка благополучно упорхнула. Бенджамен Африка вот уже четвертый день не появляется на заводе. Он никого не предупредил, и никто не знает, где его искать.
