Причина этого изменения тактики была очевидна. У самого края утеса отряд скальных троллей в тяжелых доспехах толкал вперед неповоротливый передвижной таран, сверху и с боков защищенный листами железа. Пока сосредоточенный огонь лучников прижимал к земле солдат Граничного Легиона, огромные тролли подтаскивали таран к городским воротам, намереваясь сокрушить их.
На первый взгляд план врагов казался совершенно нелепым и бесполезным. Но если враг как-то сумеет захватить наблюдательную башню, внутренние засовы будут отодвинуты, и тогда удерживать ворота закрытыми будет только длинный железный брус. Балинор побежал к маленькой постройке. Стражники молча взяли «на караул». Он скользнул по ним взглядом, торопливо протягивая руку к дверной скобе. Шилона нигде не было видно. Дверь распахнулась вовнутрь, и он уже сделал шаг в полутемную комнату, когда вдруг понял, что так и не видел ни одного из знакомых ему часовых.
Полководец отреагировал машинально, отпрыгнул вбок, уклонившись от беззвучного нападения со спины, схватил выставленное вперед копье, чуть не пробившее ему спину, и вырвал его из рук убийцы. Прислонившись спиной к стене, король мгновенно окинул взглядом тускло освещенную комнату. У одной из стен грудой лежали тела Шилона и его людей; с их застывших тел были сорваны доспехи и одежда. Из теней в глубине помещения выступила группа безликих противников и бросилась на него, занося кинжалы. Балинор швырнул в них тяжелое копье и бросился к открытой двери. Но второй часовой, остававшийся снаружи, увидел его и поспешил захлопнуть перед ним дверь. У короля не оставалось времени ее выламывать. Едва он успел выхватить свой широкий меч, как нападающие набросились на него. Они грубо повалили его на пол, их кинжалы со звоном отскакивали от надежной кольчуги, столько раз спасавшей ему жизнь. Могучим рывком Балинор высвободился и поднялся на ноги. В тусклом освещении полутемной комнаты его противники казались тенями, но глаза его привыкали к сумраку, и когда они двинулись на него, он взмахнул перед собой мечом. Два темных силуэта с криком рухнули на пол, разрубленные огромным клинком, но их товарищи, избегнувшие широкого взмаха меча, снова бросились на короля.
И во второй раз Балинора свалили с ног, и снова он вырвался, и в тесной комнате закипел бой. Грохот разворачивающейся снаружи атаки заглушал шум схватки, идущей в каменной постройке; полководец, понимал, что если он сам не сумеет открыть дверь, то никто не придет ему на помощь. Он снова прислонился спиной к стене и ударил по приближающимся теням мечом. Трое погибло, несколько было ранено, но непрекращающиеся атаки уцелевших начинали отнимать у него силы. Ему необходимо было быстро выбраться отсюда. Затем всю башню заполнил громкий скрежет рычагов и шестерней, и он с ужасом понял, что кто-то отодвигает внутренние засовы крепостных ворот. Бешеным рывком он бросился к управляющему засовами механизму, но противники решительно преградили ему путь, и он был вынужден приближаться к своей цели по кругу. В следующий миг раздался громкий скрежет металла по металлу, а за ним ряд мощных ударов. Они заклинили управляющие рычаги! Забыв о своей безопасности, разъяренный Балинор бросился на уцелевших врагов.
Затем дверь наблюдательной башни распахнулась, и в проход с силой влетел труп предателя-часового. В полутемную комнату хлынул серый дневной свет, и рядом с воином из ниоткуда возникла фигура Дарина. В зловещей тишине они продолжали рубить оставшихся врагов, оттесняя их от заклиненного механизма, прочь от распахнутой двери, в дальний угол маленькой комнаты. Здесь, стоя плечом к плечу, в жестоком рукопашном бою они уничтожили предателей. Даже не взглянув на их трупы, покрытый кровью король бросился к поврежденным механизмам ворот, и по мере того, как он изучал запутанную систему железных рычагов и шестерней, на лице его от ярости пролегали морщины. В бешенстве он всем телом навалился на главную рукоять. Она не сдвинулась с места. Поняв, что произошло, Дарин побледнел.
— Нет времени! — горячо воскликнул Балинор, бешено дергая заклиненные рычаги.
Через каменное строение пробежала волна сокрушительного грохота, от которого затряслись стены и мрачно вздрогнули двое воинов.
— Ворота! — в ужасе воскликнул Дарин.
Второй удар сотряс башню, за ним третий. Снаружи послышался топот бегущих ног, и вскоре в дверном проеме появилось потемневшее лицо Мессалайна. Он собрался заговорить, но Балинор уже направлялся к укреплениям, на ходу раздавая приказы.
— Очистите эту комнату и пришлите механиков, пусть попробуют освободить эти рычаги. Засовы ворот открыты и заклинены! — Мессалайн изменился в лице, словно получил смертельный удар. — Укрепите ворота бревнами и поставьте в пятидесяти шагах за ними свои лучшие фаланги. Северяне не должны прорваться. Поставьте на Внутренней Стене два ряда лучников, чтобы преградить вход в ворота. Резервные войска и гарнизон защищают Внутреннюю Стену. Все остальные остаются на своих местах у Внешней Стены. Будем удерживать ее столько, сколько удастся. Если Стена падет, Легион отступает на вторую линию обороны и будет держать ее. Если потеряем и ее, перегруппируемся у Сендикского моста. Это последний рубеж. Что— нибудь еще?
Дарин быстро объяснил, куда направился Гендель. Балинор устало покачал головой.
— Нас предают на каждом шагу. Пока что Генделю придется действовать без нашей помощи. Если дворец падет и они прорвутся с тыла, с нами покончено. Мессалайн, ты командуешь на правом фланге, Гиннисон — на левом, я встану в центре фаланги. Враг не пройдет! Молитесь, чтобы Эвентин успел раньше, чем силы оставят нас.
Мессалайн выбежал наружу и скрылся из вида. Сокрушительные удары массивного тарана продолжали сотрясать могучие стены; Балинор и Дарин молча смотрели друг на друга. Серый дневной свет уже начинал тускнеть, зловещая тень Повелителя Колдунов подползала все ближе к обреченному городу. Тирсианин медленно протянул руку и коснулся плеча своего друга-эльфа.
— До свидания, друг мой. Это наш конец. Времени уже почти не осталось.
— Эвентин не может просто так бросить нас здесь‡— запальчиво начал эльф.
— Знаю, знаю, — ответил Балинор. — И Алланон тоже. Но он не нашел ни Меч, ни наследника Шаннары. У него тоже не осталось времени.
Настала короткая пауза, нарушенная криками людей на стенах и грохотом тарана, бьющего в ворота Тирсиса. Балинор вытер кровь с глубокого пореза над глазом.
— Разыщи своего брата, Дарин. Но прежде чем покинуть Внешнюю Стену, прикажи вылить на этот таран остатки масла и поджечь. Если мы не можем остановить их, по крайней мере мы в силах затруднить им работу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
