Из костра, тлевшего подле раскрытых могильных ям, мужчины лошадиными лопатками выгребли угли и ровным слоем покрыли дно каждой могилы. Колдун достал мешочек из оленьей замши, доверху наполненный крошевом заветного белого камня, соскобленного со Священной стены, перед тем как они навсегда покинули свою родину. Порошок покрыл тонким слоем горячие, еще дымившиеся угли. Затем с груди Арго был снят белый мешочек поменьше, хранящий порошок, использовавшийся прежним вождем во время весенних и летних свадеб, тот самый, с помощью которого привлекались на празднества духи веселья, любви и согласия. Там, куда уходят трое, помощь этих духов будет нужна не меньше, чем здесь: Арго – чтобы легче встретиться со своей Айей, его детям… Кто знает, как распорядятся духи и предки, приняв их к себе, в Землю сновидений?.. Из этого мешочка на дно могил легло не больше половины содержимого, остаток аккуратно завязан. В своем горе Арго забыл передать сыну, последнему вождю детей Мамонта, вместе со Священной костью и порошок веселья, и готовившие тела к погребению оставили его на месте. Колдун исправил ошибку и повесил белый мешочек на шею Дрого.
И вот – последнее, самое важное. Колдун осторожно взял с груди молодого вождя Священную кость, наполненную сухой кровью Рода, и засыпал дно меньшей ямы. Затем так же бережно вернул ее на место. Сухой крови требовалось много, и запас ее был принесен в двух вместительных кожаных мешочках. Но первая порция должна быть взята из Священной кости – осколка бедра их далекого предка, передававшегося из поколения в поколение на протяжении не сотен, многих тысяч лет! Колдун пел заклинания, обильно усыпая смертное ложе кроваво-красным порошком. Затем обратился к тому, кто был готов занять свое последнее в этом Мире пристанище.
– Арго, ты ушел последним, вслед за своими сыновьями. Но сейчас мы первым проводим тебя, великий вождь, спасший свой народ от нежити! Ты достойно завершил свой путь – здесь. Ты уходишь в Землю сновидений – к Первопредкам, к Началу Начал. Скажи им: по их воле меняем мы Имя и встаем на новую тропу. Но закона мы не меняем!.. Теперь и твоя тропа, Арго, – иная, и знать ее мы не можем. Удачи тебе на твоем новом пути. Доброй охоты!
Вуул и старый Гор опустили тело в могилу. Арго уходил в своем парадном наряде, с бивневыми, кожаными и бусинными браслетами на руках – каждый из них отмечал какую-то веху его долгого земного пути, – но безо всяких инструментов и без оружия. Все это брали с собой последний вождь общины детей Мамонта, Дрого, и его верный брат Анго… Лишь несколько кремней и осколок кости, случайно задетые концом лошадиной шкуры, упали на дно могилы, перед тем как в нее лег на спину тот, кто ценой своей жизни смог победить нежить.
И снова – сухая кровь… Вдруг послышался испуганный ропот. Колдун оглянулся. Ола, обряжавшая Арго, забыла надеть последнюю деталь его одежды: короткий плащ, расшитый крупными бивневыми бусами!.. Колдун принял из трясущихся рук меховую накидку, бережно, как одеялом, укрыл ею тело и еще раз посыпал сухой кровью.
И раздался еще один голос – далекий, идущий с самого неба. Люди подняли головы. Большая птица, распластав свои мощные крылья, одиноко кружила высоко в небе. Невозможно было ее не узнать, хотя в ослепительных лучах солнца она казалась не белой – черной. И крик был иной: громкий, трубный, не похожий на привычное «клпип-анг»… Айя все же прилетела – то ли проститься со своим мужем, то ли сопровождать его на ледяной тропе …
Мужчины начали сыпать землю лошадиными лопатками и по знаку останавливались, ожидая, пока Колдун, не прерывая пения, рассыпал красный порошок. Кровь предков, возрождающая покойного к жизни в ином мире, должна пропитать всю могилу насквозь… Не засыпав яму до конца, работы остановили по новому знаку и перешли ко второй могиле.
Покрыв ее дно сухой кровью, Колдун обратился к последнему вождю общины детей Мамонта и его брату:
– Дрого! Ты и Анго замкнули Круг. Дальше пути расходятся, но ты, Дрого, последний вождь нашего прежнего Рода, стоишь и у Конца, и у Начала. Дрого, сын Арго! Идя своим путем, ты будешь и с нами, на нашей новой тропе.
На груди юного вождя висел охотничий амулет: плоская фигурка жеребой кобылы – та самая, что была дана Колдуном в день, когда Дрого, пройдя Посвящение, вернулся в свой дом. Теперь Колдун достал еще один амулет – вырезанную из бивневой пластины фигурку мамонта – и положил ее под плащ, на левое плечо покойного:
– Поблагодари Великого Мамонта и Первопредков за то, что нас не бросили, не оставили сиротами, но показали новую тропу. Скажи Великому Мамонту: пусть не забывает своих бывших родичей! Пусть посылает для них своих детей, как посылал их детям Куницы!
– Анго, Найденыш! – продолжал Колдун. – Мы не ошиблись, приняв тебя в наш Род. Ты был верным другом своему обретенному брату. В том, что случилось, твоей вины нет.
Он немного помолчал.
– Ваш новый путь для нас закрыт: тропы мертвых – не наши тропы. Но знаю: по этому пути ты и Дрого пойдете нераздельно!
И нераздельно, голова к голове, легли они на красное, словно залитое их собственной кровью, ложе. Дрого, как и его отца, положили головой к ручью, на север, ногами на юг, откуда все они пришли в этот край. Ноги его брата-девочки, так и не прошедшего полный обряд Посвящения, обращены в противоположную сторону. В эту общую могилу были положены богатые дары. Прежде всего – два тяжелых копья из распрямленного бивня: большее – у Дрого, меньшее – у Анго, – те самые, которыми был убит тигролев… Его когти – знак победителя опасного хищника – оставались при них, вместе с остальными амулетами: два у Дрого, один у Анго. Кроме копий, в дорогу были даны бивневые и деревянные дротики и надежные костяные кинжалы. Отец Дрого отправился в путь налегке, но следовало позаботиться и о нем: никто не знает, что может приключиться на неведомой тропе, ведущей к Первопредкам, в Землю сновидений. Дополнительное оружие – четыре дротика и запасной кинжал – было поручено Анго.
Ни один охотник не покинет стойбища без инструмента, которым можно при необходимости поправить оружие. Два выпрямителя древков дротиков – куски оленьих рогов с отверстиями необходимого размера – были даны Анго: его не по годам сильные руки хорошо справятся с этой работой. А кремневые ножи – Дрого: он лучше знает, как ими пользоваться, и обучит своего брата в дороге… Один такой нож Колдун вложил ему в правую руку, второй, запасной, – в накладной карман, нашитый на обувь.
Последней в могилу, рядом с Дрого, легла Священная кость, вновь наполненная свежей сухой кровью. Знак Рода, вместе с его именем, навсегда уходил туда, откуда он пришел, – к Первопредкам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
