Ни в жизнь ночью тут торговать больше не буду — так своим и сказала. Они ведь это, говорят, привычку такую имеют — являться…— Кто? — хмыкнул Колосов.
— Висельники.
На такой вот ноте и начался этот следственный эксперимент.
Первое, что поразило Катю, — это то, что Колосов и пятеро его коллег из убойного отдела, едва лишь вошли в предбанник, тут же быстренько разделись до плавок. В сауне действительно было очень душно — воздух, казалось, был тот же самый — нечистый, гиблый, так и не успевший выветриться за эти дни.
— Так, надуваем эту штуку, — скомандовал Колосов, — и спускаем в воду.
Штукой оказался новенький громоздкий надувной матрас-кровать, как две капли воды похожий — даже цветом — на тот, что плавал в бассейне на месте происшествия.
— Вот, Громкое из кадров нам для эксперимента одолжил — он себе на дачу приобрел, — прокомментировал Колосов Кате, следя за тем, как оперативники при помощи специального электронасоса в один момент надули матрас. — Кстати, такой вот моторчик мы в «Форде» Поповых нашли, в багажнике.
— А кому принадлежал «Форд» — им? — спросила Катя, чтобы хоть что-то спросить. Вокруг было столько мускулистых полуобнаженных коллег, что молчать ей — единственной представительнице противоположного пола — было просто неудобно.
— Они ездили на нем по доверенности. А по документам «Форд» принадлежит некой гражданке Зотовой Ангелине Петровне. Скатали мы к ней вчера по-быстрому. Чудная какая-то петрушка — в квартире у этих Зотовых грязь, гниль, тараканы табуном на кухне. Папаша этой самой Ангелины пьяный в дугу. Где дочь — не знает, клянет ее на чем свет — и проститутка-то она, и такая-рассякая… А девчонке-то, судя по документам. всего девятнадцать. Я его про «Форд Экспедишн» спрашиваю — у него глаза на лоб. Вроде бы он и не в курсе, что его дочери принадлежала такая крутая тачка. Будем искать эту девчонку — возможно, она просто подставное лицо. Правда, найти ее пока проблематично… Черт, а где веревка? — крикнул он своим.
— Веревка? — Катя чуть не подпрыгнула. — Для чего веревка? Что вы задумали?
— Я хочу восстановить то, что могло здесь произойти. Что произошло в ту ночь, когда Поповы привезли сюда Кублина, Иванникова, Федая и Грачевского. Чего-то мы пока еще не знаем — например, зачем они взяли с собой такое количество дистиллированной воды в бутылях, почему нажрались витамина В3, но… В общем, кое-что я должен проверить на себе.
— Что? — у Кати тревожно засосало под ложечкой. — Никита, что ты еще затеял?
Но повлиять на ход событий она уже не могла — ей осталось только наблюдать.
Надувной матрас спустили в бассейн — он занял почти всю его площадь. В надутом виде он производил весьма мощное впечатление — этакий импровизированный плот. Двое оперативников прыгнули в бассейн и подвели этот плот на середину, крепко удерживая его с противоположных сторон как раз под самыми трубами отопления, проложенными по потолку. Колосов тоже спустился в воду. Катя увидела в руках его крепкую веревку. Он с силой оперся руками на матрас-плот, легко вскарабкался на него и встал в полный рост. Катя отметила, что крупногабаритный матрас только слегка осел в воду под его тяжестью.
— Вот таким образом, используя матрас, как платформу, можно было дотянуться до труб и… — Колосов закинул веревку, завязал на ней скользящий узел, с силой потянул, пробуя, затем сделал на свободном конце петлю. — Сделали это, скорее всего, Кублин с Федаем — им как раз рост позволяет. Грачевский до трубы не дотянулся бы. Иванников с травмой тоже вряд ли бы сумел. Тут у нас одна веревка, а тогда их было четыре… Так, теперь давайте трое сюда ко мне. А вы, — обратился он к двоим оперативникам, фиксировавшим матрас с двух сторон, — держите нас крепче.
В бассейн с пиратскими возгласами попрыгали еще трое колосовских коллег. Катя поняла, что их специально подбирали по весу и росту как можно более похожими на потерпевших. Они начали по очереди выбираться на матрас. Места хватило всем — они стояли в ряд, держась друг за друга. Надувной матрас почти до половины ушел в воду — все же эта штука была вещью крепкой, легко выдерживая тяжесть четверых мужчин. Двое оперативников, бывшие в воде, упершись ногами в дно, удерживали матрас-плот на месте, не давая ему перевернуться.
— Ну как? — спросил их Колосов.
— Как видишь, Михалыч, — ответили они, — отпечатки пальцев Поповых были как раз с этой и той стороны. Так они тут и стояли тогда, держали.
— Атланты хреновы. — Колосов покрутил головой и… на глазах потрясенной Кати надел себе на шею петлю.
— По-твоему, Никита Михалыч, получается, что петли эти наши четверо надели все-таки на себя вполне добровольно, сами, — громко сказал следователь прокуратуры, стоявший возле края бассейна.
— Да, сами, добровольно. Поповы этого сделать не могли, они были в бассейне, удерживали матрас, — ответил Колосов.
Катя увидела, что под тяжестью его и троих оперативников импровизированный плот еще больше осел — теперь только несколько сантиметров отделяло его верх от воды.
— Ну а теперь топите его, — скомандовал Колосов, стоя с петлей на шее.
Те, кто был в воде, навалились на матрас. Он ушел в воду, веревка сразу же сильно натянулась, и… Колосов схватился за нее обеими руками. Веревка как удавка захлестнула ему горло.
— Отпускайте! — крикнул следователь прокуратуры. Двое в воде отпустили матрас, и он вынырнул из воды. Колосов закашлялся, помассировал шею.
— Придушила, но не додавила, — сказал он. — Ощущение супер — мало не покажется.
— Что они, за ощущениями, что ли, острыми сюда приехали? — спросил следователь.
— Возможно, и за ощущениями. Возможно, это был какой-то ритуал, обряд…
— Ты мне сейчас еще гомосексуальные фокусы с асфиксией сюда приплетешь, — хмыкнул следователь.
— Возможно, и фокусы. Я тебе говорю, Пал Сергеич, это был какой-то обряд у них — этакая фишка, через которую они должны были коллективно пройти. — Колосов отдышался. — Может, все должно было закончиться всеобщей оргией — только они не успели покуролесить, насладиться, не смогли, потому что…
— Ну что — потому что?
— Я тебе скажу — ты не поверишь. Ты лучше гляди сюда. Так, по счету «три», мужики, делай, как договаривались. — Колосов смотрел на коллег, что были в бассейне. — Ну, с богом! Раз, два, три!
Все произошло одновременно — те, кто были в воде, внезапно резко толкнули матрас в сторону. Трое стоявших на нем оперативников, не удержав равновесие, бухнулись в воду, а Колосов… Его рывком бросило вниз — ноги его, лишенные опоры, оказались почти до середины голеней в
