А мои люди? — спросил Продий быстрее, чем ожидал сам от себя.
— Мне жаль, — так же быстро ответил Батиар.
— Тогда как вы взяли живым только меня? Практически не ранив?!
— Прими мои условия, и я расскажу, — кивнул Стабальт.
Девирн не торопился, а Батиар смотрел упрашивающе, словно жизнь Альфстанны была ему чертовски важна. И, сдавшись первым, Стабальт велел разрезать веревки у пленника.
— Мой лорд!!! — возмутился Берен, сделав к августу шаг. — Так нельзя! Он…
— Помолчи. — Батиар стрельнул в Берена смертоносным взглядом. Берен заткнулся, но было видно, что он с трудом удерживает рот на замке. Когда по кивку августа Продия развязали, Берен все-таки вспылил:
— Да как же так можно, господин?! Вы хоть знаете, что…
— Я ВЕЛЕЛ ТЕБЕ ЗАМОЛЧАТЬ! — огрызнулся Батиар и оглянулся в сторону, где стоял чашник: — Подай к столу!
Батиар сделал широкий приглашающий жест: садись со мной. Продий поднялся со стула и теперь стоял, не двигаясь. Берен едва не плакал от ненависти к лорду и обиды за августу.
— Ну так что? — наседал Стабальт. — Пожалуйста, Продий, — попросил он. — Прошу тебя. Я клянусь, я больше не встану у тебя на пути, чего бы ты ни захотел, только помоги мне вернуть дочь!
Девирн, хмурясь, тер запястья, освобожденные от жгутов. Болело и жгло.
— Если я тебе помогу, Батиар, никакого пути у меня уже не будет — Брайс мне голову оторвет!
— А если не поможешь, её оторвем мы! — ответил вместо Батиара Берен.
— ДА УВЕДИТЕ ЕГО КТО-НИБУДЬ! — рявкнул Батиар, озленный вконец. Двое стражников, кивнув, как по команде, одновременно шагнули к Берену. Положили руки поверх плеч в немом указании: иди-ка, парень. По-хорошему так, не делая резких движений: свой же. Берен, оглядываясь через плечо раз за разом, позволил себя увезти.
Вскоре принесли еду — все на общих блюдах. Продий отметил это, потому что Батиар первым наложил себе в тарелку, демонстрируя, что еда безопасна. Несколько человек подошли к Девирну со спины, живой стеной отделяя его от недавно занимаемого стула и подталкивая к столу. «Давай, иди поешь, и согласись уже на условия! Нам нужна наша госпожа!» — читалось в каждом действии и стражей, и Стабальта.
И Продий уступил. Не то, чтобы прямо согласился, но он ведь может не рассказывать всего. Что-то утаить, где-то — приврать, а если будут слишком сильно давить, то и раскрыть кое-что. Во спасение. Главное, выбраться отсюда живым, а потом он как-нибудь разберется с последствиями. И Молдвинну все объяснит.
Девирн кивнул и добровольно отодвинул стул. Продемонстрировал этим жестом, что вот сейчас усядется — за стол переговоров.
— Что ты хочешь знать, Батиар? — деловито осведомился стратий. Если переговоры помогут ему освободиться и сбежать, будь посему. Все лучше, чем плен, унижение или смерть.
— Все, — ответил Стабальт. — Систему укреплений во дворце, режим смены караулов, секретные выходы из замка, имена доверенных людей Брайса — не считая тебя, разумеется. Я хочу знать, где держат Альфстанну, сколько потребуется людей, чтобы её вытащить. Хочу знать, кто может нам помешать, как их отвлечь. Словом, действительно все. И самое главное, — понизил голос Батиар, заглянув собеседнику прямо в глаза, — я хочу знать имя чародея-отступника, который помогает Брайсу.
Девирн почувствовал, как его посадка за столом стала немного выше — так сильно сжались ягодицы от осознания, насколько важных сведений будет стоить ему жизнь.
Продий сглотнул, наблюдая, как по молчаливому указу Батиара, слуги, принесшие еду, накладывали ему пищу. А потом тут же по кусочку пробовали сами: для вящей убедительности.
Переведя дух, Девирн собрался и постарался прикинуться больше ремесленником на службе у Молдвиннов, нежели полноценным подельником. Ходов вспомнил только два (и то лишь тех, которые были хорошо охраняемы на выходе поверенными солдатами Брайса), людей на охране Альфстанны перечислил, примерно, как есть. О месте заточения девчонки соврал, максимально запутав карту дворцовых темниц. А вот Валиссу, бесполезную в последнее время в их деле и лично ему стоявшую, как кость поперек горла, сдал с потрохами. Отличный ведь шанс!
— Валисса, значит? Любовница Брайса? — растягивая слова, повторил Батиар вслед за Продием. Тот тряхнул головой — от ударов в челюсть в голове все еще плыло. Не сумев связать слова сходу, стратий кивнул: именно так.
— Знаешь, как её выманить? — спросил Батиар, стараясь удерживать внимание Девирна на себе.
— Выманить?
— Ну да. Думаю, такой маг с легкостью сможет помешать нашим попыткам вызволить мою дочь. Что она умеет?
Девирн потер голову, наливавшуюся тяжелой, ноющей болью, и набрал грудь воздуха: сейчас или никогда.
— Поднимать мертвых, — выдал он. У Батиара глаза полезли на лоб: как, настолько черная магия?!
— Как это называют?.. Чародей душ? — ужаснулся он.
Девирн даже присвистнул в душе: за избавление от назойливой неинтересной любовницы Брайс ему еще спасибо скажет!
— Заклинатель душ, — кивнув, поправил Девирн.
— Точно, — отозвался Батиар, растягивая, скалясь. Продий нахмурился: что за реакция такая? — Заклинатель душ. Надеюсь, все слышали?
— Само собой, — ответил один из «стражников» по периметру кабинета. Он размашисто зашагал к Батиару, за стол, снимая на ходу шлем. Впрочем, этого и не требовалось: Продий вздрогнул уже от одного голоса.
— Айонас, — протянул Девирн до того, как Диенар поравнялся с ним за одним столом. Вся картина происходящего сложилась у него один к одному.
Айонас скосил на Продия полный отвращения взгляд.
— Не он один, не так ли? — спросил Батиар, разглядывая еще двух приближавшихся стражей к столу со спины Девирна. Последний дернулся, было, бежать, да только куда сбежишь-то? Наверняка, даже если все стражи здесь — ряженые, в коридоре за дверью целая рота солдат!
Как выяснилось почти сразу, ряжеными в местных охранниках оказались лишь несколько человек. Остальные были гвардейцами и взяли Девирна в полукружье. Каждый — Девирн не стал оглядываться, полагаясь на слух — оголил меч на ладонь или около того. Стул, который он занимал прежде, остался где-то позади всех.
— Все слышал, Сеорас? — спросил Батиар человека, приблизившегося к столу первым.
— Да. И ты тоже, страж-коммандер? — оглянулся лорд-магистр за спину.
— Получше тебя, старый, — стаскивая шлем, ответил коммандер Хаген.
Девирн понял, что вот-вот обделается: так поджались кишки.
Вошел Берен. Судя по всему, недалеко уходил. И так, для придания словам Батиара большего драматизма, а не взаправду. Он имел довольный вид: широко, торжествующе скалился, косясь на Продия.
— Сорок девять целых, неповрежденных доспехов из личной свиты Продия Девирна, — сообщил он августам. — И один — прямиком
