ему надо было пересечь ее всю. С северо-востока на юго-запад. Это не особенно бодрило.
Лучше всего было бы ехать по железной дороге. Но он пока не встретил здесь ни одной железнодорожной станции.
В целом все выглядело безнадежным. Цель путешествия была бесконечно далека.
Бедность и разруха господствовали и здесь. Но бедность была иной, отличалась от кричащих трагедий в зоне военных действий. Здесь ее умели прикрывать прекрасными цветами вокруг оконных рам, белой известью на стенах домов, жизнерадостностью и умением жить в убожестве. Известно, что Испания нейтральная страна. Однако и на нее пала тень войны. Не хватало многого необходимого и люди вынуждены были, как говорится, затягивать пояса. Но какое это имеет значение, когда светит солнце, и все вокруг так прекрасно?
Пока на улицах был народ, Ветле шел уверенно. Поскольку в деревне он не встретил никаких транспортных средств, чтобы двигаться дальше, он вынужден был идти пешком. Время бежит, Тенгель Злой не должен добраться до цели раньше его.
Итак он начал подъем в Пиренеи пешком. На дороге, проложенной через роскошный, залитый солнцем лиственный лес, он оказался почти один, укрытый сверху огромной зеленой крышей, обрамленный с боков мерцающими зелеными стенами. Он оглянулся и, к своему облегчению, увидел, что за ним идет мужчина.
Значит, он не совсем одинок.
Ветле не любил ходить пешком. На это уходило слишком много времени. Но в последние дни ему приходилось проделывать отдельные пешие марши. Мужчина, видимо, догоняет его? Если он хочет, чтобы Ветле был ему спутником, то ошибается, Ветле не может разговаривать на его языке.
Он слышал как позади раздаются шаги по сухой, желтой земле. Они звучали… но внушали ли они доверие? Чувствовалось, что человек сзади решительно и постоянно прибавляет шаг.
Ветле обернулся.
О! Человек догоняет его бегом, в поднятой руке камень, а в глазах — намерение убить. Страх мгновенно схватил мальчика. Он бросился в сторону, и удар пришелся мимо.
Оба свалились навзничь на дорогу. У мужчины камня уже не было, но он руками сильно сдавил горло мальчика.
Но Ветле услышал звук.
Такой звук здесь? Он поднял шум, пинался, возясь на гравийной дорожке, кричал как мог, ибо горло его было сдавлено, но силы кончались, хватка была немилосердной.
«Мама, папа», — стучало внутри Ветле. — «Пришел конец вашему бездельнику сыну. Но во всяком случае, я теперь встречусь с моим лучшим другом, моей собакой, я иду к нему…»
Один из самых богатых людей Испании, гранд, возвращался домой после недельного пребывания на предприятии в Париже, на который наложила свой отпечаток война. Его сопровождали супруга и маленькая дочь. Ехал он в собственном автомобиле, конечно модели «Гиспан». Нехватка горючего в стране? Ерунда. Он не обращал внимания на такие мелочи, располагая средствами и связями.
Гранд только что пересек границу и вдруг остановил машину, дал задний ход и повернул на небольшую дорогу.
— Что ты делаешь? — воскликнула почти истерично его супруга. — Мы не поедем в Барселону?
— Нет, мне хочется полюбоваться Пиренеями, — коротко ответил гранд.
— Но ты же знаешь, что мне нужно в Барселоне сделать покупки. Что же это такое, в конце концов?
Об этом размышлял и сам гранд. Откуда взялось это внезапное решение поехать по длинной и отвратительной дороге через Пиренеи?
— Там красиво сейчас, — упрямо заявил он. Дочь молчала. Она только поджала губы и совсем стала похожей на мать.
— Ничего красивого я не вижу, — задохнувшись от гнева воскликнула мать. — Что ты намерен делать в диких горах? И на плохих дорогах? Автомобиль развалится под нами и…
— Замолчи! — прервал ее гранд. — Будет так, как я сказал.
Но сам он не испытывал уверенности. Что он будет делать на этих дрянных дорогах? Его как будто ведет… им как будто управляет какая-то чужая воля?
Он никому не позволит управлять собой! Этого он не потерпит.
Нет, конечно, у него самого появилось желание полюбоваться Пиренеями.
Возмущенные восклицания его супруги внезапно прекратились.
— Что это там? — задохнувшись, выпалила она.
— Господи, — произнес гранд. — Он душит мальчика?
Подъехав к ним, он остановил автомобиль.
Ветле так кричал, что злодей не слышал шума машины до того, как она оказалась рядом. Тогда мужчина вырвал у беспомощного мальчика кошелек и вскочил на ноги.
Дочь гранда пронзительно закричала.
— Дай ему убежать, папа, он опасен!
— Он отнял кошелек у мальчика, — крикнула ее мать.
Гранд был в лучшем возрасте и слова «страх» не знал. Кроме того, уже многие годы он относился к сливкам общества. Он выскочил из автомобиля, схватил вора за пиджак и свалил его одним ударом. Удар был настолько сильным, что преступник потерял сознание, и гранд, воспользовавшись паузой, связал ему руки за спиной.
Супруга тем временем присела рядом с Ветле, который продолжать лежать и кашлял, положив руки на больное горло. Он ни слова не понимал из взволнованной речи женщины, но главное до него дошло: в последнее мгновение его спасло чудо.
И он дал самому себе обещание в дальнейшем быть более осторожным.
Маленькая девочка подошла к нему с его кошельком. Он на своем родном языке поблагодарил ее:
— Ой, папа, он не говорит по-испански!
Гранд уже смог помочь им поднять Ветле на ноги.
— Мерси, — сказал мальчик всем им, ибо он выучил это слово благодарности по-французски.
— Ты француз? — спросил гранд по-французски.
— Нон. Норвежец, — ответил Ветле. — Норвеге…
— О, Норуега! — воскликнула. И разразилась длинной тирадой, которую закончила словами: — Куда ты идешь?
Но Ветле ничего не понял.
Она всплеснула руками и повторила вопрос.
Несколько неуверенно, вопросительно глядя на них, Ветле развернул карту.
— Си! Си! — закивали они.
Он показал на карте цель своего путешествия.
— Мадре де Диос! Лас Марисмас? — со вздохом произнесла супруга гранда, ибо привыкла вздыхать по самому малейшему поводу.
Затем что-то сказал гранд, и Ветле истолковал его слова как «изучать птиц»? В ответ он энергично закивал головой и произнес: «Си», ибо понял уже значение этого короткого слова. Но на всякий случай он неопределенно на смешанном норвежско-французском языке и с помощью жестов пояснил, что должен там кое-кого навестить, ибо версия с птицами ему показалась не совсем убедительной. «Мой пере» (мой папа) произнес он несчастным голосом, когда они захотели узнать больше. И он попросил в душе у папы Кристоффера прощения за эту маленькую ложь.
Гранд повернулся к жене:
— Мы поедем через Барселону, но сначала вернемся в деревню, отвезем этого негодяя. Мальчик поедет с нами, не возражаете?
— Конечно нет! — одновременно воскликнули дамы.
Им удалось довести все это до сознания Ветле. И когда они показали
