14. В миру всегда господствовала одержимость концепцией себя. Каждый уверен, что должен разрешить загадку собственного я. В спасении можно видеть не что иное, как избавление от концепций. Спасение заботит не содержание мышления, а просто утверждение, что разум мыслит. А перед мыслящим всегда есть выбор, и ему можно доказать, что разные идеи имеют разные последствия. Так мыслящее узнает, что всё его мышление отображает глубочайшее смятение по поводу того, как оно было создано и что оно такое. И вроде бы концепция "я" пусть смутно, но все же отвечает на то, чего оно не знает.
15. В поисках "Я" не обращайся к символам. Сущность твою не выразить концепцией. Какая разница, которую из них ты примешь, покуда твое я воспринимается взаимодействующим со злом и реагирующим на недобрые дела? Твоя концепция себя всё еще остается весьма бессмысленной. Тебе не воспринять, что ты взаимодействуешь только с самим собой. Картина мира, погрязшего в вине, есть знак того, что твое обучение направлялось миром и ты в нем видишь то же, что в себе. Концепция "я" объемлет всё тобою видимое и ничего не остается вне этого восприятия. Если что–либо способно тебе вредить — ты видишь картину тайных своих желаний. Не более того. В любых страданиях ты видишь собственное сокровенное желанье убивать.
16. По мере обучения ты выстраиваешь множество концепций своего я. Каждая из них отразит перемену в твоих собственных отношениях по мере изменений в самовосприятии. При каждом сдвиге возникнет некоторое замешательство, но будь признателен, что обучение мира теряет свою власть над твоим разумом. Радуйся и не сомневайся, что в конце концов мирское обучение исчезнет, оставив разум твой в покое. Роль обвинителя проявится во многих формах и местах. Каждая форма будет, на первый взгляд, винить тебя. Не бойся, однако, что этого нельзя искоренить.
17. Мир учит тебя только таким образам тебя самого, которым ты желаешь обучиться. Настанет время, когда все образы уйдут, и ты увидишь, что не знаешь, кто ты такой. Именно в этот открытый и непредвзятый ум свободно и беспрепятственно вернется истина. Там, где отброшены концепции собственного я, истина открывается такою, как она есть. Когда сомнению подвергнута любая из концепций, когда становится понятно, что испытания светом не выдержит ни одна ее предпосылка, тогда свободна истина войти в свое святилище, очищенное, свободное от вины. Нет утверждения, вызывающего в мире больший страх, чем это:
Поскольку я не знаю, что я такое,мне неизвестно также, что я делаю,где нахожусь, как мне смотреть на мир или на самое себя.
В подобном обучении рождается спасенье. И То, Что ты есть, тебе Само о том расскажет.
VI. Признание духа
1. Ты либо видишь плоть, либо признаешь дух. Нет компромисса между этими двумя. Если одно реально, другое — ложь, ибо реальное отрицает свой антипод. У видения нет иного выбора. Тобою выбранное определит всё то, что ты увидишь и посчитаешь реальным и истинным. От этого единственного выбора действительно зависит весь твой мир, ведь здесь ты утверждаешь себя плотью или духом в твоем собственном убеждении. Если ты выбираешь плоть, то уже не избавишься от тела как от своей реальности, ибо таким ты видишь свое желание. Но предпочти ты дух, и наклонятся Небеса, чтобы коснуться твоих глаз, благословить твое святое видение, дабы тебе уже не видеть мира плоти, разве что с целью исцелить его, утешить и благословить.
2. Спасенье есть упразднение созданного. Если ты выбираешь видеть тело, то видишь также и мир разделения, не связанных между собой вещей и целиком бессмысленных событий. Вот этот появился — и смертью унесен, удел того — страданья и утраты. И ни один уже не тот, что был мгновение назад, а миг спустя не будет тем же, что сейчас. Возможно ли довериться тому, в чем происходит столько перемен; достоин ли доверия тот, кто есть не более, чем прах? Спасение есть отмена этого всего. Ведь постоянство явлено во взоре тех, кого спасение освободило от видения платы за сохранение вины, поскольку они предпочли от нее избавиться.
3. Спасение не просит, чтобы ты, не видя тела, взирал на дух. А просит лишь о том, чтоб это было твоим выбором. Ведь тело ты видишь без всякой помощи, однако, не понимаешь, как смотреть на мир отдельно от него. Спасение упразднит твой мир, позволив тебе увидеть мир иной, невидимый глазам телесным. Пусть тебя не волнует, возможно ли подобное. Тебе неведомо, как появилось в поле зрения всё, что ты видишь. Ибо пойми ты это, оно давно б исчезло. Пелена неведения застилает и доброе и злое, и нужно сквозь нее пройти, чтобы исчезло то и другое и чтобы восприятию было негде укрыться. Как это будет сделано? Никак. Разве еще осталось что–то сделать внутри вселенной, сотворенной Богом?
4. Только в гордыне можно мыслить, что ты обязан упростить путь к Небесам. Тебе даны те средства, с помощью которых возможно увидеть мир, что заместит тобою созданный. Да будет воля твоя! На Небе, как и на земле, она вовеки истинна. Неважно, кем ты себя считаешь и какова, по–твоему, твоя реальность. Неважно, что ты видишь, что выбираешь думать, чувствовать, желать. Ибо, сам Бог сказал "Да, будет воля Твоя!". И, соответственно, она свершилась для тебя.
5. Ты, веря будто тебе под силу по своему выбору увидеть Сына Божьего таким, каким ему желаешь быть, не забывай, что никакая "я–концепция" не выстоит против истины твоей сущности. Истину не упразднить. Концепции же поменять не сложно. Одна картина, увиденная ясно и не вписавшаяся в воспринятую ранее, изменит мир в глазах обучающихся видению, когда изменится концепция собственного я.
6. Неуязвим ли ты? Тогда в твоих глазах безвреден мир. Прощаешь ли? Тогда прощает мир, поскольку ты ему простил его согрешения; он на тебя глядит глазами, что видят так же, как твои. Тело ли ты? Тогда весь мир воспринят вероломным, охочим до убийств. Или ты дух бессмертный, не подлежащий разложению и незапятнанный грехом? Тогда мир видится стабильным, достойным полного доверия, счастливым местом краткого отдохновения, где нечего бояться и можно всё любить. Кого не привечают благие сердцем? Что повредит воистину невинным?
7. Да будет воля твоя, дитя святое, Божье, безотносительно к тому, видишь ли ты себя на Небе или на земле, волеизъявление Отца не изменяется. Звездою вечною в тебе сияет истина: чиста как свет, невинна, как сама любовь. И ты достоин, чтобы свершилась твоя воля!
VII. Видение спасителя
1. Постижение есть перемена. В помощь тебе спасение не ищет средств, всё еще чуждых твоему мышлению, не производит перемен, которые ты не способен распознать. Концепции нужны, покуда длится восприятие, а изменение концепций и входит в задачу спасения. Ибо спасение должно иметь дело с контрастами, а не с истиной, неизменной и не имеющей противоположности. В мирских концепциях виновные — "плохие", невинные — "хорошие". Каждому в этом мире свойственна концепция себя, где он подсчитывает всё "благое" в себе для извинения "зла". Ни в ком не доверяет он "добру", считая, что за ним таится "зло". Эта концепция подчеркивает вероломство, и в ее контексте доверие становится немыслимым. Концепцию не изменить, покуда ты в себе воспринимаешь "зло".
2. Покамест ты видишь преимущества в атаке, собственных "злобных" мыслей не распознать. Возможно, временами, ты будешь их узнавать, но не увидишь их бессмысленность. Поэтому–то и придут они в пугающей форме, со скрытым содержанием, чтобы поколебать твою жалкую концепцию себя и очернить ее еще одним "преступлением". Ты неспособен подарить себе свою же невиновность, ибо ты в полном замешательстве по поводу себя. Но стоит единственному брату предстать в твоих глазах достойным твоего полного прощения, твоя концепция себя полностью изменится. Твои "злокозненные" мысли полностью прощены вместе с его мыслями, поскольку ты им не позволил на тебя влиять. Ты отказался быть символом его вины и зла. Отдав свое доверие благому в нем, ты отдал его благому в самом себе.
3. На языке концепции это означает, что ты в нем видишь более чем тело, ибо добро — вовсе не представление о теле. Поступки тела воспринимаются как исходящие из более "низменной" части тебя, как впрочем и его. Когда внимание сосредоточено на добром в нем, тело утрачивает свою живучесть в твоих глазах и постепенно воспринимается не более чем тенью, очерченной вокруг добра. Такою станет твоя концепция собственного я по достижении мира, лежащего за пределами картины, которую способны предложить телесные глаза. Ведь ты не станешь толковать чего–либо без Помощи, Которую Единый дал тебе. А в Его видении есть мир иной.
4. Ты живешь столько же в том мире, сколько в этом. Ведь оба они суть "я–концепции", взаимозаменяемые, но несовместимые. Контраст меж ними много глубже, чем ты думаешь, ибо ты полюбишь эту концепцию себя, поскольку она создана не для одного тебя. Рожденная в дар тому, кого ты не воспринимаешь как себя, она дарована тебе. Ибо твое прощение, предложенное ему, принято нынче для вас обоих.
