Мэтр Ондуласт. Маг Кутула. Просидевший в Хвалине все главные события той страшной осени, опоздавший к штурму главной твердыни своего Ордена, не взятый его набольшими в их таинственную вылазку куда-то за пределы самого мира — и вот сейчас оказавшийся здесь, в окружённом Гунберге, да ещё и в компании с гномом!
Последнее снести оказалось тяжелее всего. Тем более что воины Каменного Престола, союзника Конгрегации, конечно же, не носили никаких бирок.
Но — приказы вышестоящих не обсуждаются. И вот мэтр Ондуласт нёс ночную стражу на гребне стены, на том самом участке, что выпало оборонять малому отряду, пришедшему от Каменного Престола на помощь восставшим баронам.
— Мэтр, — за спиной затопали. Маг обернулся, раздражение и неприязнь пробивались даже сквозь животный страх.
— Что тебе, Сидри?
— Пришёл взглянуть, как там легионы узурпатора, — отозвался гном, выглядывая в бойницу меж зубцами.
— А что на них глядеть? Чего глядеть, я спрашиваю? Встали. Разбили лагерь. Палят костры. Дров-то у них в избытке, не то что у нас. И провизии. Всё, вишь, велено было в Мельин свезти!
— Не слишком разумно, не слишком, — отозвался гном, пристально вглядываясь в быстро сгущающийся сумрак. Вокруг стен Гунберга действительно разгорались многочисленные костры. — Сколько ж тут когорт?
— Десять легионов, — буркнул Ондуласт. — Где смог собрать столько? Потому что ещё целое войско осаждает столицу… Небось, вывел все силы с побережья, да ещё и наборы были, я знаю…
— Нет там десяти легионов, мэтр, — уверенно бросил Сидри. — Семь, самое большее.
— Семь… нам и того хватит. — Ондуласт едва не сорвался на визг. — Сколько в гарнизоне? Три сотни рыцарей, пять тысяч пехоты; из них только половина — дружинники, а остальное… сам знаешь, гноме.
— Знаю. Наёмники. Арендаторы, силой взятые. Эти-то разбегутся сразу, едва завидев Серебряные Латы.
— А твои? — не удержался чародей.
— Мои-то, мэтр? — тяжело взглянул на него Сидри. — Мои станут драться до конца и даже дальше. С узурпатором идут предатели, отщепенцы, кого отверг сам Каменный Престол — себя они называют гномами «молота и василиска». Х-холуи!.. — Сидри сплюнул. — Небось, когда со всеми шли… — Он рыкнул что-то совсем неразборчивое и замолчал.
Право же, не следовало напоминать обидчивому хумансу о своей роли во «вторжении Драгнира», как теперь стали именоваться те события.
— Так что они делать-то станут, эти легионы? — тормошил Ондуласт гнома. Страх вновь брал своё, и когда-то презренный «подземный карл» уже начинал казаться испытанным боевым товарищем. Кутульского мага бросало из крайности в крайность.
— Что делать? Ежели не дураки — а там отнюдь не дураки сидят, мэтр, уж поверь мне — то ничего делать не будут. Встанут в осаду. Сил у них хватит. Узурпатору надо Мельин брать, а не с нами ковыряться.
— А зачем же тогда он сюда явился?
— Может, ещё куда направляется? На Ежелин, к примеру? Там-то ваших куда больше, чем здесь.
— Никто не думал, что он кинется на север, — прошипел Ондуласт, вновь принимаясь за огрызок ногтя на правом безымянном пальце. — Все считали, что упрётся лбом в мельинскую твердыню, а мы в это время…
— Натравите на него козлоногих, — докончил Сидри. — Что ж, хороший план, даже отличный. Был. Потому как твари, из Разлома повылезавшие, все куда-то делись и на восток больше не прут, а узурпатор ни во что лбом не упирался, а двинул прямиком на север, брать города и ломать хребет вашему восстанию.
— Ну, пока-то ничего не сломал, — буркнул Ондуласт. — Битвы ни одной не случилось…
— А почему вы, маги, не можете на него какой-никакой мор наслать? — вдруг спросил Сидри. — Ну или там дождь огненный? А, мэтр Ондуласт? Ты же сам — чародей не из последних.
— Когда потребуется — нашлют, не волнуйся, гноме.
— Как же мне не волноваться, мэтр? Мы теперича в одной лодке. Ва… нас разбили на Ягодной гряде, там же полно чародеев было — как такое возможно?
— Долго рассказывать, гноме, — буркнул Ондуласт. — Меня самого там не было, слышал, что использовал узурпатор некий артефакт, нечто такое, что и его защитило, и легионы, а вдобавок и повернуло силы наших Орденов против нас же.
— А сейчас? — не отставал Сидри. — Что, один раз напугал вас, и готово дело?
— Ничего он нас не… — запальчиво начал было чародей, однако гном его уже не слушал.
— Suuraz Ypud! — заорал он, подскакивая на месте и хватаясь за топор. — Смотри, маг, зырь в оба!
Обмирая, Ондуласт метнулся к бойнице.
Гунберг давно не знал набегов, орки, тролли и прочие обитатели северной лесотундры сюда не доходили, войны с Дану остались в прошлом и даже последнее — вторжение Деревянного Меча — не затронуло этих мест. Вокруг стен широко раскинулись «чёрные» кварталы, бревенчатые срубы ремесленного люда. Смертный Ливень не заходил так далеко на юг, крыши оставались простыми, тесовыми. Засевшие в городе мятежники не успели разбросать посады — настолько стремительно наступали имперские легионы. И сейчас, прикрываясь грубо связанными из жердей щитами, к стенам подбирались штурмующие, таща с собой длинные лестницы.
— Подготовились, — с ненавистью бросил Сидри вполголоса. — Лестницы-то, эвон, специальные, не только что сколоченные.
— Эттто поччему? — Ондуласта била крупная дрожь, волшебник чувствовал, как подгибаются колени, а желудок пришёл в такой непорядок, что вот-вот грозил навеки опозорить чародея перед воинами Каменного Престола.
— На крюки посмотри, мэтр. Зубья железные, чтобы цепляться за край стены, чтобы не оттолкнуть… Хитрые, т-твари… Ну, господин маг, сделай же хоть что-нибудь! Пока они нам глотки не перерезали!
Топоча коваными башмачищами, к Сидри сбегались его сородичи, угрюмые и насупленные. В бойницы высунулись самострелы, гномы спешили занять места.
— Давай, мэтр! — гаркнул Сидри, с презрением глядя на растерявшегося волшебника. — Это тебе не «гнумав с биркай» на хвалинских воротах трясти!
Ондуласт хотел обиженно возразить, что сроду не стоял на хвалинских воротах, что этим занимались служки совсем не его ранга, но тут снизу свистнула первая стрела, и он враз забыл обо всём.
Кто-то из легионеров выстрелил с колена, промахнувшись лишь самую малость — арбалетный болт пронёсся совсем рядом с головой беспомощно застывшего чародея.
— Заррраза! — прорычал Сидри, дёргая Ондуласта за плащ. — Колдуй, колдуй, провалиться тебе в Разлом!
— А-а… н-ня, — пролепетал чародей, однако за дело действительно взялся. Правда, руки у него тряслись, и простейшее заклятье срывалось трижды, прежде чем на четвёртый раз у него получился достаточно мощный огнешар — ничего более утончённого в парализованном ужасом сознании мага уже не умещалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
