Мой голем подобрался поближе, и я смог осмотреть пострадавшего. То, что он превратился в камень, не было удивительным. А вот то, что в груди у него зияла дыра, остающаяся после выхода грудолома ксеноморфа, было неожиданным открытием. Похоже, те «слизни» не просто разбежались по окрестностям. Они смогли вырасти до взрослых особей и отложили яйца, из которых вылупился лицехват. Тот заразил Колина Криви, и сегодня вечером грудолом вылупился у него из грудной клетки. А вот при чём тут василиск — было непонятно.
Количество моих невидимых шпионов было ограничено тремя. Один висел в кабинете Дамблдора, второй круглосуточно следил за Поттером, а третий зависал на Складе Забытых Вещей. Так что у меня не было возможности следить за всей школой. Впрочем, кое-какие мысли у меня имелись.
Пока ученики спали, я пробрался в комнату первокурсников Гриффиндора и взломал сундук Криви. Среди всякого барахла я нашёл фотоальбом со странной надписью на обложке: «Утерянные воспоминания». Пролистав его, я увидел целый фотоотчёт о… распространении чужих по школе. Первыми шли фотографии того, как личинки чужих вырываются из тела Рона Уизли. Потом были засняты сцены убийства разной мелкой живности, обитающей в школе и её окрестностях. От большинства жертв оставались только кровавые пятна и ошмётки кожи и перьев. Далее следовала пара фотографий взрослых ксеноморфов, шастающих по подвалам школы. И в конце было несколько фотографий с «удивительным» лесным пейзажем и… десятками яиц чужих. И самая последняя фотка засняла лицехвата в прыжке. Причём, прыгал он прямо в сторону фотографа.
В целом, ситуация с чужими стала понятной. Колин Криви заснял весь процесс их развития, и стал первой жертвой среди учеников. Заодно, это объясняло, откуда взялись те странные раны на груди кошки Филча. Похоже, на неё напала личинка чужого, и тут «на помощь» подоспел василиск. Он превратил кошку в камень, а вот чужому каким-то образом удалось улизнуть. Надо будет внимательнее изучить обстановку в школе. А ещё, не помешает дополнительно побеспокоиться о безопасности Гермионы и Драко. Их-то Дамблдор не сможет «воскресить».
На следующий день после обеда я, Гарри и Гермиона сидели в туалете Плаксы Миртл и подготавливали брагу, из которой позднее будем гнать спирт.
— Вновь? — Уточнила Гермиона, выслушав историю Гарри о ночном совещании учителей. — Значит, тайная комната уже открывалась раньше?
— Макгонагал же уже говорила об этом. — Напомнил я. — Были ученики, которые заявляли, что нашли тайную комнату.
— Ну, мало ли чего она там говорила? На трансфигурации она тоже много чего говорит, и по большей части всё сказанное ей — лютый бред.
В последнее время авторитет учителей в глазах Гермионы упал ниже плинтуса. А всё из-за её успехов в волшебстве. Следуя подсказкам своей интуиции, она добивалась куда больших результатов, чем при следовании советам учителей.
Тут мимо нашего «тайного убежища» пробежала шумная толпа учеников, и мы затихли, чтобы не привлекать внимание.
— Гермиона, а почему мы варим самогон в туалете для девочек? — Задал волнующий его вопрос Поттер. — Не боишься, что нас накроют?
— Нет. Сюда никто не заходит. — Усмехнулась Гермиона со своим коронным видом «мисс умнее всех».
— Никто? Даже Филч? — Интерес Поттера был понятен. Он давно искал способ откосить от «отработок», на которые его гонял завхоз.
— Даже он не рискует тут появляться.
— Почему?
— Плакса Миртл.
— Что Плакса Миртл? — Не понял Поттер.
— Думаю, тебе стоит познакомиться с ней, и тогда у тебя не будет больше вопросов об этом.
— С кем познакомиться?
— Со мной!!! — Завизжало привидение школьницы, вынырнувшее из ближайшего унитаза.
Поттер от неожиданности переключился в боевой режим и подпрыгнул до потолка, после чего приклеился к нему и с опаской уставился на испугавшего его призрака.
— Я Плакса Миртл. Не надеюсь, что вы меня знаете. Кому может быть интересна жалкая, уродливая и слезливая Плакса Миртл?
— И что в ней такого, что её боится сам Филч?
Слова «сам Филч» были сказаны с таким придыханием, как будто истово верующий произносил «сам Господь Бог». Поттер отлип от потолка и спустился на бренную землю.
— Всё дело в том, что я самая жалкая и несчастная ученица Хогвартса. — Начала ныть Миртл. — Я живу тут как в аду.
— Да это я живу тут как в аду. — Начал ныть Поттер. — По сравнению со мной у тебя всё просто замечательно. Ты ведь уже умерла, а я ещё нет.
— Да как ты смеешь? Надо мной издеваются абсолютно все ученики.
— И что? А надо мной издевается завхоз. Причём, делает он это круглые сутки…
— Эти двое нашли друг друга. — Усмехнулся я, указывая Гермионе на парочку нытиков.
— Теперь каждый раз, когда Гарри опять будет ныть у меня над ухом, я буду отправлять его сюда. — Довольно усмехнулась Гермиона.
Вот, уже видно моё воспитание. Осталось только Поттера дожать и сделать из него, наконец, нормального превозмогатора.
Через пару недель по школе поползли слухи, которые ещё через два дня полностью подтвердились. Дамблдор дал добро на открытие дуэльного клуба. Преподносилось это как инициатива Локхарта, но на самом деле причина подобной заботы о «боевой состоятельности» учеников заключалась в том, что обитатели замка начали жаловаться на слежку и неожиданные нападения.
Нападавших никто заметить не смог, потому что атака, как правило, производилась со спины и в темноте. Больше всего доставалось Слизеринцам, которые обитали в подземельях. Но и ученики других факультетов тоже жаловались на нападения по вечерам. Хорошо хоть дальше пары-тройки чувствительных ударов атаки не заходили. Из-за подобных происшествий народ начал по вечерам стараться передвигаться группами. А когда пошли слухи об открытии дуэльного клуба, записаться в него решили почти все ученики школы.
— Сегодня я покажу всей школе, что являюсь лучшим дуэлянтом Хогвартса со дня его основания. — Гордо заявил Поттер, едва зайдя в зал для проведения дуэлей.
Занятие было назначено на послеобеденное время, и народ только начал собираться, так как обед ещё даже не закончился. Но неугомонный превозмогатор буквально вытащил меня и Гермиону из-за стола и привёл сюда, чтобы похвастаться. Вот только стоило ему принять горделивую позу, как его толкнули в спину, сбивая с ног.
— Отвали,
