он же бросил тебя, Коленька, – жалостливо запричитала супруга, но толстяк не дал ей закончить, зарычав в ответ:
– Я сказал, рот закрой. Сказано, не твоё дело. Там не всё так просто было. Ты меньше баб на базаре слушай. А что там на самом деле было, только мы знаем. И то, что он сюда меня проведать пришёл, само за себя говорит. Так что замолчь и марш самовар ставить. Совсем распустилась.
Вжав голову в плечи и бормоча себе под нос что-то неразборчивое, Степанида унесла гостинцы, и вскоре от крыльца потянуло дымком. Урядник, проводив жену сердитым взглядом, расправил усы и, вздохнув, проворчал:
– Прости её, Миша. Дура баба. Наслушалась слухов, вот и несёт незнамо чего.
– Господь с вами, дядя Николай, – отмахнулся Мишка. – Я не в обиде. Главное, что дело сделано. И место, с которого в купца стреляли, я сегодня нашёл. Контр разведчик упросил. В общем, поправляйтесь спокойно. Некому боле безобразия чинить.
– Миша, неужто ты и вправду кинулся за меня мстить? – помолчав, тихо спросил урядник.
– Правда, дядя Николай. Говорил уж, я добро помню.
– Спаси Христос, Миша. Спаси Христос, сынок. Век не забуду, – прошептал толстяк, пряча подозрительно блеснувшие глаза. – Своего сына Господь не дал, так хоть названый не забыл.
– Дядя Николай, да будет вам, – принялся успокаивать его Мишка. – Вот встанете, может, ещё чего с вами придумаем, чтобы бандитам жизнь мёдом не казалась.
– Нет, Миша. Отслужил я своё, – грустно вздохнул урядник. – Доктор сказал, нога будет плохо гнуться. И какой из меня тогда служака?
– В вашем деле, дядя Николай, не нога, а голова важна. А бегать у вас десятники есть. Бричка ваша цела. А на зиму возок вам сделаю. Чтобы удобнее садиться было.
– Миша, – растерянно выдохнул урядник, глядя на него неверящим взглядом.
– Ну что Миша, – развёл парень руками. – Сказали б раньше, что возок нужен, уже б давно был. Для вас не жалко.
Степанида внесла в комнату самовар и принялась расставлять чашки на небольшом столике, стоявшем в углу. Поднявшись, Мишка одним плавным движением переставил его к кровати и, с благодарным кивком приняв у хозяйки чашку с чаем, спросил:
– Степанида Фёдоровна, может, нужда какая в доме есть? Так вы скажите, попробую помочь.
– Спаси Христос, Мишка, – вздохнула женщина. – Всего в достатке. Его бы вылечить, – кивнула она на мужа.
– Ну, тут кроме доктора никто не поможет. Если только свечу в церкви за здравие Николе угоднику поставить, – развёл Мишка руками. – Но вы, ежели что, дайте в станицу знать.
– Благодарствую, – кивнула женщина и вышла, прикрыв за собой дверь.
Они попили чаю, и Мишка, тепло, попрощавшись, начал собираться. Ему предстояло побывать ещё в нескольких местах. Урядник, пожав ему руку, попросил заезжать хоть иногда, скуку развеять. Выйдя со двора, Мишка отправился в депо. История с бричкой не выходила у него из головы, так что идея сделать уряднику лёгкий зимний возок была принята к действию. Найдя знакомого пожилого мастера, Мишка отдал ему эскизы с размерами нужных частей, быстро пояснив непонятные моменты и обещав заехать через два дня.
Дальше на очереди была лесопилка. Заказав у местного мастера кедровых досок, он отдал ему очередной листок с размерами и отправился в контрразведку. Сидевший за столом вечный дежурный, поздоровавшись, с ходу выложил на стол пару биноклей в кожаных чехлах и, качнув головой, сообщил:
– Не вернулся ещё. Дождаться велел.
– Знаю, – кивнул Мишка. – Ну, раз так, тогда чаем угощай.
– Это мы запросто, – кивнул дежурный, явно обрадовавшись.
Быстро разогрев большой медный чайник, он набулькал Мишке полную чашку чаю и, подвинув к нему баночку с колотым сахаром, спросил:
– А правда, что ты за пять минут нашёл место, откуда в купца стреляли?
– Ну, не за пять, но быстро получилось, – поскромничал Мишка, прихлёбывая напиток. – Повезло, что снега сильного не было. Так, перемело малость, и всё.
– Ловко. А как получилось-то, что никто на тот забор не глянул?
– А место неудобное, вот и не посмотрели. Ну сам бы ты стал с забора стрелять? Нет. Вот и те, кто смотрел, так же думали. Да ещё и на сугроб подняться поленились. Не подумали, что с сугроба стрелять не тот угол. Неудобно.
– А ты, значит, подумал, – кивнул дежурный.
– Так я охотник. Я про стрельбу, почитай, всё, что только можно, знаю, – нахально усмехнулся Мишка.
* * *
На заимку Мишка отправился, едва только закончились крещенские морозы. И снова и аэросани, и прицепные сани были загружены так, что полозья гнулись. Подогнав свой транспорт к спуску к ручью, парень заглушил на славу потрудившийся мотор и, выбравшись из кабины, устало потянулся. Но как только он перенёс в дом первые мешки, как на заимку прибежали ханты.
Один из молодых охотников возвращался в стойбище и увидел на реке знакомую технику. Молодёжь с шутками и смехом быстро перетаскала всю поклажу в дом, и Мишка, как радушный хозяин, принялся заваривать свежий чай. Молодёжь уже баловалась свежезаваренным напитком, когда на заимку пожаловал Торгат. Не спеша, с достоинством войдя в дом, он вежливо поздоровался с хозяином и, присев у печки, принялся набивать трубку. Мишка, соблюдая правила, подал ему кружку с чаем и, дождавшись, когда охотник сделает пару глотков, пряча улыбку, принялся раздавать гостинцы.
Первым делом в ход пошли трофейные винтовки и патроны к ним. Оружию обрадовались все. Даже Торгат, не удержавшись, взял в руки одну винтовку и, пощёлкав затвором, одобрительно кивнул. Мишка, развязав свой личный мешок, достал из него футляр и, протянув его охотнику, сказал:
– Как обещал, Торгат. Это бинокль. Теперь не нужно будет прицел с винтовки снимать.
– Благодарствую, Мишка. Добрый подарок, – отложив трубку, тихо ответил охотник заметно дрогнувшим голосом. – У нас для тебя тоже подарок есть. Парни потом принесут, – добавил он с непонятной интонацией.
Мишка только плечами пожал. Наверняка очередная связка соболей аскыров с густым, почти чёрным мехом. Редкий зверь, но ханты умеют его добывать. Указывая на мешки и ящики, парень принялся пояснять, где что лежит. Парни, допив чай, хватали поклажу и уносили её в стойбище. Подав Илкену мешок с бисером, иголками, нитками и лентами, Мишка пояснил, что там лежит, и улыбнулся, припомнив, как удивилась такой покупке Настя.
На рынок они поехали всей семьёй. Благо Монголу их общий вес был не в тягость. Застоявшийся жеребец брал с места размашистой рысью, легко унося сани в нужное место. Так что в лавку, где торговали разной женской радостью, они вошли все вместе. Тётка сразу примёрзла к прилавку со спицами, а Настя и Танюшка принялись рассматривать ленты. Мишка, отозвав приказчика в сторону, просто отдал ему список нужного и с улыбкой смотрел на своих девчонок.
Приказчик, едва рассмотрев список, сообразил, что перед ним серьёзный покупатель, развил бурную деятельность. Мишка, пытаясь поддержать такое реноме, принялся осматривать
