— Это была просто хулиганская выходка. После убийства наследника город кипит. Взрывчатки бросили ещё в два номера, где жили ваши. Хорошо, что в тот момент там никого не было.
Королева вздохнула и, поправив Илане одеяло, присела на краешек постели.
— Теперь тех, кто считает тебя ведьмой, ещё больше. «Марсиане» свернули свой шатёр и намерены завтра же покинуть Авалон. Когда я хотела выплатить хозяину цирка стоимость лошади — они её всё же купили, другое дело, что хозяин отеля не должен был её продавать… Так вот, когда я предложила деньги, Жан Марсо только руками замахал. Спасибо, говорит, ваша маленькая ведьма уже расплатилась с нами своим колдовским шаром. Забирайте его обратно, и больше нам ничего от вас не надо.
Королева кивнула на магическую ледышку, которая лежала на столике возле кровати.
— И не стыдно тебе было подставлять того мальчика? Тони.
— Я подсказала ему, как прикрыть свою задницу. Дескать, околдовали…
— Похоже, он последовал твоему совету. Едва ты уехала, в это пустое стойло, где он тебя дожидался, случайно заглянул его старший брат и поднял Тони на смех — чего ты тут сидишь, завернувшись в девчоночий плащ? Видимо, мальчишка не ждал, что его найдут до твоего приезда, и решил, что надо как-то выкручиваться. Брат сказал, что Тони вёл себя, как полоумный. Нёс какую-то чушь и без конца твердил про девочку с сумеречными глазами, которая показала ему прозрачный шар и что-то нараспев произнесла. И после этого он якобы ничего не помнит. Шар он крепко сжимал в руке и ни за что не хотел отдавать, но когда его у него всё-таки отняли, тут же пришёл в себя.
— Молодец Тони, — усмехнулась Илана. — Настоящий артист.
— Между прочим, брат Тони убеждал хозяина отдать этот шарик полиции, но Жан Марсо предпочитает ни с кем не осложнять отношения. Особенно с теми, кто умеет наводить чары. Кажется, теперь он считает, что весь королевский двор Германара состоит из колдунов. Я уже поняла, что ты любишь играть опасными игрушками, и здешней полиции лучше о них не знать. Хорошо, что Жан Марсо не намерен раздувать эту историю. У следствия и так к тебе немало вопросов.
— Да пусть бы они и забрали этот шарик. Ничего особенного они бы в нём не увидели.
— Насколько я поняла, что-то особенное в нём появляется, только когда ты этого хочешь. Марк Савье сегодня весь день сам не свой. Говорит, что от твоего взгляда его до костей пробрал холод — как будто морозный ветер налетел… Тебе нравится пугать людей?
— Я не знала, что у вас такие пугливые охранники.
— Марк не такой уж и пугливый. Но когда происходит что-то странное, теряются даже смелые люди.
— Он меня здорово разозлил. Честно говоря, я и сама не ожидала такого эффекта. Надеюсь, у него не началось двустороннее воспаление лёгких?
— Ты действительно опасна для окружающих. Не столько потому, что обладаешь магией, сколько потому, что тебе нравится та власть над людьми, которую она тебе даёт.
— Даже людям свойственно пользоваться той властью, какой они обладают. Чего же вы хотите от нелюдей?
— Значит, роль нелюди пришлась тебе по вкусу?
— По вкусу или нет, но она моя. Притворяться, что я такая, как все, не имеет смысла. И никогда не имело. Как бы я себя ни вела — хорошо или плохо, я всё равно была не такая, как все, а значит, не такая, как положено.
— Прекрасное оправдание для дурных поступков.
— Я и не думала перед вами оправдываться. Да и ничего такого уж плохого я не сделала. Всего лишь вернула свою собственность. Тони выкрутился, так что всё в порядке…
— Не всё. Теперь только и говорят об этом снегопаде и ледяной броне на развалинах торгового центра. Её не брал даже лазерный луч.
— Тогда как меня оттуда достали?
— Слава Богу, этот странный лёд всё же растаял. Он начал таять примерно через час после того, как я и мои люди приехали к этим руинам. Примерно тогда же и снег перестал валить.
— А где шёл снег? Только там или в городе тоже?
— Он шёл в радиусе метров сто от руин. А в предместье и в городе был дождь. Мои люди довольно быстро напали на твой след, но мы испугались, что не сможем проникнуть в это разрушенное здание. Циркачи сказали, что ты укрылась там, и сразу после этого начались странные вещи…
«Наверное, лёд растаял, потому что я не захотела остаться там навсегда, — размышляла девочка. — Я ведь действительно могла умереть…»
— Что там произошло, Илана? — осторожно спросила королева.
— Не знаю… Я хочу спать.
— Не хочешь. Я прекрасно знаю, когда ребёнку действительно хочется спать. Ты просто не хочешь со мной разговаривать. Не в моих правилах лезть кому-то в душу, стараться выпытать чужую тайну, но твои секреты слишком уж сказываются на жизни окружающих. Я не знаю, какими силами ты играешь… Мне хочется верить, что ты всего лишь защищаешься, но многие считают тебя опасной. Я хочу помочь тебе, а ты как нарочно ещё больше всё осложняешь…
— Я не просила вас о помощи. Меня притащили сюда в бессознательном состоянии… То есть я, конечно, понимаю, что вы меня спасли, но… Меньше всего на свете я хочу быть чем-то вам обязана. И кому-либо вообще. Когда всё это закончится, я готова с вами расплатиться.
— Вот как? — вскинула брови королева.
— На моём банковском счёте большая сумма денег. Компенсация от владельцев Замка Чудес… Не понимаю, что вас насмешило? Моим делом занимается ваш адвокат, а хороший адвокат стоит дорого. Да и лечение…
— Илана, деньги для меня не проблема. Если тебя оправдают, ты сможешь распоряжаться частью своих сбережений…
— Почему это частью? По авалонским законам я самостоятельный человек. Я сама зарабатываю себе на жизнь и имею право распоряжаться своим заработком…
— Увы, моя дорогая девочка, это по авалонским законам, но твоё гражданство признано недействительным — ведь документы поддельные, и эмигрировала ты незаконно. Согласно законодательству Федерации ты являешься несовершеннолетним гражданином Германара и должна иметь опекуна.
— Я думаю, маэстро не откажется остаться моим покровителем. Это по сути то же опекунство….
— Господин Гейл, конечно, не откажется, но… Дело в том, что теперь он не сможет быть твоим опекуном. Графиня де Персан умудрилась свалить всю эту историю с поддельными документами на него, так что он теперь тоже под следствием…
— Господи, только не это! — у Иланы даже раны снова заныли. — Ну почему я всем приношу одни несчастья?
— Ну… Преувеличивать тоже не стоит, — королева ободряюще похлопала Илану по руке, которую девочка тут же отдёрнула. — В конце концов, никто не заставлял взрослых людей идти ради тебя на все эти махинации. Они были в тебе заинтересованы — и графиня, и маэстро… Впрочем, он тебя ни в чём не винит и очень за тебя переживает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
