верил — мало ходит основательно преувеличенных слухов о сильных мира сего. Если каждый принимать за чистую монету, тут и свихнуться можно! Недаром же Имперские лечебницы для душевнобольных переполнены, особенно после объявления Фюрером войны. А его, Хартмана, дело маленькое — иди, куда послало высокое начальство и постарайся не сдохнуть!
Наконец, когда солнце постепенно начало клониться к горизонту, тибетец неожиданно встрепенулся, мгновенно переходя «в боевой режим». Хартман явственно заметил, как уплотнилась и окрасилась темно-лиловым цветом аура в районе его Источника. Роберт сначала не понял, чем вызвана его реакция, но буквально через несколько секунд ощутил слабую дрожь почвы под своими ногами.
— Объект на месте. — Тускло произнес агент, протягивая Хартману какой-то небольшой деревянный пенал. — Теперь дело за вами, господин Маг. Вас научили пользоваться усиливающим Артефактом?
— Яволь, — отозвался Роберт, принимая коробочку, — я прошел соответствующий инструктаж…
— Тогда не медлите! Нужно постараться как можно быстрее установить связь!
Роберт достал из коробки костяной амулет, абсолютно древнего и непрезентабельного вида, подвешенный на лоснящийся кожаный шнурок. Просунув голову сквозь заскорузлую кожаную «нить», оберштурмбаннфюрер спрятал старую костяную штуковину под рубашкой и прикоснулся к своему «недоразвитому» и слабенькому Ментальному Дару. Ловчая Сеть развернулась в мгновение ока! Хартман, даже, как следует напрячься не успел, как сторону Абакана полетело невесомое Плетение Высшего порядка, доступное только Высокоранговым Магам. Сам же Роберт таким мощным Источником не обладал. Однако, Артефакт-Усилитель сработал отменно, временно поставив оберштурмбаннфюрера на одну доску с Могучими Адептами Рейха. Невесомое Энергетическое Плетение поиска незаметно проскользнуло мимо незримых обычным глазом потусторонних цепных псов Пожирателя Душ, и раскинуло свои щупальца над Абаканом. Благо городишко по европейским меркам оказался невелик.
«Ну, где же ты, барон Вревский? — Мысленно взывал к русскому перебежчику оберштурмбаннфюрер, просеивая мозговую активность заключенных и жителей этого города-тюрьмы. — Отзовись! Вревский, мы на месте — ответь!»
Но «эфир» был пуст, и знакомого мозгового импульса Роберт так не зацепил. Может быть, спецы Кальтенбруннера что-то напутали? И выдали не тот «маркер»? А, возможно, Магический Дар объекта поиска все еще скован блокираторами.
— Не выходит на «связь»? — поинтересовался через некоторое время калмык, когда Хартман вынырнул из Ментального транса, чтобы немного передохнуть. Каким бы ни был Усилитель, а напрягаться все-равно пришлось.
— Пока нет. — Устало мотнул головой Маг. — Сейчас немного отдохну и продолжу. Расстояние слишком велико — даже с Усилителем трудно держать…
— Не спешите… Время еще терпит, — заверил Роберта тибетец.
«Интересно, — подумал Хартман, — а для чего оно терпит?»
Но озвучивать свой незаданный вслух вопрос не стал. Все разъяснится позже, и думается, что, само собой.
Очередные толчки, куда более сильной амплитуды, всколыхнули землю минут через сорок-пятьдесят после первой встряски. Толчки следовали один за другим, как будто неведомый (но для Хартмана точно известный) Колебатель Тверди, задался своей целью вытрясти из Роберта все внутренности. Калмык напрягся, вперив «невидящий» взгляд своих глаз, исходящих лиловыми эманациями Силы, куда-то в пространство.
— Происходит что-то очень странное… — сообщил он Хартману, не переставая «смотреть» в никуда. — Темные Тёсь массово покидают свои позиции и настоящим потоком устремляются куда-то… Такое ощущение, что их призвал сам Повелитель Душ. Это наш шанс подойти к самому городу, господин Маг! — Законспирированный диверсант вскочил на ноги. Хартман последовал его примеру.
— Туда! — коротко бросил тибетец. — Не отставай!
Роберт, накинув рюкзак на плечи, быстро зашагал следом за проводником.
— Что со связью? — не оборачиваясь, поинтересовался агент.
— Пока не выходит, — ответил оберштурмбанфюрер. — Но я продолжаю…
— Теперь не останавливайся! — требовательно произнес тибетец. — Другого шанса, возможно, в ближайшее время и не представится!
На этот раз землю продолжало потряхивать непрерывно, что затрудняло и без того непростой бег по неухоженному лесу. Обширные кустарники, буйные заросли дикой малины и колючего шиповника, многочисленные завалы, буреломы и валежники — все это не прибавляло скорости передвижения. Но они перли, словно два танка, проламываясь сквозь растительность, обдирая руки до крови и оставляя на колючих кустах клочки одежды. А Харман еще и не переставал просеивать Ментальное Пространство. И в один прекрасный момент с территории Абакана пришел долгожданный отзыв — объект наконец-то избавился от Амулетов, блокирующих его Дар. Оставалось только согласовать дальнейшие действия…
Глава 2
Оснаб с ротмистром-перебежчиком стояли на краю чудовищного пролома, расколовшего землю и бесследно поглотившего проклятый город Абакан, и нецензурно изливали на меня обуявшие их противоречивые чувства. Равнодушным не остался никто, даже всегда выдержанный и спокойный оснаб ругался, как распоследний сапожник. Что и говорить — сам в шоке! Так расколоть земельку я и не планировал. А оно, вона, как обернулось! Ну, возможно, оно и к лучшему — плакать там не по кому! На всех пробы негде ставить! И на контингенте, и на администрации… Те заключенные, у кого душа за Родину болела, уже давно на фронте — сами попросились. Пусть, и в штрафниках, но с правом реабилитации и снятия былых грехов кровушкой. Так что оставшимся в трудный для Отечества час на казенных Атойгаховских харчах — туда и дорога! Разве, что Арыхпай…
На противоположной стороне образовавшегося громадного каньона, уходившего на незнамо какую глубину, на самом его краешке завис, наклонившись, словно Пизанская башня, высокий каменный «минарет», прозванный в народе «Великим концом Хоргыза». И именно в нем и должен был находиться по заверению оснаба младший сын Атойгаха — Арыхпай.
— Не переживай, Хоттабыч! — догадавшись (а может быть, и пошерудив немного в моей голове — эти мысли я не скрывал), о чем я думаю в настоящий момент, произнес Петр Петрович. — Жив твой парнишка! Единственный, кто уцелел в этом аду… Ну, и устроил ты здесь настоящее светопреставление!
— Давно уже нужно было уничтожить этот вертеп! — ворчливо произнес я. — Прогнило здесь все и протухло… А таким маньякам, как твой Аверьяшка — вообще жить среди нормальных людей заказано!
— Вот тут соглашусь, старичок! — кивнул оснаб. — Таким тварям вообще жить на свете заказано!
— Господа, поспешим! — наконец опомнился Вревский. — Нас уже ждут! — И он скрылся в темных ночных зарослях леса.
Мы последовали за ним, стараясь держать его силуэт, смутно виднеющийся во мраке, в поле своего зрения. На этот раз быстро двигаться мне ничего не мешало — выплеснув в гневе просто непередаваемое количество Силовой Энергии, похоронившей Абакан, «режим Сятогора» отключился сам собой. Мои ноги больше не стремились провалиться в почву, а земля, наконец, перестала дрожать и испуганно дергаться при каждом моем шаге. Я опять стал обычным человеком…
Нет, обычным человеком мне, наверное, уже не стать никогда — я вновь превратился в обычного Силовика, Сеньку-Осененного, Мага, Окудника или Чародея
