Читаем без скачивания Маг и его Тень. Рождение Мага - Фанфикс.ру Blizzard

На теле следующей взвившейся в воздух крысы, метящей ему в лицо, сомкнулись клыки Химеры.

Когда рядом с первой покойницей оказались три разорванные пополам товарки, животные успокоились. Их было около двух дюжин, разного размера и степени облезлости, но с одинаково острыми зубами и хищными глазами. Веревки они разгрызли в мгновение ока, а вот с маггловскими наручниками возникла заминка. Впрочем, судя по доносившемуся из-за стула скрежету, зубов крысы не жалели и в результате были уверены. Надо было лишь подождать.

Кажется, оба мага оказались в патовой ситуации. Палочка Гарри каким-то непостижимым образом оказалась среди недвижного серого ковра, сквозь разорванный рукав текла струйка крови. Чувствовать левую руку он не мог, но видел, что Крису тоже прокусили палец. Наколдовать они могли разве что бесполезный в такой ситуации люмос. Химера, видя, что хозяина не трогают, устроилась на парте, изволив уменьшиться до размеров собаки. «Далмош» не сводил с нее взгляда, правильно оценив опасность. Гарри удостаивался лишь крохами внимания с его стороны. Крыс он будто бы и не видел. Те, в свою очередь, вели себя совершенно не так, как полагалось животным. Застыли, словно брошенные плюшевые игрушки, двигаясь лишь затем, чтобы сменить друг друга у наручников. Но что самое странное, Гарри не мог понять, как их можно контролировать. Сам он, вроде бы лучший менталист, чем пленник, не только не мог подчинить себе хоть одну серую тварь, но — как такое возможно? — вообще их не видел. В плане хоть какой-то разумности крысы ничем не отличались от парт, с которых свешивались лысые хвосты. А этого можно было ожидать только от растений и низших животных, но никак не от млекопитающих.

Скрежет металла оборвался. Маг медленно, не сводя глаз с Химеры, протянул руку к палочке, которую крыса кинула ему на колени. Кончик артефакта то поворачивался то в сторону Гарри, то возвращался к крестражу. На запястьях красовались металлические браслеты. Крысы все-таки перегрызли цепочку, соединявшую кольца.

Гарри все еще мог атаковать мага ментально, но тот в любом случае успел бы произнести заклинание. «Далмош» мог проклясть его или Химеру, снова натравить на них крыс, но не хотел рисковать, не зная скорости и способности к сопротивлению магии Химеры. Гарри, оставшегося без палочки, он в расчет не принимал. Бестия равнодушно рассматривала крыс, отделенных от нее проходом между партами, те отвечали ей взаимностью. Они тоже не торопились друг друга кусать.

Пока Гарри лихорадочно соображал, получится ли обойтись без драки (все-таки взрослый, чистокровный и прекрасно обученный маг это не Малфой с его ограниченным арсеналом, в ярости не думающий, какое заклинание использует), Крис как ни в чем не бывало изучал прокушенный палец, сунув его под нос ученика. Сквозь разошедшиеся края раны виднелась кость.

«Придется смазать заживляющим. Глубоко тяпнула, зар-раза. Вот где твой Крысолов, когда он нужен? Ладно, дай мне тело на пару минут».

«Не стоит с ним драться. Ты все равно сейчас не удержишь палочку», — возразил Гарри.

Тем более что бывшему пленнику палочка для призыва помощников не понадобилась. Осталось только решить, кто займет вакантное место на стуле и будет отвечать на вопросы.

«И не собирался. Не хватало еще с голыми руками броситься на некроманта и его дохлый зоопарк».

«Дохлый зоопарк» буравил его немигающими красными и черными глазами. Гарри с детства недолюбливал крыс, признавая мелких хвостатых грызунов разве что в качестве ингредиента для зелий. К Коросте Рона он относился вполне терпимо, порой подкладывал крысе семечек, но на плечо никогда не сажал. Но двадцать неупокоенных крыс! Его передернуло.

— Крысы. Очень предусмотрительно. Маленькие, юркие, способные прогрызать ходы даже в бетоне. А уж если их предварительно заколдовать и припрятать в замке... — тут Гарри не удержался от смеха, представив Далмоша, подкладывающего в учительскую дохлую крысу со скрюченными лапками и приоткрытой пастью. — Велел домовикам не обращать внимания на своих игрушек? — рассуждал Крис, панибратски перейдя на ты, но все еще не сводя глаз с пальца, будто тот интересовал его куда больше собеседника.

В его голосе Гарри смутно различал знакомые золотисто-медовые тона, которым хотелось доверять без оглядки.

— Иногда люди заводят... экзотических животных, — невинно заметил профессор.

«Экзотическое животное» зевнуло, показав три ряда клыков, и сменило форму. Нечто паукообразное зацепилось хвостом за люстру, растопырив в воздухе членистые не то когтистые лапы, не то ядовитые жвала, и въедливо зашипело.

— А это сова, — нагло заявил Крис. — Раз мышей ест, значит, сова. И вообще, что ты хотел от Гарри Поттера? «Пророк» не читал, что ли? Какой хозяин — такая и птица. Брось палочку, — скомандовал он. Теплые, обволакивающие нотки на мгновение сгустились.

Маг повиновался.

— Мне следовало сдерживаться. Снейп мог узнать симптомы, и я не рисковал лишний раз. Но... двенадцать лет! Двенадцать лет — и это так невыносимо! Ты... нет, ты не можешь понять, что это такое... — он побледнел, обхватил плечи руками и беззвучно затрясся.

Если это и был ход, призванный сбить противника с толку, то он удался. Крис предоставил Гарри самому утешать сломленного, готового расплакаться человека. Подобные перепады эмоций: от почти идеального самоконтроля до начинающейся истерики, не являлись чем-то нормальным ни для одного из миров, что маггловского, что магического. Но Гарри подтверждение его ненормальности не удивило. Если маг невесть зачем притворялся Далмошем, ходил по пятам за учеником и прятал в Хогвартсе дохлых крыс... В общем, либо волшебники принялись коллективно сходить с ума, либо Гарри с Крисом приобрели родственную душу.

— Не расстраивайся, я никому не скажу, что ты не Далмош. Можешь остаться в школе, — Гарри неловко коснулся черной учительской мантии и немедленно оказался в чужих объятиях.

Химера и крысиные тушки воззрились на хозяев с нескрываемым интересом. Гарри изо всех сил старался не думать, в какой невероятный фарс превратился допрос.

— Спасибо, милорд, спасибо, — горячо прошептал маг. — Я вас не подведу!

Минут через пять он немного успокоился и наконец назвался, но ладонь Гарри из горячих, дрожащих пальцев так и не выпустил.

— ... отец держал меня под империо, но проходили годы, и я понемногу учился противостоять ему без палочки. Но не пытался сбежать. Отец сильный маг, если бы он понял, что его чары не действуют... У меня была только одна попытка. И мне повезло. На заднем дворе умер бродячий пес. Я нашел его первым, милорд.

— Я не милорд, — вздохнул Гарри. — Я Гарри Поттер, я и в самом деле Гарри Поттер. Зови меня по имени.

Должно быть, Краучи были древним и могущественным родом, иначе как объяснить обширные познание Барти в некромантии? Этот раздел темных искусств был запрещен еще в восемнадцатом веке, сейчас труды по некромантии могли найтись разве что в родовых тайниках. И далеко не все их обладатели стремились попрактиковаться в поднятии мертвых. Бартемиус Крауч без видимого напряжения призвал два десятка крыс, не держа в руках палочку. Это уже не просто магия или отточенный до автоматизма навык. Это уже аркан. Правда, если это аркан, свидетеля применения силы полагалось устранить, чтобы он не болтал о главной тайне рода. Но некромант, похоже, не собирался этого делать.

— А Хогвартсе ты как оказался?

— Далмош жил с нами по соседству. Я собирался спрятаться в его доме на какое-то время, он понял бы меня, вот только когда я вошел в его комнату, старый Далмош уже никому не мог помочь, — Барти горько покачал головой. — Жаль, он был хорошим человеком. В тот же день пришло письмо с просьбой ненадолго заменить учителя защиты в Хогвартсе. Отец ищет меня, знаю, но сюда он не придет. Сперва я собирался проработать здесь до Рождества, а затем перебраться на континент, но ты... Ты, Гарри... — он несколько раз медленно, размеренно вдохнул и выдохнул, собираясь с мыслями.

«Есть одно проклятие, — тихо объяснил Крис. — Его можно снять не позже трех дней после нанесения. Если время упущено, человек начинает чувствовать чужую магию. И чем она сильнее, тем ярче, интенсивнее ощущается. Казалось бы, ничего особенного, можно привыкнуть и жить дальше. Да, можно. Но не тогда, когда у тебя некогда была возможность чуть ли не ежедневно лицезреть одного из величайших магов Британии и греться в потоках его силы, а потом эту возможность отобрали. Магия такого уровня вызывает привыкание, лишиться источника силы все равно что резко прекратить прием восточных дурманящих зелий на основе мака и драконьей травы после многомесячного употребления. Ничто не может заполнить образовавшуюся пустоту и заглушить тупую боль, с годами становящуюся настолько привычной, что вспоминаешь о ней, только когда рядом оказывается кто-то, потенциально не слабее Волдеморта, и на смену боли приходит блаженство».