- После ваших сказок, сэр, мне наоборот пришлось кой-чего принять, чтоб уснуть, - ворчливо заметил Линар, встал и пошел искать свои сапоги. - Так что из-за этого я и проспал.
- Торопитесь, мастер, - отозвался король, одевая шлем. - Нам надо проехать, как можно большее расстояние, пока местное солнце-жаровня не вошло в силу.
- А завтрак?
- Если хотите - завтракайте в седле, - пожал плечом Фредерик. - Лично я перекушу днем, на привале, - сказал и дал серому шпоры - Мышка, тряхнув гривой и пару раз строптиво вскинув крупом, быстрее ветра понес короля к еще ночному западному горизонту. За ним, не менее резво, полетели и все остальные.
Доктор споро затянул шнурки на сапогах, плеснул себе в лицо воды из фляжки и прыгнул на своего коня, пегого и большеголового, которым его одарили в Малех-Кури. Кое-как приладив сумки и забрав поводья, он поскакал за быстро удаляющимися товарищами, крича на всю степь:
- Меня подождите!…
Запланированный Фредериком перекус не состоялся. Именно тогда, когда солнце поднялось на убийственную высоту и принялось жарить азарские просторы, намекая путникам на то, что пора бы остановиться для отдыха и обеда, ехавший впереди Генрик привстал на стременах, чтоб лучше осмотреть горизонт, и объявил:
- Битва!
В самом деле - впереди виднелось огромное облако бурой пыли, в котором то и дело мелькала сталь. Резкий порыв ветра, бросившийся в лица путников, донес до их ушей звуки боя: звон оружия, гневные крики сражающихся, вопли боли и лошадиное ржание.
- Серьезная битва, - заметил Элиас, застегивая ремешки свободно болтавшегося на голове шлема; так, на всякий случай.
Фредерик поднял руку, приказывая всем остановиться. Надо было решать, что делать.
- Предлагаю объехать, - сказал запыхавшийся Линар. - Накой нам ввязываться? Мы устали, наши лошади тоже. Какие из нас воины?
- Мастер прав, - отозвался Аглай, наблюдая за боем. - Наверняка, это какие-нибудь два местных великих князя лупят друг друга. Нам что за дело?
Король внимательно выслушал обоих и хотел уже сказать свое слово, но смолк, увидав, что происходит впереди. Наблюдать становилось все интереснее: одна из воюющих сторон развернула горячих вороных коней и начала стремительно удирать.
- Ого! - не сдержал возгласа Генрик. - Кажись, битве конец!
Те, за кем осталось поле боя, ринулись в погоню, победно крича, улюлюкая, размахивая мечами и потрясая копьями. Вороные же значительно оторвались от преследователей. Фредерик прищурился, присматриваясь к всадникам, и выкрикнул, хлопнув себя ладонью по колену:
- Да это Черная дружина! Смотрите, что делают!
Он угадал их тактику. Простую и легкую. Убегавшие дружинницы хоть и неслись, сломя голову, но делали это кучно и организованно, а их преследователи сильно растянулись, отстав друг от друга. Поэтому в определенный момент - по сигналу своего командира (пронзительному свисту) - девы-воины развернули черных скакунов и с леденящим душу визгом бросились в новую атаку на врагов. Те никак не ожидали такого поворота. Что и помогло дружинницам в первые минуты нападения без особых усилий посшибать многих наземь и разбить вражье войско на несколько маленьких отрядов.
- Что, господа? Поможем дамам? - весело спросил товарищей Фредерик и, не дожидаясь ответа (он был уверен, что никто не выступит против) крепче взял поводья и ударил Мышку пятками в бока. Плясавший все это время от нетерпения конь, кинулся в бешенный галоп: он понимал, что скоро окажется в сражении.
- Вот это дело! - развеселился Элиас, опуская забрало шлема и пришпоривая своего жеребца.
- Дело как раз для нас! - отозвался Люк, берясь за лук и дергая стрелу из колчана. - Заявим о себе, братишки! - крикнул он остальным рыцарям.
Те не замешкались - сорвали коней за Элиасом и Фредериком в сторону жаркой баталии.
- Уф! - выдохнул мастер Линар, совершенно безрадостно надевая шлем и берясь за меч. - Надеюсь лишь на то, что дамы разберутся с врагом до того, как мы подоспеем, - воевать, будучи утомленным дорогой и жарой, доктору не улыбалось.
Чаяния мастера не исполнились: государев Мышка, конь Элиаса и лошади всех остальных скакали слишком быстро, чтоб их седоки опоздали в битву.
Вооруженные луками рыцари, подлетая к месту боя, для начала пустили стрелы во врага и ни разу не промахнулись, а уже после с грозными криками, обнажив сияющие клинки, вломились в ряды всадников, которые рубились с черными дружинницами.
Элиас, как обычно, стремился не отставать от короля и всячески прикрывал его от нападающих. Большой фамильный меч гвардейца и изящный белый клинок Фредерика, рубившие и коловшие точно и смертельно, очень скоро дали понять противникам, что к неожиданным союзникам Черной Дружины могут приближаться лишь те, кто твердо решил лишиться жизни.
- Вы за нас? - раздался за спиной Фредерика звонкий голос.
Король обернулся и на минуту забыл о том, что надо драться.
- Тайра? - что ни говори, а не ожидал он увидеть ее именно здесь, именно сейчас.
- Я, - чуть дрогнула голосом капитан Черной Дружины и тут же крикнула, взмахнув саблей. - Берегись!
Без лишних вопросов Фредерик пригнулся, и над его затылком свистнул увесистый вражеский кистень. Как ни шустр оказался молодой человек, а железная чушка зацепила-таки задник шлема, и салад слетел с его головы, ударился мышастому в глаз. Конь, и без того разгоряченный битвой, дико заржал и встал на дыбы. Фредерик, державшийся в седле только шенкелями, выронил меч и уцепился здоровой рукой за поводья, чтоб не свалиться, но тот, кто ударил короля кистенем, сделал еще одну попытку. Фредерик кое-как увернулся, спасая обнаженную голову и стараясь не вылететь из седла, и смертоносная чушка со всего маху врезалась в больное плечо, защищенное сталью. Это спасло от немедленной гибели, но не от падения: молодого человека опрокинуло наземь вместе с лошадью. Мышка, падая, сильно подмял всадника под себя, перекувырнулся и опять встал на свои четыре копыта. Вскидывая крупом, понесся куда подальше.
- Черт, - прохрипел Фредерик, силясь подняться, но тело, по которому словно телега проехала, совершенно не слушалось - он повалился ничком в изрытую копытами и сапогами землю. Рядом, чуть не размозжив голову, вздыбила траву лошадиная нога…
- Фред, Фред, - его перевернули, обхватили за шею, плечи, приподняли. - Живой? Живой.
- Тайра, - он опять произнес это чинарийское имя. - Вот так встреча…
- Держись, - Тайра сжала руку молодого человека. - Мы тебя вынесем.
- Вынесем! - уверенно тряхнул головой в сверкающем шлеме возникший откуда-то справа Элиас.
- Давайте, - прошептал король и скривился от сильной боли, которая принялась жалить его руку, плечо и спину. - Только смотрите в оба.
- Обижаешь, братец, - ухмыльнулся гвардеец, беря Фредерика на руки.
18.
Линар, рубившийся неподалеку и наносивший ощутимый урон противникам, все видел и поспешил за Элиасом, забыв о своих бранных подвигах. Гвардеец так быстро, как это было возможно, тащил короля из боя. Тайра и две ее девушки-воина прикрывали их отход, саблями и булавами опрокидывая тех, кто пытался напасть.
Они выбрались на более-менее спокойное место, и гвардеец опустил Фредерика на траву. Тот был в сознании, чуть слышно рычал, скаля зубы от боли.
Доктор практически свалился с седла, так торопился-поспешал к своим обязанностям.
- Я ведь предлагал: не соваться, объехать эту заваруху, - бормотал он, сдергивая с короля помятый кистенем и падением латный рукав. - Что теперь? Ну, что теперь?
- Делай дело и не ной! - довольно грубо отозвалась Тайра, зорко следя, чтоб никто им не мешал; через минуту она радостно замахала своим дружинницам, которые погнали врагов с поля боя. - Ги! Ги! - это означало "Бей! Бей!" по-чинарийски.
Капитан поймала повод своей лошади, легко взлетела в седло и приказала дружинницам:
- Вам быть тут! Защищать их! - указала на Фредерика и Линара. - Я - в бой, - опустив забрало, черной птицей понеслась за всадницами.
