class="p1">— Есть множество разных вариантов, вплоть до громадного «скутума», этот самый распространённый. В отличии от лука и стрелы, нуждается в энергетической подпитке, так как при активации окутывается силовым полет, отлично держит выстрелы из лазерного оружия и бластеров. Концентрированные выстрелы из бластера способны его перегрузить, и он превратится в просто железяку. А теперь о странном: в гоплоне есть устройство по работе похожее на то, что в гравитационной перчатке, оно создаёт перед собой гравитационную аномалию, рассеивающую энергию, это делает его полностью неуязвимым для пулевого и болтерного оружия. Пули просто завязнут в аномалии.
— А гравитационные импульсы из копий гоплитов?
— Ещё более бессмысленны, чем пули. Гоплит со щитом — это чертовски крепкий орешек и боец ближнего боя. Мои парни справлялись со строем гоплитов, только закидывая их гранатами. Местные почему-то ими совершенно не пользуются.
— Прям какая-то абсолютная защита. — хмыкнул Легат.
— Похоже, люди, которые раньше тут жили, овладели стихией массы и гравитации. Иначе строительство столь громадной станции как Крит, было бы невозможно. Судя по всему, потомки строителей станции деградировали до такой степени, что не додумались где использовать эту технологию кроме как в оружии, — сказал Венедикт.
— Не удивлюсь, если местные умельцы сами не понимают что производят, а делают свои поделки, как дедушка завещал, — поддакнул Легат.
— Мужчины! — повысила голос на них Нэнси, — может, не будем углубляться в историю, а продолжим разбор и будем слушать меня.
— Извини, Нэнси, продолжай — за всех извинился Венедикт, причём сделал это так галантно, что она покраснела.
Будет время обязательно постараюсь заняться его репродуктивной системой … то есть вылечить от импотенции. А то обидно за тёток, такой генофонд пропадает.
— Броня гоплита — это шлем, кираса, поножны и наручи, всё из лёгких сплавов. Прочность брони оставляет желать лучшего, максимум, что выдержит — это выстрел из стаберного оружия, и то если это рикошет. Открытые участки тела прикрываются жидкой бронёй из нановолокон, формируемых наномашинами, не выдержит даже апперкота в нос кулаком. Но неплохо держит мороз, жару, а также в такой броне можно спокойно выходить в космический вакуум. На этом у меня всё.
Я задумчиво побарабанил по столу пальцами, и всё равно у меня не получилось быть задумчивее, чем Легат. Себе что ли какую-нибудь маску сообразить и щеголять в ней аки тёмный властелин. Дело, в общем-то, швах, нам нужно одолеть гоплитов гоплитами, непривычное оружие, непривычная тактика, непонятно что ожидать, по неопытности мы можем устроить на поле боя бойню, загубив массу своих солдат. Ладно, посмотрим что мне мои советники насоветуют.
— По тактике у нас что?
— Я думаю, хотя бы один экзотанк нам позволят протащить, на них установлены миномёты. В операции на Глубине 500 гранаты неплохо зарекомендовали себя против пехоты. Я предлагаю демонтировать с экзатанков лазерные пулемёты, раз уж они будут бесполезны против их щитов, а освободившееся пространство забить кассетами с минами. Основное бластерное оружие демонтировать не получится, да и ненужно, оно достаточно мощное, может пригодиться. Экзотанки будут ломать строй, а гоплиты добивать раненых и отбившихся, — закончила Нэнси.
— Что бы добивать, нужно подпустить врага достаточно близко, меньше чем на пятьдесят метров. Мы можем задеть осколками мин своих, а если начать обстрел из миномётов раньше, то враг может запаниковать отступить и начать переформирование. У нас боеприпасы раньше кончатся, чем мы их всех перебьём, — сделал замечание Легат.
— Гоплиты наш самый массовый род войск в этом бою. Нехорошо отводить им роль чистильщиков и оставлять в бесславии, — высказался Венедикт.
— Как они тут между собой вообще воюют? — поинтересовался я.
— Я просмотрел записи многих боёв и в общем-то воюют они у себя тут по-разному. И копья они часто применяют по прямому назначению, а не как дополнение к перчатке, — Легат.
— Очень интересно, а по подробнее.
— Если по подробнее, то местные очень хорошо умеют удивлять. Гоплиты конечно основа всей армии, но аристократия каждого полюса любит применять свои особенности. Например, в Спарте выращиваются самые сильные воины-модификанты по типу нашего Венедикта. Спартанцы вообще любят баловаться би-инженерией и создавать химер. Троянцы же наоборот, верят в превосходство машины над плотью, они выпускают самые лучшие боевые импланты и технику. В Фивах аристократические дома поколениями оттачивают боевые искусства, и как результат — здесь зародился новый род войск — фурии, они же амазонки. Ещё Фивы первые из полисов по численности мутантов, но вряд ли их против нас выставят. Минеты активно балуются технологиями пришельцев. Далос совершенно средний по всем параметрам полис, поэтому там всего понемногу. А вот в Афинах производят самых лучших боевых колдунов и искусственных псайкеров. Слоэн — выходцы из Афин, по любому будет колдовство.
— Ну, и что ты предлагаешь?
— Я предлагаю не придерживаться пока никаких тактик и импровизировать по обстоятельствам.
— Ввязаться в драку, а там куда-нибудь вырулим? — Венедикт.
— Именно.
— Хорошо, — хлопнул я в ладоши, завершая военный совет, — Сделаем как вы решите.
Я уже засобирался к выходу, как меня притормозили Дита и Герой.
— А смотр войск? — Гера.
— Какой ещё смотр?
— Сейчас во дворце в специальном зале находятся три сотни гоплитов. Им через три дня за нас умирать. Надо же им какую-нибудь мотивирующую речь толкнуть, — сказала Дита, смотря на меня пронзительно большими глазами. Что они задумали?
— Я не готовился.
— Ты хотя бы поприсутствуй, всё же ты их сюзерен, а речь оставь на меня, — подмигнул Гера.
Я пожал плечами и эти двое повели всю нашу банду по коридорам дворца. Специальным залом оказался временно пустующий склад. Там нас ожидало триста мужиков с квадратными подбородками, все как на подбор подкаченные, здоровые и во вкусе Геры.
— Гера, а по какому критерию ты набирал бойцов? — осторожно спросил я, предчувствуя нехорошее.
— Ну, — Гера улыбнулся и немножко покраснел, — ты же сам рассказывал нам о Фивском священном отряде, ещё на земле они показывали чудеса стойкости. Я подумал что, это будет неплохой идеей повторить тот опыт, особенно зная то, что в местных Фивах священного отряда нет.
— Повторил он, — пробурчала Дита, стукая кулачком Геру в бок, — Тута ещё остался хоть один солдат, которому ты не присунул?
— Дита, у моей любви нет границ.
Гера приобнял Диту за плечи, она даже попыталась изобразить кошачье урчание от удовольствия.
— Только не говори, что они все здесь педики.
— Они не педики, это обученные, натренированные, хорошо организованные боевые пидорасы, к которым в плен страшно сдаваться. Ещё мы их чуть-чуть генетически улучшили, ничего особенного, они немного сильнее, быстрее и выносливее обычных людей.
— И что, все девять сотен такие?
— Нет, это у нас элита.
— Ну,
