попали…
— Ага, прямо ссу кипятком от радости! — Я, наконец, вернулся в свое привычное состояние ворчливого и вечно всем недовольного старикашки. — Ты лучше скажи, как нам отсюда выбраться?
— Не знаю, — покачал головой Вторник. — Я уже говорил, что Портальный Камень имеет лишь один выход в покоях моего Орденского замка. О том, что Портал может вывести в иное место… подобное этому… ничего не известно ни мне, ни моим братьям, ни даже Великому Магистру. Хотя, теоретические предположения, конечно были, — признался тибетец. — Наш Орден обладает довольно обширной библиотекой древних текстов, — пояснил он, — и некоторые дошедшие до нас манускрипты, утверждали, что такое возможно. Порталы могут открываться в совершенно иные места. Но как этого достичь? — Азиат виновато развел руками. — Этого не знают даже Высшие Иерархи Ордена.
— Не знают, или вам, мелким, не говорят. — Я вновь недовольно поморщился. Видали мы таких проходимцев. Но этот поц явно не врет. Да и объегорить оснаба с его-то Даром Высшего Мозголома? Не-а, пупок у Вторника развяжется! Так что наше дело пока полный швах!
— Никто из братьев, даже и Великий Магистр, не упустил бы такую возможность прикоснуться к древним тайнам! — яро возразил диверсант. — А ведь это такая возможность…
— Вон, — я ткнул пальцем в оберштурмбаннфюрера, — стоит один, уже прикоснувшийся к древним тайнам. — И чего-то не видно особой радости на его лице от этого «прикосновения». Может быть, оттого, что передохли все прикоснувшиеся к вашим древним тайнам?
— Я, кажется, понимаю, о чем вы… — Задумчиво произнес Мимар, наконец-то, оторвавшись от мумии великана и бесстрашно взглянув мне в глаза. — И я, кажется, догадываюсь, отчего Портальный Камень не сработал должным образом…
— Не слишком ли много вам «кажется», гражданин хороший? — Я специально не отводил взгляд от темных глаз тибетца, осторожно прощупывая его Ментальную Защиту. Первое, на что я наткнулся — Стена Отчуждения, поставленная явно специалистом своего дела. Но до умения оснаба, натаскивающего меня совместно с профессионалами-Мозголомами экстракласса Капитоновым и Мордовцевым, здесь было как до луны пешком! Я мгновенно нашел несколько брешей в обороне противника, куда при желании мог легко ввинтить свой Ментальный Щуп. Но этого мне пока не требовалось, да и товарищ командир, тоже, думаю, зря свой хлеб не жрет. Покопался уже у говнюка в башке. А после мы с ним все перспективы обсудим.
— Не кажется! — Стоял на своем Мимар. — Я думаю, что всему виной вы, товарищ Хоттабыч, как новое воплощение Асура Святогора! Ведь наши «коллеги» из «Наследия предков» успели провести Ритуал? Не правда ли, герр Хартман? — Адресовал свой вопрос оберштурмбаннфюреру тибетец.
— Я не знаю, сумели ли они довести его до конца, — правдиво ответил Роберт. — Но изменения, произошедшие с… — он запнулся, взглянув на меня с опаской, но все-таки продолжил, называя вещи своими именами, — подопытным экземпляром, были просто поразительны!
— Откуда тебе-то об этом известно? — Надавил я на азиата по-русски, чтобы, если влезет нечто нелицеприятное, не «травмировать» Хартмана. Он нам пока еще совсем не доверяет. Мы для него лишь ценный груз, который нужно просто доствить до места назначения. — Тебя-то там точно не было!
— Мы стараемся обмениваться с братьями по Ордену актуальной информацией, — не стал скрывать Вторник. — И древние манускрипты, прояснившие место упокоения Асура, изначально хранились именно в нашей замковой библиотеке. И именно наши специалисты консультировали коммандера Пласмана, позже возглавившего экспедицию «Аненербе» в Рипы, по некоторым спорным вопросам проведения Ритуала воскрешения Бессмертного Духа Асура.
— Так вот в чем прикол! — Мне стал, наконец, понятен «шкурный интерес» этих смуглокожих тибетских «арийцев»[196]. — Вы решили провернуть опасное мероприятие по воскрешению древнего демона чужими руками! Ведь это логично: зачем рисковать своей немногочисленной братией, если можно подставить союзников под рискованный эксперимент! — Хоть и по невозмутимому лицу серьезно подготовленного диверсанта сложно было что-либо понять, мне стало ясно — я попал «в яблочко» с первой попытки. Да и не убранный до конца из его головы мой Ментальный Щуп четко реагировал на его тщательно сдерживаемые эмоции. — Ведь я прав, не так ли?
— Вы через чур проницательны, господин Хоттабыч, — не дернув ни единым мускулом, произнес старший послушник. — Да, мы стараемся не рисковать нашей братией понапрасну. Нас слишком мало!
— А их, значит, слишком много? — Я стрельнул глазами в сторону Хартмана. — Можно и немного проредить?
— Они могут себе это позволить… — ни на йоту изменившись в лице, произнес диверсант. — Очевидную выгоду же, если она последует — получат все стороны без исключения!
Оно и понятно — те еще двуличные твари! И нашим, так сказать и вашим!
— А если не получат, тогда «пусть»… — Я уже откровенно потешался.
— Господа! — Вмешался в нашу продуктивную беседу оберштурмбаннфюрер. — А нельзя ли перейти на немецкий? Я не понимаю, о чем идет речь!
— Боишься прошляпить что-нибудь важное, Робка? — Обернулся я к немцу.
— Да, боюсь! — честно и прямолинейно, как настоящий вояка, ответил он. — К тому же, мы до сих пор одна команда? Не так ли, господин оснаб?
— Мы одна команда, — подтвердил командир. — Господа Маги, прошу вас впредь общаться только по-немецки! — демонстративно напыщенно произнес он, корча из себя блистательного аристократа на светском приеме. Впрочем, командир им на самом деле и являлся. Князь, итить его за ногу! — Чтобы все члены нашего небольшого отряда понимали, о чем речь! Обсуждаемая информация может оказаться жизненно важной! Спасибо за внимание!
— Мы, Робка, — перейдя на немецкий, произнес я, — обсуждали возникшую проблему нашего переноса в это поистине чудесное место. Ну, это Мимарка так считает…
— Вы действительно не понимаете, как нам всем повезло? — Вновь завел свою шарманку азиат. — Причаститься древних тайн выпадает далеко не каждому!
— Мне уже выпало, — недовольно проскрипел я, — ты хоть знаешь, что это за гигантский сушеный урюк, к которому нас неожиданно в гости замело?
— Точно не знаю, но могу попытаться предположить… — ответил старший послушник, поднимаясь на ноги.
Он вполне себе оклемался и сейчас ничуть не напоминал того болезненного доходягу, что выполз из коридора буквально десяток минут. Сейчас он держался куда увереннее, а его движения приобрели опасную плавность опытного убийцы. Глаз, да глаз за этим деятелем нужен!
— Ну, давай-давай, предполагай, профессор кислых щей! — едко просипел я, подначивая диверсанта.
Тибетец, наплевательски перешагнув через обезглавленное тело бедолаги Вревского, подошел к мумии Асура и, наклонившись, заглянул в его обтянутое сухой кожей лицо. Его пытливый взгляд внимательно пробежался по плавным изгибам вороненых доспехов, необычной конструкции, которые не смогла пробить даже пистолетная пуля, а после остановился на гигантском мече, что так лихо снес голову неудачливому ротмистру. Меч Мамир рассматривал куда более пристально, чем все
