Андрей соединил свою судьбу с драконьей кровью. Это… перевернёт многое.
Ло Иньюй шагнула ближе, её платье прошелестело о ковёр.
– Перевернёт, да. Но не стоит забывать – вместе с силой приходят и враги. Теперь против нас будут идти не только завистники и соперники, но и те, кто боится пробуждения драконьего рода. – Она посмотрела прямо в глаза Соль Хва, и в её взгляде была холодная решимость. – Это союз не только сердца, но и войны.
Хун Линь слушала их, и в её душе нарастало странное чувство. Сначала ревность давила её, словно тяжёлый камень, но постепенно в ней вспыхнуло другое осознание.
– Если подумать… – Медленно сказала она. – То мы тоже получаем от этого больше, чем теряем. Его сила, его статус, теперь – родство с Цзяолин… Это поднимет нас выше, чем любая политическая игра наших семей могла бы.
И впервые три женщины, каждая по-своему связанная с Андреем, начали смотреть не как соперницы, а как союзницы. Да. Ревность оставалась. Её нельзя было стереть. Она жила в их сердцах. Шептала… Искрила… Но поверх этого выстраивался иной пласт – холодный расчёт, чёткое понимание, что теперь они – жёны мужчины, которого можно назвать не просто мастером, не просто героем, но воплощением новой эпохи. Род Дракона. Соль Хва поднялась, её шаги были уверенными.
– Пусть будет так. Мы примем это. – Она впервые улыбнулась, хоть улыбка эта была тенью от настоящей. – Если Андрей выбрал Цзяолин, значит, она тоже часть нашего пути. Мы – его жёны. Значит, будем идти вместе.
Ло Иньюй и Хун Линь переглянулись, и каждая медленно кивнула. В зале вновь воцарилась тишина. Но это была уже не тишина шока. Это была тишина согласия, в которой рождался новый замысел. Теперь их род – действительно стал родом Дракона. И каждая из них понимала тот факт, что от этого дня их жизни уже не будут прежними.
………..
Андрей вошёл в зал.Ветер из открытой галереи, ведущей в сад, принёс с собой запах ночных цветов и лёгкий шорох бамбука. Снаружи луна висела над черепичными крышами, словно серебряное зеркало, и её свет ложился на плечи Андрея, придавая ему величие, будто он и вправду вышел из древних легенд.
Но трое женщин, сидевших в зале, не смотрели на луну. Их взгляды были прикованы только к нему.
Соль Хва поднялась первой. Её глаза сверкали, но голос был ровным:
– Ты даже не подумал сказать нам заранее, Андрей.
Он замер, задержал дыхание. Казалось, он ожидал подобной реакции, но всё равно был готов принять удар.
– Я знал, что это будет нелегко для вас. – Ответил он тихо, но твёрдо. – Но выбора не было.
Ли Иньюй холодно улыбнулась, в её движении была сталь, как в клинке.
– Не было? – Она чуть приподняла подбородок. – Или ты сам не захотел искать другой путь?
Андрей шагнул вперёд, и свет фонарей скользнул по его лицу. Он остановился перед ними, так, чтобы видеть каждую.
– Цзяолин… Она не просто женщина. Она – хранительница драконьей крови, её судьба тесно переплетена с моей. Мы сражались рядом, и между нами образовалась связь. Но это не было просто прихотью. Это – клятва, данная перед Небесами.
Хун Линь не выдержала и перебила, её голос дрожал от волнения:
– Клятва? Ты поклялся ей?
– И она мне. – Андрей кивнул. – Это союз не только брака. Это союз силы.
Соль Хва прижала ладонь к груди. Её сердце колотилось – смесь ревности и гордости боролась внутри. Она шагнула ближе и заглянула ему в глаза.
– Ты понимаешь, что сделал? Теперь мы – род Дракона. Это возвысит нас… Но и обрушит на нас ненависть. Твои враги станут и нашими.
Андрей положил руку ей на плечо. Его ладонь была тёплой, но тяжёлой, как печать.
– Я понимаю. Но я никогда не позволю врагам коснуться вас.
Ло Иньюй рассмеялась – коротко, звонко, но смех её был острым.
– Никогда не позволишь? Андрей, ты говоришь так, словно можешь вечно стоять между нами и всем миром. Но ты человек, пусть и особенный. Даже дракон не может защитить всех, кого любит.
– Да. – Андрей не стал спорить. – Но я постараюсь. А если и упаду… То сделаю всё, чтобы мой род жил дальше. Ведь вы – часть этого рода.
В зале стало тише. Даже ветер за окнами замер. Хун Линь опустила взгляд, а потом тихо произнесла:
– Значит, и мы должны научиться быть не просто жёнами… а опорой твоего рода.
Андрей коротко кивнул, и в его глазах впервые за всё время мелькнула слабая тень усталости. Он протянул руки вперёд, и все три женщины – каждая с сомнением, каждая со своей гордостью и ревностью – подошли ближе. Он взял их ладони, и они замкнулись в едином круге.
– Я не жду от вас смирения. – Сказал он. – Я жду силы. Ревность – естественна. Боль – тоже. Но если мы хотим, чтобы род Дракона выстоял, нам придётся идти вместе.
Его слова прозвучали так искренне, что в груди у Соль Хва сжалось сердце. Ло Иньюй впервые отвела взгляд, не желая, чтобы он увидел, как в её глазах дрогнул лёд. А Хун Линь тихо сжала его руку – не от нежности, а от решимости.
И в этот миг они впервые ощутили не просто ревность и зависть, но и гордость. Да, теперь их судьбы переплелись с судьбой драконьего рода. И впереди их ждало больше врагов, больше испытаний. Но в этом зале, при лунном свете и шелесте бамбука, рождался новый союз. Ведь род Дракона обрел не только силу Андрея и Цзяолин, но и единство тех, кто стоял рядом с ним.
………..
Вечер был тих и спокоен. В одном из внутренних павильонов резиденции Андрея, где окна выходили на сад, залитый серебристым светом луны, на низком лакированном столике уже стоял поднос с изысканным фарфоровым сервизом, наполненный ароматным чаем с лёгкой горчинкой. Служанки бесшумно исчезли, оставив хозяина и его четырёх жён наедине. Слуги бесшумно принесли низкий лакированный столик, на котором в резных пиалах задымились ароматные чаи. Снаружи в саду перекликались ночные цикады, а фонари из белого рисового шелка отбрасывали мягкое сияние.
Андрей сидел во главе, чуть в стороне, но не как господин, а как хозяин дома, приглашающий равных к своему столу. По правую руку от него разместилась Соль Хва – её взгляд был спокоен, но в глубине глаз светилось беспокойство. Чуть дальше, ближе к краю, расположилась Ло Иньюй. Она сидела прямой спиной, словно бы вся
