Читаем без скачивания 100 великих украинцев - Коллектив авторов

Бросив Коммерческий институт, Довженко много рисует, надеясь перейти в Архитектурный институт, но его направляют в Харьков в распоряжение Наркомата заграничных дел. Вначале он работает в Варшаве при русско-польско-украинской репатриационной комиссии, а с весны 1922 г. — в Берлине секретарем генерального консульства УССР в Германии. Через несколько месяцев, получив от Наркомоса стипендию, Довженко поступает в частное художественное училище, планируя с осени учиться в Академии художеств в Берлине или Париже. Возвратившись летом 1923 г. в Киев, он получает неожиданное назначение дипкурьером в Кабул, но из-за семейных обстоятельств вместо Афганистана попал в Харьков, где он становится художником-иллюстратором газеты «BicTi ВУЦВК». Из партии его исключают за непредоставление документов на «чистку»; присланные из Берлина, они найдутся случайно через несколько лет в партийном архиве… Но в партии А. Довженко уже восстанавливаться не станет.

Зарабатывая в Харькове иллюстрированием книг и периодических изданий, Довженко близко знакомится с кругом харьковских литераторов, которые группируются вокруг редакций «Вістей» и «Селянської правди», становится членом «Гарта», литературной организации ВАПЛИТЕ. Тогда же начинает рисовать плакаты для украинской киноорганизации ВУФКУ и все больше увлекается перспективами кинематографии как «самого массового, самого демократичного искусства».

«В июне 1926 года я просидел ночь в своей мастерской, подвел итоги своей неустроенной тридцатилетней жизни, поутру ушел из дома и больше не возвратился. Я выехал в Одессу и устроился на работу на кинофабрику…»

То, что делалось в 20 годы на некогда знаменитой Одесской кинофабрике, было столь беспомощным и безнадежным, что Довженко, который ни дня не работал в театре ни режиссером, ни даже актером, который редко бывал в кинотеатрах и совсем не был осведомлен с теоретическими и практическими, творческими и производственными сторонами кинопроизводства, сразу начинает работать режиссером. «Я подумал: если я вижу, что это плохо, и знаю, что именно плохо, значит не такой уже я беспомощный. Больше того, я просто возьму и сделаю лучше».

Начиная работу в кино, Довженко был намерен работать исключительно в комедийном жанре. Он пишет комедийный сценарий «Вася-реформатор», снимает по собственному сценарию 500-метровую «пробную» ленту «Ягодка любви». Мечтая об обновлении жанра, отмечает: «У нас комедийных персонажей почему-то лишают ума, а нужно совсем наоборот. Комедийный характер ничего общего с умственной отсталостью не имеет». Но первым его фильмом становится в 1927 г. приключенческая лента «Сумка дипкурьера».

1928 год благодаря А. П. Довженко можно считать годом рождения украинского национального поэтического кинематографа: на экраны вышел его фильм «Звенигора» — киноэпопея об исторической судьбе украинского народа. «Картину я не сделал, а спел, как птица», — напишет он в Автобиографии.

Сделанный на одном дыхании, за сто дней, фильм, чрезвычайно сложный по своему строению, сразу показал широкий диапазон творческих возможностей А. Довженко. Не ориентируясь на существующие уже к тому времени определенные правила киноискусства, ибо просто не знал их, он сразу попробовал «раздвинуть рамки экрана, отойти от шаблонного рассказа и заговорить, так сказать, языком больших обобщений». И был горько поражен, что зрители, в отличие от художественной общественности, ленту не приняли.

Сценарий М. Йогансена Довженко переработал настолько, что писатель «демонстративно снял своё имя». Это становится началом расхождения Довженко с харьковскими писателями, вследствие чего он дальше будет снимать картины лишь по собственным сценариям. С кинематографа А. Довженко начинается авторский кинематограф Украины.

В основу сюжета следующего фильма «Арсенал» (1929) он положил события Киевского январского вооруженного восстания 1918 г. Это было сугубо политическое задание, исполняя которое Довженко чувствовал себя политработником. Он сознательно суживает кинематографические рамки и все еще оперирует «не типами, а классовыми категориями, стискивая материал под давлением многих атмосфер». Патетическое восприятие действительности, присущее мастеру, превращает «Арсенал», при всей его политической заангажированности, в почти документально правдивый фильм о трагической попытке построения Украинского государства, раздавленного красными рабочими и матросами, обманутыми, как он сам прежде, революционными лозунгами.

Результат снова был неожиданным для художника — «Арсенал» не восприняла писательская общественность…

В 1930 г. А. Довженко переходит на Киевскую киностудию, где ставит фильм «Земля» — восторженный гимн человеческому героизму, человеческому труду, глубине и силе человеческих мыслей, чувств, страстей. Рисуя средствами черно-белого немого кино отчаянную классовую борьбу, новейшие преобразования на селе, художник создает один из непревзойденных шедевров мирового кинематографа. О Довженко начинают говорить как о классике. И в то же время появляется сокрушительный фельетон Демьяна Бедного «Философы», после которого Довженко «буквально поседел и постарел за несколько дней». Ошеломленный начатой травлей тридцативосьмилетний художник не только седеет, но и всерьез думает о самоубийстве. Безнадежность усиливают все более частые чистки, политические процессы, «изобличения» и уничтожение деятелей культуры… А он продолжает, поднимаясь над ужасами настоящего, мечтать, писать, говорить с экрана о будущем и прошлом Украины, о ее людях.

На несколько месяцев Довженко удается выехать в заграничную командировку, откуда он возвращается с намерением снять фильм об Арктике. И ему велено написать «что-нибудь такое» о современной украинской жизни к очередной годовщине Октября. Находясь все еще под влиянием фельетона, за двенадцать дней он пишет сценарий (как сам считал — неудачный) и начинает съемки своего первого звукового фильма «Иван» (1932). Чтобы сдать фильм к дате, ему приходится просидеть за монтажным столом без сна 85 часов подряд. Фильм, отмеченный эпической трактовкой темы, увлекающий утверждением духовного величия человека, вышел, с точки зрения автора, «сыроватым и рыхлым». Некачественная аппаратура и необученность работников сказались на низком качестве звука; фильм цензура изрезала и фактически запретила.

«Занесенный в лагерь биологистов, пантеистов, переверзенцев, спинозистов…. отнесенный в лагерь бесплодной буржуазии как ограниченный обыватель-попутчик», лишенной возможности преподавать в Киноинституте, где его студенты были объявлены контрреволюционерами в кино, Довженко уезжает в Москву, «чтобы не жить в украинском окружении, не быть одиозной фигурой» в среде, где «пролетарское течение в кинематографе закрепили за собой члены партии режиссеры Курдюм и Капчинский»…

В Москве доведенный до отчаяния А. П. Довженко, пытаясь спастись от планомерной травли, пишет письмо Сталину.

Наивная попытка самосохранения оказалась действенной. Довженко зачислен в творческий состав «Мосфильма» и в скором времени с женой — известной актрисой кино («Аэлита») и ассистентом Юлией Солнцевой и писателем А. Фадеевым выезжает на Дальний Восток. Воодушевленный безграничными пространствами и монументальным размахом строек, к которым всегда тяготела его «архитектурная ипостась», Довженко создает за два с половиной месяца литературный сценарий «Аэроград» и обращается с прошением лично прочитать его Сталину.

Фильм, который раздвигает границы обыденности, в котором объединены элементы фантастики, утопии и горькая, беспощадная правда о людях, был закончен в 1935 г. Специалисты мирового кинематографа считают ленту выдающейся, одним из самых высоких достижений художника, который, относясь с детской доверчивостью к лживым обещаниям «светлого будущего», словно не замечал страшной трагедии реальных строителей «аэроградов», днепрэльстанов, бамов, гулагов… (Чего стоит лишь одна довженковская фраза из статьи 1935 г. «Почему я создал „Аэроград“? Построили же Магадан на побережьи Охотского моря удивительно быстро, и всем нравится, и все рады…»).

Одновременно с напряженной сценарной и режиссерской деятельностью, Довженко занимается общественной работой: председательствует во Всесоюзной творческой секции работников кино; организовывает Дом кино в Москве. Представив проект реконструкции Брест-Литовского шоссе и еще нескольких киевских улиц и площадей, вводится в состав правительственной комиссии по реконструкции Киева.

По личному указанию Сталина в 1936–39 г. А. Довженко работал над героической киноэпопеей «Щорс», что для художника в страшные годы репрессий было своего рода индульгенцией. Спорная, до сих пор окончательно не понятная личность коммуниста-фельдшера, который возглавил на короткое время 44-ю стрелковую дивизию, предал народного героя комдива Василия Боженко, душным летом 1919 г. погиб странной смертью будто бы на Волыни и был почему-то похоронен аж в Саратове, стала в воплощении А. Довженко украинской версией легендарного «Чапаева». И все же, объявив в написанной в 1939 г. Автобиографии «Щорса» лучшим своим фильмом, Довженко пишет, что ему «образ Боженко было легче создавать, чем образ Щорса»….