на тренировку с этими… командующий, как мы решили их назвать? – обратился Гэвин к Железному Кулаку.
– «Морские колесницы».
Гэвин кивнул:
– У противника куча пушек, и можно не сомневаться, что на борту есть извлекатели, возможно, в большом количестве. Могут быть и выцветки, а у них в рукаве могут оказаться штучки, каких вы никогда не видели. Лучше считать, что пушки уже заряжены, хотя, возможно, нам повезет и фактор внезапности будет на нашей стороне. Приближаемся вразбивку. Постарайтесь обрезать им ванты и поскорее подпалить паруса. Перемещаться вокруг корабля будем посолонь, чтобы не сталкиваться друг с другом. Главная задача – потопить флагман. Если в бой вступят другие корабли, их бы тоже неплохо вывести из строя, но не рискуя жизнью. Наша лучшая защита – быстрота передвижения, но лучше рассчитывайте на то, что поначалу вы будете промахиваться; двигаясь на такой скорости, трудно держать прицел. Ну сами разберетесь. Не замедляйтесь слишком сильно, иначе вы упустите свое главное преимущество и превратитесь в одного-единственного извлекателя против целого корабля – возможно, набитого мушкетерами, мы не можем знать наверняка. Борта каждой палубы защищены толстыми щитами, и пока они не будут подожжены или разбиты, не ждите большого эффекта от ваших гренад. На мачтах расположены четыре «вороньих гнезда», достаточно больших, чтобы там поместилось несколько стрелков или цветомагов. На корме восемь крупнокалиберных пушек, причем две из них могут наводиться вниз, чтобы поражать достаточно близкие цели. Еще десять мелкашек расположены за дверцами портов, которые будут закрыты вплоть до момента, когда пушки будут готовы к стрельбе. Ах да, и зовут этого красавца «Гаргантюа». Вопросы есть?
– Где и когда мы снова собираемся? – спросила жилистая женщина с жестким взглядом и в дредах.
– Через час, приблизительно на этом месте. Если в сражение вступят другие корабли, то в лиге к востоку от самого восточного из них. У нас с командующим есть бинокль, так что мы вас сами найдем. Если нас потопят, у капитана гвардии Бланта имеется еще один. В случае если вы окончательно потеряете друг друга, пробирайтесь вдоль аташийского берега до тех пор, пока не откроется возможность вернуться в Хромерию… Да, Азиф?
– Сэр, – спросил бритоголовый юноша, – я правильно понимаю, что все извлекатели, какие нам попадутся, также являются перспективными целями? Чтобы к ним в руки не попали сведения о наших «морских колесницах»?
Гэвин ответил не сразу. Кип понял, о чем спрашивал молодой гвардеец: необходимо ли им проследить за тем, чтобы ни одного извлекателя не осталось в живых? Ведь цветомага невозможно взять в плен, поскольку нет способа его разоружить.
– Если они просто увидят наши «колесницы», этого будет недостаточно, чтобы их воссоздать. Не подвергайте себя ненужному риску. Хотя уничтожение извлекателей и входит в наши планы, это не первостепенная задача. Каждый из вас более ценен для меня живой, чем пятьдесят мертвецов с той стороны. Это ясно?
Было видно, что они понимают. Все же в первую очередь они были не элитными военными, но элитными гвардейцами, чьи ряды и так поредели под Гарристоном. Черной гвардии они были нужны живыми.
– Что ж, тогда двинулись! Потопим этих пиратов!
Гвардейцы разразились одобрительными возгласами. Один лишь Перекрест позабыл к ним присоединиться: он озирался вокруг, натянутый как струна.
Гэвин вытащил свои бесценные ножи-пистолеты и обернулся к Кипу:
– Не подержишь минутку?
Кип насупился, вспомнив, как в последний раз едва не утопил их в море.
– Шучу, Кип, шучу.
Кип улыбнулся.
– На вот, держи.
Гэвин передал ему какой-то сверток. Развернув его, Кип обнаружил, что это пояс с прицепленным к нему кожаным мешочком, который предполагалось носить на бедре, как кобуру. В мешочке оказались семь пар цветных очков, разложенных в порядке спектра, каждая в собственном кармашке с бархатной подкладкой. На кармашках были нашиты маленькие выпуклые серебряные руны, чтобы можно было на ощупь определить, какие очки ты собираешься вытащить.
Кип поглядел на отца широкими глазами. Один такой набор очков стоил целое состояние, но эти вдобавок выглядели очень древними!
– Постарайся не потерять под-красные и сверхфиолетовые, – попросил Гэвин. – Такие очки мы больше не умеем делать.
Кип вытащил под-красные очки, нацепил их – и ахнул, тут же поняв, что имел в виду его отец. Обычно, чтобы увидеть тепловое излучение, требовалось расслабить глаза и расфокусировать взгляд. А в этих очках Кип мог видеть одновременно и в под-красном, и в видимом спектре!
– Чтобы извлечь под-красный, тебе все же придется расслабить глаза, но находить хорошие источники с этими очками гораздо легче, – пояснил Гэвин.
Он нацепил пояс на Кипа и показал, как можно одним движением быстро вынуть очки, раскрыть их, встряхнув кистью, и надеть на переносицу. Потом так же стремительно смахнул с себя надетую пару очков, таким же движением сложив одну дужку, и тут же нацепил другие, сунув снятые в надежный кармашек.
После этого Гэвин вручил Кипу бинокль и сказал:
– Ты можешь извлекать, когда начнется бой, но я хочу, чтобы в первую очередь ты смотрел по сторонам. В бою легко потерять широту обзора, даже мне. Я буду править лодкой, извлекать, отдавать приказы и уворачиваться от выстрелов, так что ты остаешься сам по себе. Если вдруг появится еще один корабль, готовый разнести нас в щепки бортовым залпом, я могу даже не заметить этого. Так что гляди в оба, понял?
– Так точно, сэр!
Кип не знал, что еще сказать. Ему хотелось поблагодарить отца за очки, но Гэвин, кажется, не ждал от него благодарности. Он подошел к трубкам и взмахом руки приказал людям приступать. Теперь, когда каждый действовал сам по себе, большой глиссер разогнался за несколько секунд. Вскоре они уже неслись по волнам на невообразимой скорости.
Перед ними показался «Гаргантюа», стремительно вырастая в размерах. Кип увидел, как раскрылись пушечные порты на корме и из них высунулись большие – огромные! – дула орудий.
– По моей команде! – крикнул Гэвин. – Ждем… Ждем!
Глава 99
Как обычно, Лив проснулась рядом с Зимуном. Стояло раннее утро, и дыхание юноши было ровным, размеренным. Обычно он спал крепко. Их шатер был невелик – едва хватало места, чтобы встать в полный рост, – а спали они прямо на земле, на груде наваленных мехов и одеял. Лив осторожно отодвинулась, стараясь не разбудить Зимуна. Он настаивал на том, чтобы она спала нагишом, и порой начинал новый день с того же занятия, которым заканчивал прежний. Ей льстило ощущать себя настолько желанной, хотя порой Лив думала, что, возможно, попросту оказалась для него наиболее удобным способом удовлетворять свои аппетиты.
Она мигнула, почувствовав неожиданную перемену в окружающей атмосфере, дыхание ветерка, слишком свежего для закрытого шатра.
У откинутого полога, в обрамлении утреннего света, виднелась фигура Цветного Владыки. Он поднес к губам палец, приказывая ей молчать, чтобы не разбудить Зимуна. Потом жестом показал, что она должна идти за ним.
По телу Лив прокатилась жаркая волна стыда. Она чувствовала себя шлюхой, которую отец застиг с парнем, которого она даже не любила. Чтобы справиться с нарастающим чувством, Лив поспешно извлекла сверхфиолетовый. Это было все равно что первая затяжка крысьей травой с утра пораньше, за исключением того, что от люксина в голове прояснялось, а не наоборот. Конечно
