– Нет, этого нельзя! Мне нечего и говорить после того, как вы вчера объявили мне, что я могу требовать ваше сердце, ваше состояние – все, кроме этой бумаги. Мне нужна была она как доказательство.
– Не будьте несправедливы, Сара! Не ворчите на меня. Что вы хотите сказать? Дело идет о пари, о доказательстве. Доказательстве чего?
– На прошлой неделе у меня был разговор с одной дамой относительно вас.
– Меня?
– Да, вас! Эта дама оспаривала у меня ваше внимание. Дело дошло до пари, и я обещала доставить доказательство вашего ко мне внимания. Я должна была попросить у вас какую-нибудь бумагу из вашего архива или копию с нее. Назначен был номер семьсот тринадцать. И теперь результат этого таков: я вижу, что ошиблась в вас, и, значит, проиграла пари.
– Но что за странная идея пришла вам – держать пари о бумаге? Отчего вы не назначили вместо этого какой-нибудь убор, экипаж, лошадей?
– О лошадях и уборах держат пари разбогатевшие лавочницы, маркиз, – возразила оскорбленным тоном Сара. – Для нас нужно что-нибудь не совсем обыкновенное. Теперь я знаю, что я ошиблась в вас.
– Но, друг мой, обдумайте хорошенько…
– К чему? – прервала Сара. – Разве теперь не все уже ясно?
– Ищите какое-нибудь другое доказательство. Вы знаете, что я готов положить к ногам вашим все.
– Все! Опять все! – сказала с насмешливой улыбкой Сара. – Это «все» все равно, что ничего. Поэтому-то я и требую от вас эту ничтожную бумагу, не имеющую никакого значения!
– Вы называете ничтожными государственные бумаги!
– Но ведь нужна только копия.
– Нет! Это невозможно!..
– Довольно, маркиз, перестаньте говорить об этом, – прервала поспешно Сара.
– Вы сердитесь на меня, мой друг?
– Нет, – отвечала сухо Сара.
Маркиз пытался было продолжать разговор, но Сара ясно дала понять ему, что его присутствие для нее нисколько не приятно.
– Я оставляю вас, миледи. Надеюсь, что ваша немилость будет непродолжительна.
– Она продолжится до тех пор, пока я буду чувствовать, что ошиблась в вас.
– Сара!
– Милостивый государь!
– Я вижу, сегодня ничего нельзя от вас добиться. До свидания, мой дорогой друг.
Маркиз вышел.
– А, ты отказал! – прошептала Сара. – И ты, может быть, думаешь, что я позволю тебе надоедать мне своим присутствием. О! Ты будешь жестоко наказан! Хорошо, что у меня есть еще другая возможность добиться этой бумаги.
С этими словами Сара позвонила.
– Заложить карету! – приказала она вошедшему слуге и пошла в уборную, чтобы переменить туалет.
Она надела дорогой бриллиантовый убор, подарок герцога Норфолка, и оделась с роскошной простотой, отличающей аристократок.
Через несколько минут экипаж был готов, и Сара приказала везти себя к герцогу Норфолку.
Едва вошла она в приемную, как сам герцог поспешил выйти ей навстречу.
Он был неравнодушен к прекрасной леди Страдфорд.
– Милости просим, дорогой друг! – сказал он, увидя ее. – Как я рад, что вас вижу. Я уже собирался ехать к вам, чтобы узнать о вашем здоровье.
– Я знаю, что вы мой истинный друг, по крайней мере, я надеюсь, что это так, – отвечала Сара. – Впрочем, может быть, я ошибаюсь.
– Что за вопрос!
– Этот вопрос и мое неожиданное посещение – все это следствие одного неприятного сна, который я видела в эту ночь.
– Но что это за сон, который мог вас так обеспокоить?
– Мне приснилось, что вы любите другую и не думаете более обо мне.
– Что за идея!
– Я не могла уснуть всю ночь. Какой-то внутренний голос говорил мне: «Ты безумна, герцог уже забыл о тебе!» Но в то же время другой голос повторял: «Он любит тебя!»
– И этот голос не лгал, моя дорогая Сара! К чему было напрасно беспокоиться, лишать себя сна! По вашему лицу видно, что вы утомлены.
– Тогда мне пришла в голову мысль, – продолжала Сара. – Я должна достать доказательство безосновательности моего беспокойства. Но какого рода доказательство?
– Доказательство моей верности вам, моя дорогая? Если оно нужно, требуйте, что хотите, я с удовольствием дам вам его.
– Вы думаете о жертве, о драгоценностях, а я думаю о доказательстве любви, которая не имела бы никакой материальной ценности. Сегодня утром я увидела во сне…
– Что же?
– Число.
– Число – и доказательство моей любви к вам? Как связать это, мой дорогой друг?
– Вы сейчас это узнаете, герцог. Я видела во сне число 713 на одном письме или бумаге.
– Странный сон! Что же далее?
– Тогда я подумала, что я должна просить у вас как доказательство вашей любви бумагу с номером 713 из вашего архива.
– Странная просьба!
– Назовите это женским капризом, герцог, но только дайте мне это доказательство, успокойте меня! Дайте мне бумагу с номером 713.
– Но, дорогой друг мой, этого никак нельзя сделать, – уверял герцог в сильном смущении. – К чему вам эта, ничего не значащая бумага?
– Поэтому-то я ее и прошу, что она не имеет никакой цены.
– Но выберите лучше какое-нибудь другое доказательство, дорогая моя Сара. Требуйте убор, который носит только королева, требуйте мое имение Рамгет! – вскричал герцог. – Все, все я с радостью отдам вам!
– Я ничего не хочу другого. Я не хочу, чтобы существовала даже тень подозрения, что, требуя этого доказательства, я хочу только обогатиться за ваш счет, – прервала Сара. – Поэтому-то я и прошу именно эту бумагу.
– Но это невозможно!
– Неужели нельзя дать даже копию?
– Даже и копию! Ведь содержание этих бумаг – государственная тайна.
– Тем более я буду настаивать на моей просьбе.
– Но что это за странней каприз!
– Значит, вы не хотите исполнить мою просьбу? Это подтверждает справедливость моих опасений.
– Требуйте все, все что хотите, кроме этого!
Бледность покрыла лицо Сары.
– Благодарю вас, герцог, – сказала она, вставая с кресла, – благодарю вас, теперь я знаю достаточно. Прощайте!
– Но… прошу вас, дорогая моя Сара…
– Леди Страдфорд! – поправила гордо Сара.
– Вы поймите…
– Довольно, герцог.
– Останьтесь хоть одну минуту.
– Ни одной секунды. Прощайте, герцог.
Герцог был в отчаянии.
Сара гордо и спокойно вышла из его кабинета и поспешно вернулась домой.
В этот день ее надежды уже два раза были обмануты. Это поражение было невыносимо. Она считала, что ни герцог, ни маркиз не осмелятся отказать в ее просьбе, и жестоко ошиблась. Она не знала, что они не могли исполнить ее желания, не подвергаясь сами тяжелой ответственности.
Дома Сару ожидала новая неприятность. В ее отсутствие явился адмирал Страдфорд.
