что наделал много глупостей в жизни. Но с тех пор как поселился на ферме, я изменился. Я стал другим человеком. Правда!
Ларс подавил смех. Сколько раз он уже слышал эту фразу…
После того как продиктовал Ларсу номер телефона, Нильс внимательно посмотрел на Ину.
— Я не плохой человек, поверь. Ты меня выдашь? Расскажешь остальным?
Она выдержала его взгляд. В ней пропадал блестящий игрок в покер. На лице не читалось ни единой эмоции.
— Зачем мне это? Ты отличный пекарь, есть у тебя образование или нет. — Она провела большим и указательным пальцами по губам, будто закрывая рот на замок. — От меня никто ничего не узнает.
Ларс закончил. Он поднялся, и Нильс тоже хотел встать.
— Сиди. Я знаю, где выход. — За полицейским последовали Гус и Ина.
Закрыв за собой входную дверь, женщина долго смотрела на Ларса, но ничего не говорила.
— Ты разочарована? — спросил он, нарушая молчание. — Из-за того, что он не убивал Матса?
— Конечно нет. — В ее тоне прозвучало раздражение, но она сдержанно разглядывала коврик у двери с надписью «Välkommen»[61]. — Правда, в таком случае у вас бы не осталось причин удерживать Агнету.
— Да, верно. — Ларс вынужден был признать, что и сам немного разочарован. Ему бы очень хотелось избавить Агнету от неприятностей. Полицейский на мгновение отвернулся от Ины, а затем снова повернулся к ней. — Ах да, вспомнил. Недавно ты упомянула таинственный звонок.
Ее лицо изменилось.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — чересчур быстро ответила она.
— Хм. — Ларс почесал подбородок. — А тот парень, — продолжил он, и уголок ее рта дрогнул, — Янис, верно?
Нерешительный кивок.
— Могу я с ним пообщаться?
— Он уехал, — последовал незамедлительный ответ.
А потом она отвернулась и ушла. Похоже, внезапно куда-то очень заторопилась, потому что шла довольно быстро. Ларс еще долго смотрел ей вслед. Лучше ему приглядывать за этой немкой.
Часть 14
ШВЕДСКИЙ ДЛЯ НАЧИНАЮЩИХ
Gammelmormor
Мама — это mor, бабушка — mormor. Таким образом, по шведской логике, прабабушка — это gammelmormor.
А gammelfarfar — это прадедушка.
Глава 38
Ина не представляла, как на самом деле будет проходить передача денег, но, по крайней мере, эта конкретная передача соответствовала всем стереотипам.
Она нервничала как никогда. Во что она только ввязалась? У нее было столько возможностей уехать с фермы Тингсмола, оставить все позади и зажить более или менее беззаботной жизнью в любом другом уголке планеты. Но нет, ей снова понадобилось лезть в первые ряды и все брать на себя! И вот Ина услышала собственный голос, прозвучавший гораздо смелее, чем она на самом деле себя чувствовала.
— Сначала мальчик, потом деньги.
Чтобы как-то подкрепить свои слова, она скрестила руки на груди. Ей было холодно, хотя стоял чудесный теплый летний вечер. Однако этот холод исходил не столько извне, сколько из глубины ее души. Дело, в которое она впуталась, граничило с абсолютным безумием. Выстроившись в ряд, как трубы органа, Эбба, Ина и Сванте стояли перед старым микроавтобусом, на котором Кнут когда-то развозил товары по округе. Кнут, чья смерть, скорее всего, вовсе не несчастный случай. Зависшая над ними полная луна освещала сцену гораздо ярче, чем хотелось бы Ине.
Надо отдать похитителям должное: они хотя бы были пунктуальны. Ровно через два дня после того рокового звонка байкеры снова связались с ними и назначили встречу на следующий же вечер.
Местом для передачи денег выбрали заброшенный кемпинг посреди леса, к которому вела единственная грунтовая дорога. Ина пыталась представить, какой оживленной когда-то выглядела эта площадка. Получалось с трудом, потому что природа уже отвоевала обратно часть территории. Кое-где в зарослях различались очертания брошенных автофургонов, но большая часть этого покинутого места представляла собой не более чем гравийные прямоугольники, на которых буйно разрастались сорняки.
Сванте припарковал фермерский фольксваген на стоянке перед сгоревшей деревянной хижиной. Напротив микроавтобуса стояла дюжина тюнингованных мотоциклов и ослепляла их фарами. Ина мужественно старалась не закрывать глаза рукой. Как же хорошо, что Сванте стоял рядом с ней, да даже присутствие Эббы придавало ей смелости. Кстати, старушка казалась самой отважной из всех.
— Откуда нам знать, что деньги у вас с собой? — спросил мужчина, в котором Ина узнала одного из хулиганов, заявившихся на праздник. Она решила, что это главарь байкерской банды.
Он возглавлял отряд из четырех мотоциклистов, которые заняли позиции по обе стороны от него. Хотя они стояли всего в нескольких метрах от нее, Ина не могла разглядеть их лица, поскольку фары светили им в спины. Зато их фигуры вырисовывались в ночи, как вырезанные из бумаги черные силуэты на белом фоне, большие и мощные. Все они были одеты в кожаные косухи и массивные ботинки. Ине этот стиль одежды напоминал военную форму.
Сванте потянулся за спину, взял спортивную сумку и сделал два шага вперед. Потом поднял ее на вытянутой руке.
— Все внутри, — заявил он, в доказательство расстегнул молнию и достал одну из пачек, которые они с Иной только вчера выловили из озера.
Она все еще не была уверена, что они правильно поступили, когда согласились на требование байкеров. Ей было очень и очень не по себе. Сама она предпочла бы сдать этих ублюдков полиции. Но что, если они выполнят свою угрозу? В конце концов, на кону стояла жизнь парнишки. Ларс очень убедительно обрисовал ей, насколько опасны «Сыны Одина».
И все же это чистое безумие. Волнительное безумие. Ина, Сванте и старушка с плохим слухом против целой банды байкеров. Как в самом настоящем триллере. Есть ли шанс, что все закончится хорошо?
Ина все больше нервничала. В конце концов, она впервые в жизни передает выкуп.
— Сначала мальчик, потом деньги, — повторила Эбба требование Ины. Но ее голос звучал твердо, и Ина ей позавидовала.
На некоторое время на пустынной парковке воцарилась тишина. Слышался лишь стрекот сверчков. В этой тишине один из мужчин поднял руку и щелкнул пальцами.
Стоящий рядом с Иной Сванте моментально напрягся. Она завороженно следила за тем, как из тени ночи выходят еще несколько мужчин и ступают в свет фар. Их было трое. Внимание Ины приковал к себе тот, что шел посередине, потому что он двигался странно неуклюже, и двое других грубо толкали его вперед.
— Янис! — Эбба схватилась за горло. — Он жив!
— Конечно, жив, — грубо бросил лидер банды. — Мы же не звери.
Теперь и Ина напряглась. Несмотря на отсутствие опыта в передаче денег, она чувствовала, что ситуация приближается к
