— Не нужны! Давай счет и займись работой! — быстро отрезал я.
Андроид снова совершил свой идиотский поклон и сказал:
— С вас сто пятьдесят три тысячных кредита.
— Забирай, — я перевел сумму на счет ресторана, — и вали давай!
— Макс, да что с тобой такое?! — Вика проводила официанта взглядом и повернула лицо к браслету, изогнув защитные волокна над глазами до такой степени, которой раньше мне наблюдать не доводилось. — С чего это ты вдруг такой грубый стал?
— Так, ничего…
Мой гуманоид пожал плечами и с отстраненным видом принялся уплетать хвост готла. Но я каким-то образом чувствовал, что этим дело не ограничится. Появилось какое-то странное напряжение в транзисторах, вроде обратного тока… «Интуиция», — показал мой процессор. Он оказался прав:
— Сто пятьдесят три тысячных кредита… — ненавязчиво протянула Вика через пару минут. — Это ведь недорого? За рыбу, кофе и эту гору фруктов. — Симбионт рассматривал один из длинных оранжевых плодов с третьей Аламака.
— Недорого.
— Тогда чего притих, что-то не так?
Я молчал.
— Ладно, раз ты так… — Вика подвида Б начала рыться в сумочке, едва не вывалив ее содержимое на стол. — Вот, — нашла она заветный блокнотик, — параграф семь контракта с симбионтом, пункт сорок шесть: корабль обязан снабжать симбионта всей необходимой информацией, за исключением закрытых знаний Федерации! — громко прочла самка. — Тут есть тайные знания?
— Нет, — признал я.
— Тогда отвечай, что не так с этой едой? Иначе, вот смотри, у меня тут в скобочках записано: «Штраф пять кредитов». Пойду и расскажу тому зеленому «светлячку»!
Думаю, я уже научился вздыхать на манер гуманоида, так как мои электроны сперва ускоренно ринулись к процессору, после чего медленно растеклись по всем микросхемам.
— Ну… э-э-э… — проблеял я, не зная с чего, собственно, начать.
«Минус пять кредитов», — напомнил мне компьютер.
— Понимаешь… э-э-э… эта… ну «рыба»…
— Что ты мычишь?! Отвечай! — настойчиво выкрикнула Вика.
— Ну… этот… который… что ты ешь… ну, в общем, это орган оплодотворения готла, заполненный семенем, фактически он и состоит из семени… ну… я в курсе, что у землян детородный шланг — табу. Но… но ты же сама настояла на хвосте! Я ни при чем! — закончил я на повышенных тонах.
На какое-то время лицо Вики показалось мне застывшим, как у официанта-андроида, только у того точно не было в наличии мышц. Мой симбионт обоими манипуляторами медленно отодвинул тарелку к противоположному краю стола и несколько раз содрогнулся, видимо пытаясь сдержать кашель. Потом засопел, громко выпуская воздух и приложив бумажный квадрат для очистки поверхностей («салфетка») к губам. Оболочка черепа Вики изменила окраску с розовато-бежевой на бледно-зеленую. Такого я еще не видел.
«Она что, хамелеон?» — спросил я у процессора.
«В базе нет данных о подобных способностях человека. Предполагаю, что симбионт вошел в состояние, не описанное в справочнике».
«Что делать?»
«Ожидание — стратегия, неоднократно оправдавшая себя ранее», — посоветовал он.
На этот раз в его рассуждениях было хоть какое-то рациональное зерно.
Справиться с перегрузкой системы восприятия Вики помог случай: из-под столешницы показался глаз на длинном щупальце, затем второй такой же.
— Ишвинитше, — сказали глаза.
Это событие определенно переключило внимание моего симбионта. Самка взвизгнула так, что все посетители обернулись, отпрянула и схватилась обоими манипуляторами за сгибы столешницы.
— Ишвинитше, — тихо повторили глаза по-русски. Один из них при этом завращался вокруг своей оси, сканируя зал, пока наконец снова не сфокусировался на Вике. — Йша невольншо подслушаалш вашш рашшговор. Кашетша, вы отдшаете предпоштение земнойш кухнше.
— Ма-ма… Ма-ма-а-акс… — сдавленно позвала меня Вика. — Что… что… т-такое?
— А-а-а, это гуманоид с Алголь-18. Он невраждебный, — поспешил успокоить я. — Даже не знаю, как его назвать на твоем наречии, может, алголик.
— И чего хочет этот алкоголик?
Существу пришлось встать на цыпочки, чтоб его голова вынырнула из-под стола.
— Могшу предложшить коффее, вкушнейший коффее толькшо што сш Землши, — прошипел гуманоид, озираясь.
— Пойдем, — сказал я, — это контрабанда, это незаконно.
— Нетш, шшмотрите, — «алкоголик» будто из ниоткуда извлек стеклянную банку с гранулами, — вшего двша кредшита!
— Растворимый… — разочарованно протянула Вика.
— Дша, очшень прошт в приготшовлении, — отметил гуманоид.
— Идем, — сказал я с нажимом, — десять минут до старта.
— Погоди…
Так электронный кошелек моего симбионта похудел на кредит, а я нарушил еще парочку законов Федерации. Без торга, естественно, не обошлось. И теперь вполне довольная Вика с банкой «Якобс» и четырьмя «оранжевыми бананами с собой» (так она выразилась) в сумочке двигалась в направлении стыковочного отсека. Я уяснил только, что никакое психологическое состояние самки не заставит ее забыть о такой вещи, как «фрукты».
К несчастью, я не учел того обстоятельства, что кратчайший путь к доку пролегает через квартал неразумных форм. Узрев разнообразие орущих живых существ по сторонам, Вика замедлила ход, сосредоточив все внимание на них. Хотя я периодически напоминал ей, что мы опаздываем.
— Подожди, это кто такой? — спросил мой симбионт, разглядывая белый шар диаметром двадцать сантиметров, покрытый густым мехом, с большим зрачком посредине.
— Это му'ум-рэк, коренной обитатель местного планетоида Сириус-6, — раздраженно проинформировал я и добавил: — От него нет никакой пользы — неразумен. Идем!
— Му-у-умрик, — каким-то очень покладистым тоном сказала Вика. Ее светодетекторы увеличились, а губные мышцы вытянулись в тонкую линию так, что стали видны зубы и обозначились складки вокруг ротового отверстия. — Мумрик, — повторил мой симбионт задумчиво. — Такой миленький, такой грустный глазик у него…
Один из му'ум-рэков лежал у края решетки, глядя на Вику остекленевшим глазом размером с небольшое блюдце. Шерсть существа вздыбилась — оно чувствовало себя неуютно в присутствии чужака.
— У него два глазика, другой на противоположной стороне тела, — уточнил я.
Тут моя самка сделала заявление, к которому я был в общем-то готов:
— Давай его купим?! Ему тут так плохо!
— Невозможно, видишь цену? — Для наглядности я провел лазером из обруча по доисторической вывеске на клетке. — Двадцать кредитов. К тому же му'ум-рэк — существо стадное, в одиночестве он скоро погибнет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
